Весна. Дождь. Обновление

Подписка на полгода за 1800 ₽ 2880 ₽

Оформить сейчас
До конца акции осталось:
07
дней
23
часа
56
минут

Дмитрий Песков: "Брежнев - это не знак минус для истории нашей страны, а огромный плюс"

Hard Day's Night
5 октября 2011
11 334
2
Поделиться  
Слушать  
Другие выпуски
Отключить рекламу
Сообщить об ошибке

Отключение видеорекламы на месяц

В опцию входит:

  • отключение рекламы во всех архивных роликах перед проигрыванием, во время постановки на паузу и после проигрывания ролика
  • отключение дополнительных рекламных роликов в прямом эфире, за исключением эфирной рекламы

Опция позволит вам смотреть прямой эфир и архивные ролики на сайте, в мобильных приложениях, SmartTV-телевизорах, через приставки и другие устройства без рекламных вставок.

Если при просмотре видео у вас возникли проблемы, пожалуйста, укажите их

Другой вариант
В программе HARD DAY'S NIGHT Дмитрий Песков, пресс-секретарь Владимира Путина, отвечает на вопрос журналистов с чем связана усталость, накопившаяся в обществе.

Геворкян: Дима, мы с вами встретились в одном кафе. Помните, вы сидели со своими ребятами из института, а мы - с Аней Качкаевой. Вы же ходите в простые, обычные рестораны, кафе – как и мы все. Я провела здесь неделю, я вам хочу сказать – за всеми столами вокруг…

Песков: Идет обсуждение.

Геворкян: «Он возвращается. Зачем он возвращается?». Атмосфера его возвращения абсолютна не та, которая была в 2000-м, абсолютно не та, которая была в 2004-м. Есть фактор уставания – 12 лет, когда он на публике много. Вы это чувствуете, вы об этом думаете? Он это понимает? Или вы там за своей белой и красной стеной сидите и просто не понимаете, что витает в воздухе?

Песков: Нет белой стены. Там абсолютно прозрачная чугунная ограда.

Геворкян: Есть здание, есть должность, есть кресло.

Макеева: Чугунная – ключевое слово.

Малыхина: И ограда.

Песков: Действительно в Москве можно достаточно часто сейчас услышать слова «Зачем он возвращается?». Действительно многие говорят о брежневизации Путина, при этом говорят те люди, которые вообще ничего не знают про Брежнева.

Монгайт: А в чем принципиальное отличие?

Песков: Знаете, Брежнев – это не знак «минус» для истории нашей страны, это огромный «плюс». Он заложил фундамент экономики, сельского хозяйства и т.д.

Геворкян: Это застой.

Песков: Потом застой. Но застой по продолжительности был гораздо короче.

Геворкян: Дима, а экономика, которая «поехала»?

Песков: Поэтому мы запомнили застой. Он не ушел вовремя. Московский социум действительно склонен к таким суждениям. Эти настроения кардинально отличаются от немосковского социума. Мы очень много постоянно ездим по России, и там совсем другие проблемы, нежели у тех, кто живут в пределах Садового кольца, и тех, кто могут позволить тратить в день 2-3 часа, чтобы писать в блогах и социальных сетях.

Геворкян: В блогах-то пишут 40 миллионов, на секундочку. А они со всей страны.

Песков: Это те люди, которые на самом деле живут гораздо более прикладными проблемами, более прикладными вопросами. Это мелкие бизнесмены, которые пытаются встать на ноги, но их душат местные власти. Это региональные, районные служащие, которым не хватает зарплаты, которые интересуются, когда ее проиндексируют. Это мамы, которые не могут детей отдать в детские садики. Там более конкретные проблемы. Те самые проблемы, которыми во время своего премьерства Путин занимался как в автоматическом, так и в ручном режиме в силу той международной экономической конъюнктуры, с которой ему пришлось столкнуться. Вы не забывайте, что мы с вами могли, например, попасть в положение какой-нибудь из прибалтийских стран.

