Токарь Трапезников, депутат от «Единой России»: Навальный делает хорошее дело, но президентами с улицы не становятся

Говорите с Юлией Таратутой
17 апреля 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Какие у Думы претензии к правительству Медведева, кого хотел уволить Владимир Путин и пошел ли бы он работать к президенту Навальному.

Таратута: Я расскажу, почему я сегодня вас позвала в гости, потому что вы сегодня в течение 4 часов слушали отчёт главы правительства Дмитрий Анатольевича Медведева.

Трапезников: Не только отчёт, но и ответы на вопросы.

Таратута: Ответы на вопросы. Вы даже вступили с ним в диалог. Вы обещали накануне задать вопрос, от которого содрогнётся зал. Вы имели в виду вашу заботу о зарплате топ-менеджеров госкомпаний, я правильно понимаю?

Трапезников: Взорвётся зал, просто я в одном вопросе затронул две темы. Первая тема – это та, которую я озвучил перед президентом, потому что обществу не нравится в госкорпорациях такие бонусы, которые получают при увольнении сотрудники, но я думаю, что это не самое большое достижение, работая руководителем Ростелекома. И второй вопрос я задал по оборонному сервису, в каком смысле. Есть ОДК – это корпорация, которая руководит заводами оборонной авиационной промышленности. Медведев чётко сказал, что в авиацию нужно вкладывать деньги, мы только за, а зарплата управленческого аппарата в ОДК увеличилась в течение года на 200 тысяч. А при этом средняя заработная плата в авиационной оборонной отрасли, которая производит двигатели – 25, 35, 40 тысяч. Вот такое несоответствие, я считаю – ненормальное явление в нашем государстве.

Таратута: Я напомню, что Валерий Трапезников ещё называется токарем Трапезниковым в народе и не только. Вы совсем недавно общались с Путиным на съезде «Народного фронта».

Трапезников: Не я один, а в рамках «Народного фронта».

Таратута: Я почему говорю, что вы общались – потому что те же примерно вопросы, те же примерно предложения, а именно сокращение бонусов менеджерам госкомпаний, вы задавали Владимиру Путину. Тогда же вы ему предложили вернуть звание «Героя труда», он с радостью вернул, чем обнажил приверженность к этой части советского прошлого.

Трапезников: Не к человеку советского прошлого, а к человеку труда.

Таратута: То есть вы не как советский символ возвращали?

Трапезников: Безусловно, я двумя руками за нынешний строй. Мне нравятся рыночные отношения, только они должны быть справедливые.

Таратута: Но с «Героем труда».

Трапезников: Да, а разве это плохо? Это прекрасно.

Таратута: Не стану спорить. Мой вопрос заключался в другом – вы тот же вопрос задали Владимиру Путину, он вас поощрил, похвалил, очевидно, над бонусами решил подумать. Зачем вы повторили тот же вопрос перед Медведевым?

Трапезников: Да, президент обозначил проблему, но я жду реакции. А реакции пока нет.

Таратута: То есть вам кажется, что реакция может быть только от Медведева, а вовсе не от Путина?

Трапезников: Во-первых, госкорпорации в какой-то степени подчиняются председателю правительства, поэтому я решил. Эта тема меня волнует, я считаю, что не нужно деньги тратить на эти бонусы, лучше их пускать на развитие производства, худо-бедно на эти бонусы можно купить станочек для производства или два-три станка. А я не получил ответа, а я человек конкретный, если я задал вопрос – ты мне ответь. Я и поставил вопрос: когда конкретно будет постановление правительства?

Таратута: Вас всё удовлетворило?

Трапезников: Не в полной мере, по крайней мере, он сказал: «Будет в ближайшее время, правительство над этим работает».

Таратута: У меня сложилось сегодня впечатление, что все как-то несерьёзно относятся к лидеру партии «Единая Россия», к выступлению Дмитрия Медведева. Вы всерьёз относитесь к тому, что он перед вами отчитывался?

