Алексей Навальный vs Минздрав

Здесь и сейчас
7 сентября 2011
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Блогер вместе с правозащитниками из ассоциации "Агора" заподозрил министерство в коррупции и пожаловался на чиновников в ФАС и Генпрокуратуру. Что заинтересовало правозащитников мы спросили у эксперта правозащитной ассоциации "Агора" Ольги Федоровой.

Претензии Навального и "Агоры" связаны с конкурсом на проведение мероприятий по профилактике распространения ВИЧ-инфекции. Объявил его Минздрав еще 11 августа. За 39 дней - это условие конкурса - министерство предлагает проверить на ВИЧ 123 тыс. человек из групп риска. Но это, по мнению Алексея Навального и "Агоры", невозможно.

Писпанен: Что за спринтерские проверки и к чему они теперь могут привести, если действительно все-таки затеют, ведь могут же?

Федорова: Мы очень надеемся, что это приведет к отмене конкурса, потому что это просто нереально выполнить такие условия в такие сроки. И основной посыл в этой жалобе, который написал Навальный в ФАС, а мы написали в прокуратуру, это именно о сроках. 4 организации, которые работают в этом поле много лет, одна из них, которая работает 20 лет, другие больше 10, дали свои экспертные заключения, проведя анализ: возможно ли в такие сроки выполнить такую работу. И каждая из них сказала, что меньше, чем за 10 месяцев такую работу выполнить невозможно.

Писпанен: А почему такая спешка, что случилось? Известна какая-то подоплека вообще?

Федорова: Подоплека очень простая – наша чиновничья машина раскручивается медленно, весь год Минздрав придумывал, наверное, этот конкурс, или дремал, или занимался какими-то другими важными вещами и вдруг, в конце года, что надо сделать со своим бюджетом? Его надо освоить. И появляется 11 августа информация на сайте Минздрава об открытии доступа об этом открытом конкурсе.

Казнин: То есть, вы хотите сказать, что выделены деньги и их надо осваивать, и не придумали ничего другого…

Писпанен: Кроме как проверить 100 тысяч людей за одну неделю.

Федорова: Ну, это же так просто придумать. Это достаточно простой технический отчет. Будет на каждого человека анонимная анкета…

Писпанен: В которой нужно сказать, болен я или не болен.

Федорова: Нет – проверился или не проверился. Дошел до спец центра, спец центр поставил печать, человек к нам пришел – все замечательно. Кто этот человек, где его нашли? Можно представить себе, что у нас люди стоят где-то кучками, и у них написано «я гей», «я потребитель наркотиков», «а я больной сифилисом», и вот к ним придут эти аутрич-работники, возьмут их за ручку и…

Казнин: А подробно не было расписано, как это будет происходить?

Федорова: Именно так, видимо, и будет. Причем проект разделен на два этапа: за 10 дней нужно оповестить, куда приходить этим людям, дать расписание работы специалистов, и аутрич-работники, знаете, кто это такие? Если наши слушатели не знают, это люди, которые работают на улице, которые именно выходят к этим самым группам риска, и берут их за ручку.

Писпанен: А эти группы риска хотят, чтобы их брали их за ручку?

Федорова: Нет, конечно, они не хотят. Более того, они бояться за разглашение своих тайн, своей личной жизни, и не только диагноза ВИЧ, но и других вещей.

Писпанен: Естественно, ведь они могут потерять работу…

Федорова: И недоверие к любым официальным органам у них очень больше. Плюс еще, такая беда – у многих из них нет документов. И как их можно просто так взять за ручку и привести? За 10 дней обучить людей это делать! Это делалось годами, у НКО есть огромный опыт этой работы. Это все не учитывалось, объявлен был конкурс, с нашей точки зрения, совершенно с потолка, и кроме, как освоением бюджета я ничем это назвать не могу.

Казнин: А Минздрав не комментирует ситуацию?

Федорова: Мы были на заседании в Минздраве, было собрание НКО не по этому поводу, Минздрав очень интересно это делает: вечером объявляет – регистрируйтесь на сайте, завтра встреча с НКО. Кто успел, тот добежал; кто добежал, те, естественно, захотели задать вопросы про этот конкурс. Минздрав на это нам говорит, все вопросы в электронном виде, все ответы в электронном виде, а сейчас мы обсуждаем совсем другое. А именно – обсуждаем следующие конкурсы, которые будут объявлены прямо вот-вот. И остались деньги.

Писпанен: Прелестно. А это обычная такая практика к концу бюджетного года, когда случаются такие странные заказы?

Федорова: В общем, да. В прошлом году это также было, но в прошлом году это был внятный проект, и там была огромная база у организации, которая его выиграла. Сейчас уважающие себя организации не подали на этот конкурс. Победитель не объявлен и очень хочется, чтобы конкурс отменили до того как будет замаран еще и победитель, потому что распил, он всегда подразумевает две стороны. Такая вот история.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.