Егор Жгун о том, как ему одновременно удается работать на деньги Росмолодежи и бороться с режимом

Говорите с Тоней Самсоновой
10 мая 2012
Поддержать программу
Поделиться
Ведущие:
Тоня Самсонова

Комментарии

Скрыть
Автор небезызвестного ролика «12 лет Путина за 2 минуты» Егор Жгун рассказал о календаре для Росмолодежи, талисмане Олимпийских игр Зойче для Оргкомитета «Сочи-2014», а также о задержаниях на майских праздниках, протестах и о том, как их отображать в рисунках.

Самсонова: Сегодня у меня в гостях дизайнер и иллюстратор Егор Жгун. Добрый день.

Жгун: Добрый день.

Самсонова: Егор - потрясающий человек. Ему удается одновременно работать на деньги Росмолодежи, делать контракты с Олимпийским комитетом, а потом задерживаться и проводить время в автозаке. Как это получается у одного человека, Егор?

Жгун: Ну, как. Это немножко разные вещи просто.

Самсонова: День через день, день такой, день другой?

Жгун: А как это противоречит друг другу, работа в Росмолодежи или задерживаться в автозаке? С Росмолодежью там немножко по-другому же было.

Самсонова: Как?

Жгун: Если мы будем читать Кристину Потупчик, то там это очень хорошо видно. Там ребята непонятно зачем захотели мне заказать календарь, и они у меня его заказали, я его нарисовал.

Самсонова: Таким образом, хорошие вещи можно сделать на любые деньги или как?

Жгун: Нет. Мне до сих пор очень нравится календарь. Я переживаю, что меня обманом заставили убрать оттуда Путина, который сидит на Мавзолее в виде пирамиды. Так календарь до сих пор хороший. Как только все узнали, что это Росмолодежь, он не стал быть хуже.

Самсонова: Хорошо, вопрос же не к календарю, картинка отличная. Вопрос к тому, у кого брать деньги, у кого не брать деньги.

Жгун: Там очень простая история. Ко мне пришел Владимир Табак с двумя своими друзьями…

Самсонова: Сказал: «Дружище Егор, как давно не виделись»…

Жгун: Буквально так.

Самсонова: Какие у вас интересные друзья, Егор.

Жгун: Нет, тогда и познакомились. Он сказал, буквально так: «Дружище Егор». Мы очень долго сидели в какой-то «Кофемании», они меня очень долго убеждали, что то, что написано в Интернете, это все неправда, и что это их личный проект с его двумя друзьями, ровно как был календарь до этого. Помните, там были голые студентки прекрасные журфака. Я в принципе, не подумал, что это как-то может повлиять на картинку. То есть мы, собственно, сначала договорились, что это будет просто картинка, которую я нарисую.

Самсонова: У меня нет вопросов к картинке, поймите меня правильно. Вас Табак убеждал, у вас какие были контраргументы, почему вы не хотели работать с Вовой Табаковым, почему ему пришлось вас убеждать?

Жгун: Я-то не знал, кто такой Вова Табак. Если бы ко мне пришел Табак и сказал: «Я из движения «Наши», я бы, вполне возможно, не стал рисовать. С другой стороны, если мне сказали то же самое, нарисуй что хочешь, я не понимаю, почему не надо нарисовать плохое про нашистов за деньги нашистов. По-моему, это даже смешнее, чем просто нарисовать что-то смешное про нашистов. У меня там есть частично про нашистов в этом календаре.

Самсонова: Этот вопрос всегда кто может быть вашим клиентом, а кто нет. С кем можно работать, а с кем нет.

Жгун: Я согласен полностью. Тут очень простая развилка на самом деле. Плохо рисовать за деньги нашистов то, что на самом деле не нарисовал бы за деньги нашистов. Хорошо рисовать за деньги нашистов то, что ты сам нарисовал бы за деньги нашистов. Я не вижу в этом вообще никакой проблемы.

Самсонова: Каких клиентов для вас не существует?

Жгун: Я могу всякие пошлые вещи, говорить про педофилов, убийц, насильников, но на самом деле, это зависит тупо от заказа, с которым приходят, разумеется.

Самсонова: То есть персонально, несмотря на то, что вы вышли 8 мая, я так понимаю, против Путина, или нет? Хорошо, против Путина. Если Путин вам закажет смешную картинку про себя, вы нарисуете?