Трапезников: Безусловно. Но, во-первых, он отчитывался не как лидер партии, лидер партии отчитывается на съезде перед членами партии, отчитывался как премьер. Как серьёзно – если человек решил шутить, пусть он шутит в другом месте, в Думе серьёзные вопросы решаются. Я естественно к этому очень серьёзно отнесся, очень внимательно, с авторучкой, слушал его выступление.

Таратута: Ну вы же слышали, что говорили коллеги по парламенту? Например, Николай Левичев из «Справедливой России» сказал, что скоро будет поставлен вопрос о недоверии правительству.

Трапезников: Это вы задавайте вопрос Николаю Левичеву.

Таратута: Я просто спрашиваю, насколько у вас это распространённое мнение.

Трапезников: У нас чётко – премьер работает, да, он не идеально работает, я бы ему поставил оценку 4, может, с плюсом, но не пятёрку, потому что проблемы есть, и их нужно решать. Допустим, коммунисты выступили, но если речи господина Зюганова посмотреть, это пластинка с некоторыми изменениями, но это их…

Таратута: А оценка 4+ почему?

Трапезников: Во-первых, тройка – это не та оценка, четвёрка – это люди стараются, у них что-то не получается, но они выслушивают критику, выслушивают предложения и идут вперёд, пятёрка – это идеальная.

Таратута: У вас есть личные претензии к Медведеву?

Трапезников: У меня личных претензий нет.

Таратута: А к его правительству?

Трапезников: Были претензии к министру обороны Сердюкову, мы высказывали такую точку зрения, что нужно его в отставку отправить. А в целом у меня нет, я внимательно доклад прослушал, не выходил из зала, чтобы кофе попить. Я добросовестно хотел послушать, чтобы понять, что говорил премьер. Вы знаете, мне понравилось, он осветил все темы и проблемы, как их решать в какой-то степени. Это мне понравилось, потому что я не специалист, предположим, по образованию, сами знаете это, я с производства, но он коснулся темы авиации, о развитии региональной авиации, что сделал Бабич в Приволжском округе, я сам живу в Приволжском округе. И сейчас, минуя Москву, мы можем летать в региональные столицы.

Таратута: У вас нет претензий к правительству, а у президента Владимира Путина есть. Давайте, что происходило – накануне…

Трапезников: Вы знаете, это же не относится к нашей теме.

Таратута: Мне кажется, я могу рассказать зрителям, что происходит.

Трапезников: Конечно, мы живём в демократической стране.

Таратута: Накануне сегодняшнего выступления премьера в Госдуме, появился ролик, вывешенный на ресурсе Lifenews, в котором была закрытая часть заседания под председательством Владимира Путина с разными людьми, там были губернаторы, члены кабинета и помощники президента. И он крайне жёстко критиковал правительство, сказал буквально о том, что если люди плохо работают, то они могут не работать, он склоняется ко второму пути. Как вы думаете, кого Владимир Владимирович имел в виду – губернаторов или правительство?

Трапезников: Понимаете, вы задаёте вопрос Трапезникову, а не Путину, я не могу за него.

Таратута: Мне кажется, что вы чувствуете, что думает Владимир Владимирович.

Трапезников: Я считаю, что в данном случае…

Таратута: Вы с ним встречались на митинге.

Трапезников: Во-первых, это было давно, во-вторых, мы на эту тему не говорили. Так вот, если президент, это его право по Конституции, но я считаю, конечно, к Ливанову есть некоторое замечание,  я не большой специалист, в конце концов, реорганизация ВУЗов, но с другой стороны, мне понравилось, как Медведев ответил на этот вопрос – в годы советской власти было такое количество ВУЗов,  а сейчас, когда населения в два раза меньше, количество ВУЗов увеличилось.

Таратута: Так вы думаете, что Владимир Владимирович всё-таки к правительству обращался?

Трапезников: Безусловно, он сказал правительство, не председатель правительства, не премьер, то есть по отдельным министрам есть проблемы.

Таратута: Помните, что он сказал, что он склоняется ко второму варианту, то есть к тому, чтобы правительство не работало. Как понимать эти слова?

