Эксперт «Гринпис России» Алексей Ярошенко о том, дойдут ли лесные пожары до Москвы

Кофе-брейк
22 апреля 2012
Поддержать программу
Поделиться
Ведущие:
Лика Кремер

Комментарии

Скрыть
На Дальнем Востоке продолжают бушевать лесные пожары. В МЧС успокаивают: сейчас они не угрожают населенным пунктам.

А накануне власти подсчитывали, сколько же домов сгорело в селе Тыгда в Амурской области. Насчитали 83 дома, без жилья остались 346 человек. Погибла одна пожилая женщина.

Почему спустя два года после сильных пожаров лета 2009 власти не в силах вовремя обнаружить очаги пожаров и сделать так, чтобы села не горели, обсудили с руководителем лесной программы «Гринписа» Алексеем Ярошенко. 

Кремер: Почему же власти не в силах предупредить эти пожары, и что они делают, на ваш взгляд, неправильно? На ваш взгляд, на взгляд экологов?

Ярошенко: На наш взгляд, после 2010 года никаких адекватных выводов сделано не было, никто из людей, виновных в той ситуации, не понес ответственности, в прошлом году скрыть катастрофические пожары удалось только благодаря тому, что горели относительно малонаселенные регионы – Север, Сибирь, Дальний Восток. В этом году ситуация повторяется, только уже в южных регионах Сибири. Сейчас там временная передышка, потому что пошли снег и дождь, но она именно временная, то есть, как погода опять наладится, будет жарко, тепло, ветрено, опять все начнет гореть.

Кремер: Власти говорили про самолеты-амфибии, которые так полезны. Действительно, это способ, который может помочь? Ведь за рулем этого самолета-амфибии фотографировался сам Владимир Путин.

Ярошенко: Да, но проблема в том, что за последние примерно 30 лет достоверно не известно ни одного случая, когда лесной пожар в России или в СССР был потушен с помощью такого самолета. Это, к сожалению, только вспомогательное средство, оно помогает, ну, может быть, в одном пожаре из тысячи может понадобиться, а основные средства – это наземные. К сожалению, они разрушаются, техника покупается не та, а самое главное, профессионалы уходят из лесной службы. У нас сейчас в лесном хозяйстве осталось примерно в 4-5 раз меньше людей, чем работало до введения Лесного кодекса 2006 года.

Кремер: Каким образом должно это быть организовано? Потому что сейчас МЧС говорит, что отвечает только за тушение пожаров в населенных пунктах, губернаторы говорят, что им не хватает денег на профилактику пожаров. При этом – леса горят. Кто крайний, на ваш взгляд? И каким образом надо организовать процесс?

Ярошенко: Надо, прежде всего, вернуть людей в лес, вернуть профессиональную лесную охрану, которая была уничтожена Лесным кодексом 5 лет назад, вернуть лесохозяйственные организации, которые смогут зарабатывать себе на жизнь законными методами, ведя лесное хозяйство.

У нас были такие организации, как лесхозы. На них держалась вся система охраны лесов от пожаров, почти вся, потому что часть пожаров тушила централизованная система Авиалесохрана, - это уже крупные, катастрофические пожары. Если не вернуть в лес лесников, людей, которые ведут хозяйство в лесах, охраняют его от огня, то пожары на ранних стадиях тушить будет некому, как это происходи сейчас, а каждые полдня, день, потеря времени при начальном тушении пожара – уже переводят этот пожар в разряд крупного, а-то и катастрофического.

Кремер: Готовятся какие-то поправки в этот Лесной кодекс для того, чтобы помочь лесникам? Каким образом их вообще можно вернуть в лес?

Ярошенко: Поправки в Лесной кодекс за время его действия, за 5 с небольшим лет, уже внесено 17 наборов поправок, но они готовятся в том же порядке, что и сам кодекс, то есть, непрофессионалами, без обсуждения с профессиональным лесным сообществом. То есть, люди, которые сидят во власти, в Думе, в правительстве, которые, в общем, о лесе имеют школьное представление в лучшем случае.

Кремер: То есть, вы хотите сказать, что в Думе нету ни одного человека, который про это понимает?

Ярошенко: Один есть, но он давно не работает с практикой, и, к сожалению, он недавно стал председателем. Я про Кашина в данном случае. Он недавно пришел к руководству Комитетом по природным ресурсам, не факт, что у него получится что-то сделать.

Кремер: Но у вас есть какая-то на него надежда?

Ярошенко: Маленькая, потому что я понимаю, что роль Думы как законотворческого органа, она сейчас сведена почти к нулю, к нажиманию кнопок, по сути дела.

То есть, все поправки, все 17 наборов, которые уже приняты, они готовились в правительстве, вносились правительством, и в Думе доходило до того, что даже грамматические ошибки, которые вносились правительством, они принимались, и потом уже исправлялись последующим федеральным законом.

Кремер: Какой ваш рецепт, что нужно сделать в первую очередь?

Ярошенко: В первую очередь необходимо вернуть государственную лесную охрану, не на словах, как это было сделано после 10 года, а реальную систему с достаточной численностью людей, с федеральным финансированием; необходимо вернуть самостоятельные лесохозяйственные организации, аналог лесхозов, которые были раньше, но без надзорных функций на местном уровне, но те, которые могли бы заниматься лесным хозяйством профессионально.   

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.