Макеева: Войти в Евросоюз, например. Сейчас неплохо в балтийских странах.

Песков: Если вы спросите у латвийских пенсионеров, которым сократили пенсии, что они выбирают – хорошие пенсии или Европейский союз, я не ручаюсь точно, какой будет ответ. Так это тот самый председатель правительства, который, несмотря на первый кризис, с которым столкнулась рыночная Россия – это был первый кризис, никто не знал, что делать…

Геворкян: 1998 еще был.

Песков: Это была нерыночная Россия, это было непонятно, что. Согласитесь.

Геворкян: Не вполне.

Малыхина: Вполне себе экономика функционировала уже, коммерческие предприятия существовали.

Песков: Была банковская паника? Не было. Был дефолт? Не было. Перешли ли наши стратегические предприятия во владение иностранного капитала? Не перешли. А потеряли ли мы с вами суверенитет, хоть частично? Не потеряли. И вот хочется обо всем этом рассказать тому самому социуму, который, что самое интересное, сидит в дорогих ресторанах, где нет ни одного свободного столика, ест вкусную итальянскую еду по 1200 рублей за тарелку…

Макеева: Это вы со знанием дела сейчас.

Песков: … и страдает о родине.

Геворкян: Вы тоже сидите в таком же ресторане и едите такие же макароны за те же деньги. Нет?

Песков: Иногда бывает. Не так часто, как хотелось бы, но бывает.

Таратута: То есть вы считаете, что Москва – это же не просто Москва, не все же воры и жулики, это люди, которые приехали из разных уголков страны…

Песков: Я не произносил этого слова.

Таратута: Да. То есть вы готовы в этой ситуации пожертвовать мнением активных людей?

Песков: Нет, конечно.

Таратута: Которым тоскливо в «Кофемании»…

Малыхина: Которые сами создают рабочие места, которые также выплачивают зарплаты.

Песков: Безусловно, не учитывать их мнение нельзя, это было бы абсурдно. И здесь как раз нужно разъяснять. Смотрите, ведь Путин выступил, все оглушенные основными новостями во время съезда, мало кто попытался проанализировать выступление Путина с той точки зрения, что это часть его предвыборной программы. Я уверен, что нам еще предстоит выслушать несколько выступлений, где будут изложены основные элементы его программы. И как эти основные элементы должны будут показать, что ребята, не надо путать с поздним Брежневым, не надо думать, что это плохо. В конце концов, в той или иной степени, с точки зрения разных людей, но тандем показал, что это знак «плюс». Тандем показал свою эффективность для нашей страны.

Малыхина: Но разъяснения, которые, вы говорите, нужно проводить - получается, что та самая активная, прогрессивная часть нашего общества, которая, как вы сказали, сконцентрирована в городе-герое Москве, ну ничегошеньки не понимает, и ей это разъяснять нужно?

Монгайт: Для нас выступят позже, нам надо подождать.

Малыхина: Нам споют отдельно. Хотелось бы узнать, что же мы не слышим или не видим.

Песков: Видите, вы интерпретируете то, что я сказал. Я же этого не говорил. А вы достаточно смело интерпретировали. Надо разъяснять, конечно.

Макеева: Такое ощущение произвели ваши слова. Вы нам изложили пункты региональной кампании избирательной весьма убедительно, я поняла, как это в регионах будет работать – что есть люди с несерьезными, надуманными проблемами, а есть с серьезными, и их премьер Путин решал. И сейчас будет решать в качестве президента.

Песков: Я не сказал, что несерьезные и надуманные, у всех проблемы серьезные. Но существует разный уровень проблем. Сидя в Москве, ты рассуждаешь: «Мне дышать тяжело, затхло тут, поеду на берега Темзы. Я не могу смотреть телевизор, я не могу читать газеты, это какой-то ужас, они задушили все». Да? Есть такие люди.

Монгайт: А вам обидно?