Жгун: Дело в том, что Путин не зайдет, не закажет смешную картинку. Поэтому я не могу придумать такую ситуацию, если такая ситуация произойдет. Я, как минимум, выслушаю, чего он хочет от меня, Путин, или там этот ваш Володин.

Самсонова: Этот ваш, наверное.

Жгун: Не, на самом деле, с этими ребятами, там же все сейчас абсолютно очевидно. То есть, они настолько не могут сделать двух ходов, что там надо расслабиться и просто понимать, что они говорят буквально, то они и хотят сделать. То есть, если бы Володин пришел ко мне заказать картинку, он бы, скорее всего, сказал, что это. То есть, он бы попытался просто, наверное, заставить меня нарисовать что-нибудь про оппозицию, как я себе представляю. В этом случае, разумеется, я бы ничего не рисовал. Если бы это была такая же история как с календарем, как со всеми остальными на свете, то я не вижу проблемы вообще никакой на самом деле.

Самсонова: Таким образом, хорошие вещи можно делать за любе деньги. В смысле, это же нехорошие деньги, деньги Росмолодежи, нехорошие деньги, деньги Олимпийского комитета или нет?

Жгун: Росмолодежские деньги - это очень плохие деньги. Деньги Оргкомитета… Я просто достаточно долго говорил с этими ребятами, в Оргкомитете сидят совершенно другие люди. С Росмолодежью… Меня это как-то, я переживал по этому поводу, ну, деньги и деньги, господи…

Самсонова: То есть с Росмолодежью работать можно?

Жгун: Нет. Сейчас, разумеется, когда Росмолодежь ко мне подойдет, я уже никак с ними сотрудничать не буду.

Самсонова: Почему?

Жгун: Потому что они пытались обманом что-то со мной сделать. Я до сих пор не знаю что, не могу понять что.

Самсонова: А вы пытались обманом пропихнуть своего Зойча, когда все думали, что это просто шутка от Жгуна. Я напомню предысторию. Олимпийский комитет объявил конкурс на логотипы, там появился некто Зойч (ваше творчество), который набрало много лайков и много голосов. И все думали, что это случайно, а потом вы рассказали, что так заранее было задумано, что это такая вирусная штука.

Жгун: А что было в этом неслучайного? Это было абсолютно случайно.

Самсонова: Подождите, это была вирусная история, и вы заранее сделала Зойча по заказу Олимпийского комитета, или?..

Жгун: Это была вирусная история, я заранее сделал по заказу Оргкомитета, здесь ровно то же самое. И там просто присутствовал заказ Оргкомитета изначально. Без этого было бы ровно то же самое.

Самсонова: Вы обманывали людей.

Жгун: Нет. Там, на самом деле, очень простая история. Я буквальных причин не знаю, зачем они мне его заказали, но я думаю, что проблема в том, там конечно можно говорить, что слить протест, канализировать его. Я не думаю, что такая большая проблема для российского общества в целом, кто будет у нас талисманом. Там была простая проблема, если у нас, а мы можем говорить плохие фразы.

Самсонова: Можем, можем, только без мата, они не успеют запикать просто.

Жгун: Понятно. Если мы рисуем плохую вещь, в смысле, с точки зрения бабушек на улицах, то есть просто синяя лягушка мохнатая и делаем это по заказу просто властей. У нас это сразу проблема. Потому что если по заказу кого-то на верху, это плохо. Если какая-то оппозиционная хрень, как ее назвали в конечном итоге, чего, кстати, не планировалось изначально, то она хорошая.

Самсонова: Егор, вы были 6 на акции?

Жгун: Конечно.

Самсонова: Вы видели, что там люди дерутся с ОМОНом насмерть?

Жгун: Конечно.

Самсонова: Вот. С одной стороны, этой драки, Росмолодежь и Олимпийский комитет, а с другой стороны вы. А потом вы выходите, у вас начинаются будни, вы начинаете на эти деньги Росмолодежи и Олимпийского комитета работать.

Жгун: Да не начинаю на деньги Росмолодежи. Там с календарем совершенно другая история. Давайте с Оргкомитетом. Оргкомитет – очень просто. Если за деньги ребят наверху - это плохая вещь, если от души - хорошая вещь. На самом деле, когда это все раскрылось, сразу очень хороший символ стал очень плохим. И на самом деле, там сейчас видно, как Зойче дальше развивается, как он внезапно стал шутить про замороженный язык и вся вот эта политика оттуда внезапно...