Трапезников: Ну я не мог за него отвечать, вы меня ставите в такое положение.  Я считаю, что ряд министров работает хорошо, по крайней мере, провалов нет, а ряд министров… Да, видимо, с Ливановым есть какие-то вопросы, значит, он не нашёл связи с общественностью. Ведь министр – это наёмный работник, который должен отрабатывать свой хлеб, выполняя заказ граждан России, в данном случае контакта нет. Но я думаю, что Медведев извлёк уроки из нашей жёсткой полемики, он записал полблокнота, мне это понравилось, он не просто слушал, он писал, писал.  Это говорит о том, что он умеет слушать оппозицию, Жириновский очень хорошо выступил, при всём его артистизме, он очень конкретно поставил…

Таратута: А вы помните, что он сказал, что правительство финансирует Болотную площадь?

Трапезников: Понимаете, нужно брать разумное что-то и брать такое, больше на телевидение рассчитанное.

Таратута: Вам кажется, что это был артистический выход его?

Трапезников: Безусловно.

Таратута: Вам кажется, в правительстве никто не сочувствует Болотной площади?

Трапезников: Я не знаю. Сочувствие – это понятие относительное, я вообще всем людям сочувствую.

Таратута: Вы не сочувствуете, вы назвали людей с Болотной площади козлами и клоунами, помнится.

Трапезников: Знаете, беда в чём, - выхватив одно, я просто ответил, как они назвали меня «это быдло пошло мычать». Во-первых, я гражданин РФ, не самый плохой гражданин РФ. Тебя оскорбили, ты, но в рамках закона. Я не переступаю законодательное поле РФ, я очень законопослушный гражданин.

Таратута: Владимир Вольфович редко говорит просто так, и я не первый раз слышу, что правительство обвиняют, коль скоро Кремль и люди какие-то около Кремля, тут удобен глагол «обвиняют», в том, что в правительстве сидят люди, которые предают Кремль, и они финансируют, поддерживают или сочувствуют оппозиции.

Трапезников: Видимо, у него более глубокие связи с Кремлём, у меня их нет, у меня хорошие связи с рабочим классом России, настроение своего региона и Урала я знаю достаточно хорошо, то есть я не могу комментировать эти слова. Я хочу сказать, что рациональное зерно у него было, он сказал: «Давайте градус держать определённый», то есть наказывать министров, без наказания не может быть, это ответственная работа. Кое-кто из министров уже выговор получил, тот же Топилин, тот же Ливанов. Но если президент сочтёт нужным, это его право, он может поменять любого министра. Я не имею права вмешиваться в те…

Таратута: Если вы говорите, что Путин обращался в закрытой части заседания к правительству, к министрам, зачем Дмитрий Песков, пресс-секретарь его, сказал сегодня всем СМИ, что его неправильно поняли, и он обращался к губернаторам? Это чтобы все не пугались, или как?

Трапезников: Вот если бы здесь Песков был и Путин…

Таратута: Я вас спрашиваю, как депутата, это политическая жизнь.

Трапезников: Я не вникаю в такие детали, потому что…

Таратута: Получается, вам наврали.

Трапезников: Если сказать откровенно, я люблю не в интернете всякие сообщения, я утром покупаю «Российскую газету», покупаю «Московский комсомолец», оппозиционные газеты и правильные газеты, как говорит народ. Я их все читаю и конкретно могу предъявить претензии, а вот так где-то кто-то сказал, я не очень увлекаюсь современными технологиями.

Таратута: Просто это такая удивительная история. Представьте себе, вы приехали выступать  в ваш регион, об этом все знают, а там сняли про вас компроматный фильм.

Трапезников: Вы очень тонко подводите меня к оценке слов президента, я их не слышал.

Таратута: Нет-нет, я подвожу вас вопросу о том, как вам кажется, это у Медведева есть какие-то влиятельные враги, которые выложили плёнку и отдали её Lifenews, или какая-то другая история. Как вы её оцениваете?

Трапезников: Вы переоцениваете мои возможности, я не знаю, что у кого есть. Я знаю – пришёл премьер, я его внимательно слушаю, потом ещё возьму стенограмму, изучу, посмотрю, что он сказал, чтобы воспользоваться депутатским запросом по невыполнению тех слов, которые сказал Медведев.