Песков: А есть люди, которые конкретно сидят и говорят: «Слушайте, мне бы налог на 3 пункта снизить, и я со своим коровником, все у меня получится». Вот я что имею в виду – это разный уровень проблем. И востребованность разная. Но в итоге мы все сходимся вокруг одной большой цели. Что мы хотим? Мы хотим, чтобы у нас была страна развивающаяся, в смысле развитая, но стремительно идущая вперед. Мы хотим, чтобы она была современная, свободная, красивая и какая еще? Скажите вы.

Монгайт: Нам уже достаточно.

Песков: Все это будет. Но для этого надо работать, это нельзя получить за 5 лет.

Малыхина: А есть что-то, что вам не нравится, но поменять вы не можете? Вот вы со своей позиции – ну не нравится, и все тут. Вы тоже за 1200 макароны кушаете.

Таратута: Можете ли вы смотреть телевизор, например?

Песков: Да, конечно. Нормально. У нас, кстати, очень хорошее телевидение.

Геворкян: Да, я это слышала уже от Медведева. Цветное.

Песков: У нас действительно очень хорошее телевидение, во многом более прогрессивное, чем во многих европейских странах.

Монгайт: Нам было бы грешно спорить, с другой стороны. Правда? У нас отличное телевидение. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Полная версия
Полная версия
От скандала с офшорами до запрета меджлиса. Главные новости апреля
Семь заповедей Петра Павленского
Неудачные кадры военной операции ИГ
Воркута ждет. Зачем ехать в отпуск в русскую Арктику
Нештатные ситуации в прямом эфире
Шесть правил жизни Бейонсе
Самая короткая история космодрома «Восточный». Во сколько обошлось его строительство, из-за чего переносили первый запуск ракеты, и почему он так и не состоялся
Как Сталин вернулся в нашу жизнь и даже в политику
Как православный активист подрался с лидером блэк-метал группы. «Мы сделали все, чтобы это шоу уродов не состоялось»
Татьяна Москалькова: что мы знаем о новом уполномоченном по правам человека
Как в Америке борются с пережитками рабовладения, пока в России возводят памятники Сталину
Как мэрия украсила Москву к весне на 190 миллионов
Эмоции на Дожде. Самое смешное за шесть лет
Оговорки и неполадки в эфире Дождя. Самое смешное за шесть лет
Как пережить кризис? Советы Александра Аузана
Что будет, если людям начнут выплачивать деньги просто так. Опыт Намбии, Голландии, и Финляндии
Квача — самое выгодное вложение 2016 года
Переписка Владимира Путина и россиян. Главное из «Прямой линии» с президентом
Киберпреступность — угроза для человечества?
Пять стратегий из «Монополии», необходимых в реальной жизни
Уполномоченный по защите животных. Кто мог бы им стать?
Лучшие вопросы Путину 2016
Четыре совета для тех, кто хочет переехать за границу
На сколько миллионов выросли доходы Путина, Медведева, Володина и других в 2015. И что произошло с заработком обычных россиян
Ограничить интернет, проверить молодежь, ввести идеологию. Как Бастрыкин пресекает попытки Запада раскачать ситуацию в России
Ограничить интернет, проверить молодежь, ввести идеологию. Как Бастрыкин пресекает попытки Запада раскачать ситуацию в России
Видеоблогер собрала начала и концовки сериалов и фильмов
Сколько ошибок в расследовании «России 1» о Навальном
Кто такие Бут и Ярошенко, на которых могут обменять Савченко
«Бред», «ничего нового» и другие реакции на Panama papers
«Бред», «ничего нового» и другие реакции на Panama papers
История столкновений в Нагорном Карабахе за минуту
«Вброс» против Путина: что это было
Как бегать правильно. Три совета от чемпиона мира Колина Рэя Джексона
От отставки Чурова до «компроматов» на Путина. Главные итоги марта