Самсонова: А откуда шутки? Я не понимаю, после того, как ты видишь, как люде бьют, как идут такие драки, мне не смешно. И я открываю сайт Зойчленд и там очень смешные шутки про то, что там загрузка не 100%, а 146%.

Жгун: Сайт Зойчленд делал не я, я бы делал совершенно другой сайт.

Самсонова: Он имеет к вам отношение?

Жгун: Нет.

Самсонова: Вы его рекламируете в своем блоге.

Жгун: Я сделал рекламу сайту.

Самсонова: То есть, он вам нравится, он ваш, или они, вы отрекаетесь от всех этих шуток?

Жгун: Сайт Зойчленд делали совершенно другие ребята. Я с декабря им говорю, что надо делать абсолютно другую историю с Зойчем. То есть Зойч появился как… духовный Зойч. Я предлагал делать ровно то же самое, но они теперь боятся. Теперь, когда это вдруг стали они, теперь они боятся. Ровно та же история с Володиным, как я и говорил.

Самсонова: Вас снова обманывают что ли, я не понимаю? Они берут вашего Зойча и делают не то, что вам нравится, берут календарь, оказывается, что вас обманывают.

Жгун: Они не могут. Что значит, они берут моего Зойча? Это их Зойч. Зойч принадлежит Оргкомитету. Они могут что угодно с ним делать. И они не могут до сих пор.

Самсонова: Ну, вот он на вашей репутации, я имею в виду. Он же на вашей репутации. Все, что сейчас происходит с Зойчем - это все ваша репутация.

Жгун: Я думаю, дальше репутация Оргкомитета начинается, как только это стало известно, что Оргкомитет. Если бы она была на моей репутации, если бы это зависело от меня, вся эта история, сейчас бы у вас в руках сейчас был бы вместо этой черной крышки Зойч. Они боятся этой всей истории. Они боятся того, что кольца крутятся в глазах. Они боятся иска от Оргкомитета. Когда вышла «Футурама», мы же с «Футурамой» с этими ребятами из «Футурамы», они написали за месяц: «Егор, мы тут все фанаты и мы хотим вставить заставку Зойча». Я говорю: «Ok». Трясущимися руками написал. «Хорошо, пришли, пожалуйста, бумагу, что вы не имеете ничего против того, что мы используем кусок из вашего клипа». Я подписал бумагу, отправил факс или отсканировал, не знаю. Мне Оргкомитет в день премьеры позвонил и говорит, тут наши юристы просят не давать по «Футураме» никаких комментариев газете «Ведомости», потому что они думаю, что вид на жабу и Зойча это одно и то же.

Самсонова: Егор, я реально не понимаю, вы валенком прикидываетесь, или правда не понимаете главный вопрос, который, мне кажется, сейчас всех волнует? То есть, меня волнует больше всех. Как можно одновременно выходить на митинги, цель которых снести режим, а именно эта цель, как можно одновременно участвовать в революции, какой бы она смешной ни была, и одновременно после этого, с людьми, которые заинтересованы в сохранении режима, работать. Ну как вот?

Жгун: С кем я работаю? С какими людьми я работаю, которые заинтересованы в сохранении режима?

Самсонова: Вова Табак и Олимпийский комитет.

Жгун: Олимпийский комитет сейчас боятся того, что скажет Путин, ровно точно также как боятся все остальные.

Самсонова: В смысле?

Жгун: Это другая организация. То есть это ребята, которые пришли из рекламного агентства, то есть Чернышенко, он, по-моему, работал в рекламном агентстве, он пришел и он сейчас пытается делать историю, которую в России еще никто не делал. Сейчас это у него не очень получается конкретно с Зойчем, потому что сейчас внезапное - не надо шутить про православие и духовность. А с Табаковым, с Росмолодежью со всеми остальными… Табак, по-моему, не в нашистах.

Самсонова: Нет, он не в движении «Наши», просто его бизнес построен, насколько я понимаю, на Росмолодежи.