Таратута: Мне просто кажется, что в «Единой России» тоже как-то обижены на Медведева. Вот была партия с Путиным, всё было хорошо, у него был большой рейтинг, он им делился, а Медведев пришёл – и как бы проблемы.

Трапезников: Многие пришли в партию, когда рейтинг у партии был очень высок, а я пришёл в партию с первого дня, когда рейтинга такого не было. Разница: те, которые пришли на волне, они немножко себя чувствуют неуютно, а такой, как я – нет проблем.

Таратута: Вам и Медведев хорош?

Трапезников: Ну как хорош? Вы хороша. А Медведева я не могу оценивать, хорош или плох. Я считаю, что он работает, мы за него проголосовали, проколов нет, пусть работает, но право президента остаётся. Я на эту тему даже не думаю.

Таратута: Ваши коллеги думают, многие ругают, многие такие фамильярно…

Трапезников: Я не знаю, при мне никто не ругает, они, видимо, как-то шарахаются меня. Я никого не критикую, мы его избрали…

Таратута: А будет замена?

Трапезников: Замена какая?

Таратута: Просто вас хочется спросить. Вы человек из «Народного фронта», вы пришли в Думу по квоте «Народного фронта». Сейчас уходят прям пачками депутаты из Думы, сенаторы из Совета Федерации…

Трапезников: Какие пачки? Вы посчитайте на пальчиках, нас 450 человек, ушло всего 10 человек, но вместо них пришли другие, то есть ротация необходима.

Таратута: Я хотела спросить, насколько ротация достигнет своего полнокровия?

Трапезников: Я думаю, если мы примем законопроект президента, и наш законопроект, где …

Таратута: Мы говорим о законе на запрет зарубежной недвижимости и счетов.

Трапезников: Да, президент более мягкий законопроект внёс.

Таратута: Вы хотели недвижимость, он говорит – счета.

Трапезников: Безусловно, вы имеете право купить дом в Испании, потому что вы не политик, вы имеете право заниматься политикой в рамках телевизионного поля. Это моя точка зрения, но президент посчитал по-другому. Предположим, от Пермского края заболел, дай Бог ему здоровья, миллиардер долларовый, ушёл, вместо него пришёл нормальный, не богатый человек, который с первого дня…

Таратута: Скажите, сколько народу по вашему плану в рамках этой ротации по бедности покинет Думу и Совет Федерации?

Трапезников: Я с карандашиком посчитал, прочитал декларации, прочитал про недвижимость, думаю, десяток уйдёт от «Единой России», 5-6 человек из других фракций, но вместо них уже ждут, списочек ведь очень большой. Произойдёт ротация – это прекрасно.

Таратута: А вы кого записали в списочек, кто должен уйти, в этот десяток?

Трапезников: Я не имею права говорить.

Таратута: Почему? Вы же не прокуратура.

Трапезников: Тем более, а вдруг СМИ чуточку ошиблись, я же беру из СМИ. Между прочим, все Думу ругают, а мы почему-то забываем, что у нас заработная плата намного ниже, чем у депутатов Московской Городской Думы и так далее. Если мы начнём, то мы самые бедные в какой-то степени.

Таратута: У вас действительно декларация почти самая бедная. У вас у жены какие-то деньги, все их начали считать, но я не стану.

Трапезников: Конечно, очень смешно.

Таратута: Вы бы лично кого прогнали?

Трапезников: Вы знаете, прогоняют курицу с участка, нехорошего гостя, а министров не прогоняют.

Таратута: Я сейчас про депутатов говорила, про ваших коллег. Вы мне когда-то говорили, когда закон инициировали про зарубежное имущество, что вскрылась информация про дом в Чехии Бастрыкина, пусть откажется тогда от Думы или от Следственного комитета.

Трапезников: А пока закон не принят, пока он имеет право в домике пить пиво.

Таратута: А если примут?

Трапезников: Я думаю, что такой человек, как Бастрыкин за три минуты избавится.

Таратута: От дома или от СК?

Трапезников: Естественно, от дома. На весы поставлено положение, желание работать и маленькая квартирка или домик. Смешно говорить. Родина всегда выше всяких квадратных метров за границей.