Скоро на Дожде. Документальный фильм о Сергее Михалке и группе Brutto
Эльфы и тролли против кризиса. Как они спасли экономику Исландии
Пользователи «Твиттера» проверили, можно ли упасть на банановой кожуре
У кого из друзей Путина журналисты нашли панамские офшоры
Что представляет из себя секта «Аум Сенрикё». И почему её основатель делал ставку на Россию
Как стать успешным? Шесть правил для лидеров
Скоро на Дожде фильм о Сергее Михалке и группе Brutto. Видео с репетиционной базы
Статистика российских судов за 2015 год. Скольких людей осудили, приговорили к пожизненному заключению и скольких оправдали
Восемь вопросов владельцу Московского кредитного банка Роману Авдееву
Где хотят работать россияне
Не сообщил о готовящемся преступлении — в тюрьму
Сколько музыкальных инструментов можно купить на $2 млрд.
На что хватит $2 млрд
В каких странах еще существует Нацгвардия. И что она там из себя представляет
Три анекдота от Юрия Лозы
Как ремонтируют дороги в разных городах России
Музеи, которые нужно обязательно посетить. Выбор режиссера Кирилла Серебренникова
Юрий Лоза против Led Zeppelin и Rolling stones. Как отреагировали в соцсетях
Особенности национального трудоголизма
Зачем государству война в телевизоре, и есть ли предел у пропаганды. Выводы доклада Центра Карнеги «Хотят ли русские войны» за полторы минуты
«Выживший»: человек, который пережил три теракта
Почему визит Обамы на Кубу — это действительно важно
История противостояния экс-владельцев ЮКОСа и российских властей
Все, что известно о терактах в Брюсселе за полторы минуты
Дебаты Навального и Познера. Самое интересное за минуту
Как выносили приговор Надежде Савченко
О крушении «Боинга» в Ростове-на-Дону — за минуту
Познер и Навальный играют в «Пойми меня»
Что случилось в Минкульте. И придут ли теперь за Мединским
13 вопросов бизнесмену и певцу Эмину Агаларову
Дебаты Мовчана и Титова. Самое важное за минуту
Уникальные фото питерского рок-клуба
Как женщин вербуют в ИГИЛ и сколько им платят
Чернобыль и Фукусима. Как правительства замалчивают реальную угрозу
Жив Джон Сноу или нет? Вгляделись в трейлер «Игры Престолов» повнимательнее
11 советов для успеха в бизнесе от Дональда Трампа. «Думайте о себе как о выдающемся мыслителе»
Полицейские-бомжи, блины на лопатах, 1993 возвращается. Breaking Mad с Владимиром Роменским
Итоги операции России в Сирии за полторы минуты
Дома без крыш и воды. Как живет город в Карелии в 100 км от финской границы
Роменский и шоколадная ярмарка
Российские спортсмены и мельдоний. Вся история последних допинговых скандалов за минуту
Любимый алкоголь и самая странная привычка Валерия Сюткина
Сколько стоили советские товары в пересчете на современные деньги
«Лежать на дне — это не развитие». Шесть вопросов Наталье Зубаревич
Энциклопедия цензуры на федеральных каналах. Краткое содержание
Чему можно научиться и куда устроиться в кризис
Во что вложить 4 млн рублей и другие ответы Сергея Алексашенко
Главные нестыковки в деле Савченко
Короткий месяц, но насыщенный. Главные новости февраля
Сколько людей погибает в шахтах в России
Скоро. Первый документальный фильм про Сергея Михалка и Brutto
11 вопросов новому лидеру «Правого дела»
Испытание российской модой. Как Владимир Роменский приоделся на выставке текстильной промышленности
Как не сесть за репост. Полезная памятка
Почему Медведев не увидел нового стадиона в Калининграде
«Короли госзаказа» — самые родные, таинственные и всеядные
Кому достанется «Домодедово» после дела Каменщика?
История «лайка» за минуту
В чем копить, о чем читать и что делать. Девять вопросов к Гонтмахеру