Жгун: Ну и пусть построен. То есть там очень просто. Табак пришел: «Нарисуй календарь». Я нарисовал календарь. Потом это выяснилось, что Росмолодежь. Вы можете верить или не верить, что я не знал что это Росмолодежь, я, разумеется, догадывался, поэтому я на календаре разным образом троллил их. То есть, мы договорились, что будет все что угодно. Я нарисовал картинку и смотрю на реакцию. И мне кажется, вряд ли они не заметили, разумеется, нашиста прямо тупо на календаре. Видимо это была двухходовая, чтобы так не спугнуть. То есть, если бы ко мне пришла Росмолодежь, сказала, давайте с вами, Егор, на контрактик нарисовать. Разумеется, я это не сделал. Тут была конкретная история и на конкретных условиях я нарисовал конкретный календарь, который никаким образом не влияет на то, что режим плох, не влияет на то, что… Вы просто прочитайте, что написано на этом календаре. Просто почему-то кажется, что если написано, что «Путин плохой», и «Путин плохой», написано за деньги Росмолодежи, сразу это какая-то инверсия этого слова. Написать «Путин плохой» за деньги Росмолодежи, на самом деле, это тоже очень прекрасно. Я немножко не дотянул его, потому что я как дурак не был до конца уверен, что это Кристина Потупчик пересылает мою почту тупо Василию Якеменко, и тупо Василий Якеменко решает будет это календарь или пазл. Если я бы это знал, разумеется, я там встал бы на рога и делал совершенно по-другому. Но, в принципе, там даже при этих допущениях, календарь очень хороший, на самом деле.

Самсонова: KermlinRussia вас ретвитил и на вас ссылался в день, когда вас задержали, и вы писали что-то типа, хватит превращать все это в клоунаду, всю эту акцию.

Жгун: Нет. Там очень простая история. Я просто участвовал в этих волнениях с 10 утра, на следующий день, в День инаугурации.

Самсонова: Было шестое, на следующий день седьмое - День инаугурации, - вечером начинается…

Жгун: Потом я был на «Китай-Городе» ночью. Потом я был на Чистых прудах на следующий день. И когда я пришел на Пушку, я уже увидел, что люди устали. И потом меня взяли в оцепление, я открыл Twitter и увидел Twitt, по-моему, Олеси Герасименко, вот просто буквально то, что я потом процитирую в телефон Kermlin. А так как я впечатлительный и внушаемый, я просто, когда мне Kermlin позвонил, все SMS писали. Он сказал: «Что скажешь?». Я сказал буквально, что и Герасименко, такие же ощущения. Я тогда не знал, что…

Самсонова: Расскажите, потому что не все читают Герасименко.

Жгун: Я сказал: «Хватит». Я не уверен, что я так говорил, но написано было «хватит хиповать, хватит заниматься фигней, и надо делать большую акцию». То есть делать большую акцию, разумеется, надо. Я просто не знал тогда, что Навального повяжут на 15 суток. Я думал, что будет просто карусель до сих пор. Я вчера, кстати, был на Чистых, и до сих пор, пока Навального не посадили на 15 суток, там было людей не так много. Вы же тоже были.

Самсонова: Да. Давайте займемся стратегическим планированием. Вот большая акция, что дальше?

Жгун: Да хрен его знает, потому что я не стратег в этом плане. То есть я ничего не знаю про акции, я просто смотрю. У меня была история. Я был в Эдинбурге на новый год. Я посмотрел парад, в смысле, фейерверк и потом спокойно возвращался в гостиницу через парк. Я иду по темному парку и слышу, какие-то люди кричат. Подхожу, там на памятнике написано «ОккупайЭдинбург». Там сидит 30 человек, у них палатки, у них пенки и вот, и никто ничего не знает, они просто там стоят. И мне казалось, если на Пушке вдруг, или на Пушке или на всяких бульварах, если ОМОН вдруг внезапно поймет, что можно людей не задерживать, то это все может превратиться именно в это. Поэтому, разумеется, когда людей много, сразу люди, принимающие решение, видно, что они боятся. С другой стороны, я сейчас уже готов поменять свое мнение, потому что как происходит, что происходит в Москве в последние дни, это прямо боязнь видна.

Самсонова: Боязнь власти.

Жгун: Конечно. Мне кажется, когда они засадили Навального, они думали, что мы хотя бы так заткнем, а там пришло еще больше людей.

Самсонова: Ну и три шага вперед. Что будет?

Жгун: Не знаю, я никогда не угадываю, то есть каждый раз, когда я иду на акцию протеста, я думаю, что сейчас придут я, мой брат и еще 10 человек журналистов. Я прихожу… Я один раз ошибся, кстати. Я думал, что будет много людей, когда пришел на Новый Арбат, а там было наоборот, то есть меньше, чем обычно. Поэтому я не знаю, я не умею это предсказывать, я не знаю, что будет дальше. И, в принципе, во что сейчас превратились Чистые пруды, там, может быть, что-нибудь получится. Пусть они там сидят.

