Арт-группа «Война» покорила Европу членом на мосту

Здесь и сейчас
30 ноября 2011
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Как "Война" из подпольной группировки, акции которой даже в российском арт сообществе далеко не все признают за искусство, покорила мир обсудим с директором Московского музея современного искусства Василием Церетели.

 

Скандальная российская арт‑группа "Война" станет сокуратором одного из самых престижных событий в современном искусстве ‑ Берлинской биеннале.

Троица ‑ Олег Воротников, Леонид Николаев и Наталья Сокол ‑ в апреле получили государственную премию "Инновация" за свою, пожалуй, самую известную акцию ‑ "Член в плену у ФСБ". Совсем недавно против них прекратили уголовное дело за экстремизм из-за другой акции ‑ "Дворцовый переворот", когда активисты Войны переворачивали милицейские машины.

В заявлении, вывешенном на сайте берлинской биеннале, говорится, что "Война" "одни из немногих, кто занимается искусством, имеющим прямую политическую направленность". Кроме них сокураторами события станут польские художники Артур Жмиевский и Иоанна Варша.

Как "Война" из подпольной группировки, акции которой даже в российском арт‑сообществе далеко не все признают за искусство, покорила мир обсудим с директором Московского музея современного искусства Василием Церетели.

 

Писпанен: Как «Война» покорила мир? Как вы считаете, это современное искусство? Вы согласны с этим?

Церетели: Безусловно, согласен. Вы знаете, группа «Война» получила премию «Инновация» - это признание всего сообщества, можно сказать, профессионального сообщества российского, в том числе, это международные члены жюри. И они тоже признали этих художников как художников. Не все акции, мне они по душе, но именно то произведение, которое мы сделали в Санкт-Петербурге…

Писпанен: Которое из них? Которое на мосту?

Церетели: Которое вы назвали. На мосту, оно действительно, если брать мировое, контекст всего стрит-арта, новое слово, высказывания такого глобального не было. И поэтому я думаю, что каждое биеннале стремится привлечь к себе внимание. Биеннале очень много. Есть Московское биеннале, есть биеннале в Сан-Паулу, в Стамбуле, есть Венецианское, самое главное.

Писпанен: Самое известное, наверное, Венецианское?

Церетели: Да, Венецианское. И, безусловно, Берлинское биеннале пыталось обдумать тот момент, каким образом привлечь максимальное внимание и сделаться более радикальным, может быть, антиинституциональным. И вот этот ход, мне кажется, вполне…

Казнин: А какая тема, вы знаете, у Берлинской биеннале?

Церетели: Вы знаете, я не успел посмотреть.

Казнин: Нет. Это очень важно, во-первых. Во-вторых, если они сокураторы, они будут ведь определять лицо Берлинской биеннале?

Церетели: Безусловно. Вы знаете, очень частая практика, есть павильоны даже в Венеции, которые государство по-разному определяет: выбирает иногда художников, а художники уже под себя выбирают кураторов. То есть, такая практика тоже есть. Не всегда куратор. И поэтому здесь, безусловно, можно ожидать очень интересные какие-то высказывания, потому то художники сами не будут создавать, но они будут выбирать интересные и произведения, и художников. Поэтому, наверное, они поднимут совершенно нам неизведанный пласт искусства на поверхность, что всегда делает более интересным.

Казнин: Известны тем члены группы «Война», что они, в общем-то, не признают практически никаких правил и ограничений, и никаких рамок, никогда не участвовали в каких-то официальных мероприятиях. Может быть, они и там будут красть в супер-маркетах что-то? Там-то, так, наверное, не отнесутся к подобным вещам?

Писпанен: Причем в милицейской форме российской.

Церетели: Нет, я думаю, что они, безусловно, осознают. Многих их работы выставляются в музеях, в галереях, и они все-таки используют язык искусства, акции, перформансы, живопись на мосту, это все равно язык искусства, который они используют в своих высказываниях, безусловно, они отнесутся к этому шансу, я думаю, серьезно, и сделают что-то более осмысленное. А то, что красть - это все были акции, скорее сконцентрированные на нашу сегодняшнюю действительность здесь, в России. В Германии то же самое: они должны прожить, побыть какое-то время и, наверное, создать. Но здесь им не придется создавать, потому что они как в роли режиссеров, можно сказать, дирижеров процесса. Они сами исполнители.

Писпанен: Скажите, пожалуйста, вот это такая серьезная заявка на, ну как некоторые называют «плевок в вечность», то есть, их пускают в большое искусство уже, участие в биеннале, тем более сокураторами. С одной стороны, это, может быть, им в какой-то степени поможет защитить себя в России, где на них уже заводили дела. Возможно ли, что они смогут каким-то образом продвигать эти идеи дальше именно на Западе? Что в Берлине, кстати, тоже любят такое провокативное искусство?

Церетели: Да, они, безусловно, любят. И группу «Войну», например, поддержал такой мировой лидер стрит-арта как Бэнкси. Это была огромная поддержка для них, где на международном аукционе его галерист продал его работы в поддержку этой группы. Поэтому, скорее всего, это, безусловно, даст им какое-то признание на международном контексте в любом случае.

Писпанен: А защиту?

Церетели: Защиту, я не знаю. Это, скорее всего, европейские суды имеют какое-то влияние на наши, я не знаю. То есть, я не юрист и не могу этого сказать.

Писпанен: Ну как всем миром вступились за Вей Вея, например, и в конце концов все-таки…

Церетели: Сейчас супругу его поймали, недавно я читал в Twitter. Поэтому да, надо смотреть нам более широко. Все равно очень хорошо, что наши российские художники - сокураторы Берлинской биеннале. И я думаю, это еще раз показывает то, что актуальное искусство, это намного более передовой язык, чем любые другие как бы технологии. Поэтому язык искусства, он всегда более прогрессивен. Так и надо двигаться.

Писпанен: А у нас в России будут они выставляться, если у них есть что выставлять?

Казнин: Не только в ваш музей, в принципе, в России они будут востребованы?

Церетели: Это не мой музей, это Московский музей современного искусства. Безусловно, они выставлялись на «Инновации», Андрей Ерофеев их много раз выставляет в своих проектах и, безусловно, они обсуждаются. Мы в данный момент в нашем проекте еще не выставляли, но я ничего не исключаю, возможно, в дальнейшем какой-то другой проект, другое высказывание. Хотя, пример моста у нас был в одной из выставок.

Писпанен: Мини-мостик?

Церетели: Фотография моста. Она выставлялась у нас в одном из проектов, который у нас был несколько месяцев тому назад. Поэтому да, она выставлялась уже, часть.

 

 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.