Снос города из трущоб около МГУ
14 вопросов Александру Васильеву
Как беженцы стали главной темой Берлинале
Взрыв в Анкаре. Самое важное за полторы минуты
Известные экономисты дают советы правительству
Надводный трамвай как альтернатива метро
Пять вопросов участникам «Квартета И»
Как в Москве сносят исторические здания
10 каверов на песню Дэвида Боуи Space Oddity
«Богатые русские дети» в инстаграме
Лучшие сериалы «Амедиатеки» на Дожде
«Пойми меня» с Юрием Сапрыкиным и Александром Липницким
Испытание российской едой. Завтрак по-репортерски Владимира Роменского
Пять причин стать волонтером
Как мы беднеем. Помогаем пережить кризис вместе с Рейчел и Лебовски
Три главные цитаты дня
Инструкция. Как жить с кредитами
Быть или не быть новому правительству?
17-летняя звезда рунета певица Монеточка отвечает на вопросы Дождя. «Папа говорит, что Крым не наш, я говорю, что наш»
«Сегодня снесли киоски, а завтра снесут вашу квартиру». Как Григорий Ревзин, Антон Носик, Елена Памфилова и другие в соцсетях отреагировали на снос ларьков
Белковский на Дожде. Лучшее
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Самое важное
Собчак идет на праймериз, Хирург штурмует Европу. И что случается с теми чеченцами, которые бросают вызов Кадырову
Первое интервью Рамазана Джалалдинова, бросившего вызов всесильному Кадырову. «Меня ищут в Кизляре и Махачкале»
Вторая попытка Путина, Шустера, НОДа и сотая попытка оппозиции. Итоги недели с Михаилом Фишманом
Ксения Собчак работает над предвыборным образом. «Я вас всех удушу материнской любовью»
Андрей Лошак о самых невероятных героях-одиночках. Выкупить пакистанских рабов, оперировать в Южном Судане и придумать новую Руанду
Подписка на Дождь бесплатно. Наш партнер Рокетбанк готов оплатить подписку за вас
Алла Вербер: самое страшное — признаться самой себе в ужасном диагнозе. Фэшн-директор ЦУМа о том, как справилась с раком и не потеряла любовь к моде
Кашин и народная диктатура. Офшоры виолончелиста, георгиевская зеленка, превращения диссидентов и Путин на космодроме
Джейн Фонда о том, как жить на полную и не бояться стареть
Величайший карманник в мире показывает, как ловко отвлекать внимание. В конце выступления вы тоже окажетесь обманутыми
Почему ради Пасхи власти готовы отменить Первомай. Дмитрий Быков о том, как мы остались без праздника труда
«Лучше 15 человек в Думе, чем 200 тысяч на улице». Дмитрий Гудков о том, боится ли власть повторения Болотной и ждать ли фальсификаций
Легализация непадших женщин, паника в верхах и силовое спасение истории зеленкой. Белковский и Невзоров на пути от конспирологии к астрологии
Все в Россию: как мы стали одной из самых посещаемых стран в мире. Первый вице-президент туроператоров России о последних трендах внутреннего и зарубежного туризма
Леонид Парфенов: когда навязывают одно мнение, нужно напоминать, что богатство в разнообразии. О своей трилогии «Русские евреи», давлении на РБК и закрытии семейного ресторана
День Дождения. Выступление «Мумий Тролль» в Stadium Live
Почему России нужно брать пример с Саудовской Аравии. Кирилл Рогов о планах Кудрина, «Роснефти» и правительства
Зачем Билл Клинтон просил баллотироваться Дональда Трампа. И за кого голосуют Брайтон-Бич и Силиконовая долина
Защитит ли «омбудсмен в юбке» права шведских семей, кто спонсирует Белковского. И как прическа президента влияет на государственный режим
Почему мы до сих пор страдаем от крепостного права? Объясняет Александр Аузан. И как так вышло, что мы платим больше налогов, чем американцы и европейцы