Самсонова: Вернусь обратно. Вот вы были вчера на Чистых прудах. Туда пришла Хрюша. Красивый, кстати, проект, человек в костюме Хрюши, который…

Жгун: Все проекты нашистов они абсолютно бессмысленные.

Самсонова: Да. Эту Хрюшу восприняли как врага люди на Чистых прудах. А вы не были в костюме Хрюши, но в каком-то смысле тоже Хрюша.

Жгун: Почему я Хрюша?

Самсонова: Потому что поработали с нашистами.

Жгун: Да, я нарисовал.

Самсонова: Вот они Хрюшу прогнали, а вас своим другом считают на Чистых прудах.

Жгун: Меня считают своим другом.

Самсонова: Ну, конечно, вы же свой хороший Жгун.

Жгун: Нет. Есть достаточное количество людей, которые не считают меня другом на Чистых прудах, это, кстати, нормально. Не, ну а в чем вопрос?

Самсонова: Не, может быть, вы с ними девушку не подели или что-то еще. Я имею в виду, что для вас нет проблемы, понимаете. Меня это больше удивляет, и все люди, которые так или иначе, работают на деньги государства, они не видят проблемы в том, что сегодня сходить побиться с ОМОНом, а завтра пойти и сделать хорошие вещи на деньги государства. Вы реально не видите проблемы?

Жгун: Вы так говорите, как будто я реально работаю в Росмолодежи.

Самсонова: Поработали с ними, извините.

Жгун: Да, я поработал с Владимиром Табаком из Росмолодежи.

Самсонова: Да. И не видите в этом проблемы.

Жгун: Нет.

Самсонова: Как так?

Жгун: Я еще раз объясняю. Ко мне пришли, сказали: «Егор, мы премся от ваших роликов и ваших картинок, нарисуйте нам что-нибудь».

Самсонова: А вы говорите: «Идите ребята…Я с вами не знаком».

Жгун: Я еще раз объясняю, если человек работает в Росмолодежи, то это нарисовать то же самое, что рисуешь, что, разумеется, они не любят…

Самсонова: А, вы хотите всех перехитрить. Конечно. А когда к вам придет майор ФСБ и начнет говорить: «Жгун, слушай, иди к нам, друг», вы тоже будете их пытаться их перехитрить?

Жгун: Если придет и скажет «иди к нам», я скажу «нет».

Самсонова: Или «давай, чувак, делай то, что ты делаешь, мы с тобой. Вот тебе бабло».

Жгун: Что значит «мы с тобой»?

Самсонова: Ну, вот так. «Мы премся от тебя, чувак. Ты такие делаешь картинки и иллюстрации, дорогой Жгун», - скажет вам майор ФСБ.

Жгун: И?

Самсонова: «Продолжайте в том же духе, вот вам денег. Сделайте нам календарик». Вы тоже будете пытаться их перехитрить?

Жгун: Если ко мне придет ФСБ и скажет, сделай мне календарик, я придумаю что сделать из этой истории. Потому что сделать календарик ФСБ - это круто, кстати говоря. Но опять же они не придут.

Самсонова: То есть, вы реально считаете, что вы можете все это обернуть во благо и всех перехитрить?

Жгун: Но мне кажется, с календарем я не то ,что оберну во благо, я сделал прекрасную вещь. И все люди, которые не знали, что это календарь Росмолодежи, они его ретвитили. Даже ненавидящий меня Олег Кашин, прекрасно заретвитил его.

Самсонова: А за что он вас ненавидит?

Жгун: А?

Самсонова: За что он вас ненавидит?

Жгун: Он называет меня Мурзилкой из Росмолодежи. В точности то, что вы сейчас говорите в слух, то он пишет в своих твитах.

Самсонова: По-моему, это очевидно.

Жгун: Ну, ok.

Самсонова: Единственная история, которая может по-другому повернуть вашу персоналити, это конечно, если пытаетесь это государство каким-то образом обхитрить. Если вы думаете, что, действительно, один Жгун против всех.

Жгун: Я не знаю. Разумеется, я один против государства ничего не сделаю. Но если они и готовы к тому, что они делают то, что ты делаешь за…

Самсонова: Типа они тупые, а я хитрый.

Жгун: Ну, они правда туповаты.

Самсонова: А я хитрый.