Таратута: Если пойдёт процесс, может ли «Народный фронт» заменить Россию? Есть такие амбиции у «Народного фронта»?

Трапезников: Впереди съезд, на съезде, видимо, будет принято решение, я документы ещё не читал, видимо, будет общественно-политическая организация. Мы раскроем двери для партий, которые создаются в России, которые, может быть, вольются в «Народный фронт», и мы пойдём широким фронтом по бескрайней России.

Таратута: То есть не будет никакого партийного списка, «Народный фронт» не заменит?

Трапезников: В ближайшее время нет. Единственное, мы можем через «Народный фронт» выдвигать своих лидеров под знамёна партии «Единой России» или «Патриоты России», которые вместе с нами сотрудничают, ряд других партий готовы с нами сотрудничать.

Таратута: Есть такой политик Алексей Навальный, оппозиционный политик, он очень серьёзно борется с коррупцией. Так получилось, что депутат Пехтин, ваш коллега, ушёл, в основном, потому что его на страницах своего блога разоблачил Алексей Навальный. Дума и сам Пехтин как-то поддержал своё разоблачение.

Трапезников: Он опередил события, сделал правильно, как в шахматах.

Таратута: Да, а вот сейчас его могут посадить.

Трапезников: Я не читал уголовное дело, я не знаю. В принципе то, что Навальный делает, с одной стороны неплохо, в смысле если что-то находит, ничего плохого в этом нет. Но ведь его обвиняют не за то, что он кого-то разоблачил. Когда господин Навальный шагнул на такой политический олимп, надо было оглянуться назад, чист ли он.

Таратута: А вы почитайте дело, и тогда у вас не будет таких вопросов, всё вывешено в интернете.

Трапезников: А мне бы хотелось приехать в Киров и полистать, тем более, один из обвиняемых уже сотрудничает со следствием. Я не являюсь большим сторонником господина Навального, но я считаю, что правосудие в России должно быть очень справедливым.

Таратута: Вы сами говорите, что дело полезное. А представьте себе, что он становится президентом. Вы бы стали с ним сотрудничать, отстаивать интересы?

Трапезников: Это нереально, чтобы стать президентом должна быть хорошая биография, не должно быть таких выкриков: «Вперёд на Кремль!».

Таратута: А вы вообще громко сказали про козлов, а депутатом работаете.

Трапезников: Я никого не звал никуда, это просто диалог между одной площадью и другой, а он звал на Кремль. Но я его не обвиняю, в эмоциях на митинге можно в какой-то степени всё. Для меня он не кандидат в президенты, как и Прохоров. Для меня кандидат в президенты – это человек, который прошёл какую-то школу управления или работы в госслужбе, потому что вот так с улицы стать президентом сразу – это неправильно.

Таратута: Был такой случай, когда вот так человек с улицы стал полпредом, буквально ваш коллега…

Трапезников: Как вы глубоко  заблуждаетесь.

Таратута: Не с улицы?

Трапезников: Вы так сказали, мне даже неудобно стало за него. Во-первых, он работал на одном из лучших предприятий  оборонных, которые сейчас на плаву, и он шёл по ступенькам…

Таратута: У нас осталось полминуты, я хотела спросить: вы не завидуете ему, что человек из позиции начальника цеха стал полпредом, а вы всего лишь депутатом?

Трапезников: Я никогда не завидую никому, потому что я сам строю свою жизнь, своё политическое будущее.

Таратута: Представьте себе, что Дума распускается, власть меняется, и мир становится негативным. Вы готовы вернуться к себе на завод или уже совсем трудно?

Трапезников: Вы забыли, сколько мне лет. У меня 50 лет производственного стажа, то есть у меня стаж больше, чем у всех здесь стоящих.

Таратута: Начальником цеха, я же вас не призываю рядовым.

Трапезников: Вы знаете, что мне 55 лет, пора уже активно сотрудничать просто, если что-то случится, но ничего не может случиться, есть две статьи в Конституции РФ. Нет такого понятия «роспуск Думы», и журналистам я многим советую, вы-то грамотная женщина, вы будущий «Герой труда», вы должны почитать 111 и 117 статью Конституции РФ.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.