Жгун: Я тоже тупой, все мы тупые.

Самсонова: Нет, пока 1:1, мне кажется. С календарем выиграли вы, а вот с Зойчем, как-то они.

Жгун: С Зойчем там да. Если бы я знал, что настолько у них согнутся коленки... То есть, когда там была история с Медведевым, помните, когда был выбор социальной карты россиянина, что ли, Медведев сказал, что выборы в Интернете, скорее всего, были нечестными. Вот тогда у них волосы зашевелились на голове. По-моему, мне кажется, именно тогда все это стало широко известно в узких кругах. И вот ровно после этого они стали, там просто видно, там был переломный момент. То есть раньше даже решение принимали быстрее. И вот сайт Зойча, по нему просто буквально видно.

Самсонова: А как устроена система принятия решений в Олимпийском комитете? Какие там подрядники, кто там главный приниматель решения?

Жгун: Я не знаю. В Зойче было все просто - знали буквально 4 человека. То есть глава оргкомитета, человек, занимающийся сайтами. Их, разумеется, было больше, потому что, как минимум, какие-нибудь секретарши.

Самсонова: То есть Олимпийский, есть Оргкомитет, у него есть какие-то подрядчики, или как это устроено?

Жгун: Я не знаю, я же не работал в Оргкомитете. То есть, понимаю, они со мной работали через рекламное агентство. Я нарисовал через рекламное агентство. Потом мы уже как-то все вместе этим всем занимались. Но у них, разумеется, есть подрядчики. Но а как. Как обыкновенная компания, которая заказывает себе. У них же там сайт, какие-то игрушки, и ферси, у них же много всяких историй.

Самсонова: На самом деле, я придумала вас позвать на программу «Говорите» еще какого-то 2 мая, когда вообще не пахло никаким протестом и революциями. И меня очень волновала история с Днем победы, потому что безумная совершенно эстетика в последние годы была у этого праздника.

Жгун: Эстетика, это когда делают прекрасные заборчики ЦАО МВД? Я вчера пытался опять выйти из Брюсова, наверное, пытался выйти на Тверскую. И мне в очередной раз сказали, идите либо до Охотного ряда, либо до Пушкинской.

Самсонова: Не, но 2 мая еще было, не пахло всеми этими заборчиками, или…

Жгун: Не, у нас каждый раз на День Победы у нас заборчики. Вы что. То есть в центре Москвы гулять не возможно абсолютно. То есть я не знаю что хуже, День города или День Победы, скорее всего День города. Потому что там еще стоят сцены.

Самсонова: Мне кажется, День Победы, потому что это еще все именем ветеранов, то есть, все эти ужасные флаги и все остальное.

Жгун: Может быть. Они все, конечно рвотные рефлексы развивают очень сильно все эти праздники в центре города.

Самсонова: Но, по-моему, в первый раз это было у нас в советском стиле, то есть три звезды на Лубянской площади.

Жгун: Я вообще ничего не знаю про День Победы, который был недавно. Я во время парада спал, а потом я ходил не по Лубянской площади. То есть я пришел сразу на Чистые.

Самсонова: И телевизор вы тоже, наверное, не успели включить.

Жгун: Зачем? Нет, а что там можно увидеть? Как едут танчики? Меня они не вдохновляют ни на что.

Самсонова: И никогда не вдохновляли?

Жгун: И никогда не вдохновляли. То есть я рисовал танчики в детстве, потому что это было круто.

Самсонова: Пикселями.

Жгун: Ну, как пикселями, рисовал танчики, все рисуют танчики, я рисую танчики.

Самсонова: Вы как эксперт по фирменным стилям, логотипам и праздникам, что делать с Днем Победы, вот вопрос?

Жгун: Да то же самое, что делать со всеми остальными штуками, которые у нас делают в государстве. Кстати, если мы говорим про оргкомитет, у меня вот логотип полный отстой, а вот фирменный стиль из этого лоскутного одеяла, он получился хороший. Здесь нет второго решения. Надо просто перестать думать, что дизайнер, который выиграет тендер за самую меньшую сумму, он нарисует самый лучший логотип. Или не надо думать, что любой человек может нарисовать любую хрень. То есть на самом деле, там просто у них сидят в голове открытки из советского времени эти все, георгиевские ленточки, буква «Е» и так далее. И сейчас просто эти ребята научились работать в современных редакторах. Вот, собственно, это все и происходит. Надо просто прийти и начать заново.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.