Артур Гаспарян: "Российский шоу-бизнес занимается политическим пресмыкательством"

1 303 1
Музыкальный критик "МК" Артур Гаспарян - о бизнесе, политике и чрезмерной любви шоу-бизнеса к "Единой России".

Давлетгильдеев: Давайте вспомним, как Владимир Путин в окружении Шерон Стоун играл I found my thrill on Blueberry hill.

Гаспарян: Ах да, я совсем забыл. Я был не политкорректен, я никого не имел в виду, это было образное выражение.

Давлетгильдеев: Вот, собственно, Владимир Путин поет блюз и играет на рояле. После этого он еще споет «С чего начинается Родина». По-моему, в январе прошлого года было это благотворительное мероприятие. Путин до этого не был замечен вообще на эстраде.

Гаспарян: Не был. Надо же когда-то начинать с чего-то. Получилось неплохо, на мой взгляд. Это гораздо лучше, чем Жириновский, который был первым в этой стезе. Политик – это человек публичный. Конечно, любой его шаг – это элемент пиара. Мы помним и Билла Клинтона, который с саксофоном выступал.

Я считаю, что у Путина, с абстрактной точки зрения, если уйти от всех подоплек, от всех подтекстов, картинка была красивая, достойная. Человек понимал, что он делает, и сделал он это настолько хорошо, насколько он мог это сделать, насколько позволяли ему его возможности, способности. Это не было стыдно, это не было размахиванием палочкой дирижера с оркестром в Берлине, когда вся страна сидела, закрыв глаза, и сгорала от стыда. К счастью, в этой ситуации не было стыдно. Можно просто порадоваться за Владимира Путина, что он нашел в себе еще один талант. Он у нас человек, у которого много всевозможных талантов.

А вопрос подтекстов, побудительных мотивов и всего прочего – это, конечно, уже другая история. Уже эта история, наверное, дает гораздо больше почвы для всевозможной иронии, сарказма и всего остального. Потому что все-таки хотелось бы, чтобы политики занимались результативно политикой, и были успешны не в своем выступлении на сцене в образе поющих людей, а были бы успешны именно как политики, чтобы они приносили нам чувство глубокого удовлетворения, а не протеста или возмущения именно как политики. А уж что они там делают на сцене – это, конечно, вопрос второй, это вопрос личного вкуса и степени, может быть, испорченности этого вкуса.

Давлетгильдеев: По поводу вторых вопросов. В последнее время очень модно среди людей из шоу-бизнеса, среди людей, которые как раз лучше бы и оставались на сцене, идти в Государственную думу, идти во власть, в политику, признаваться, что их возбуждает партия «Единая Россия». Как она возбуждает, например, ту же самую Надежду Бабкину.

Гаспарян: Если бы кого-то возбуждала не только «Единая Россия», а допустим, партия «Яблоко», например, тогда это было бы понятно. Потому что когда проходит церемония «Оскара», мы знаем знаменитый оскаровский тренд, вообще тренд Американской гильдии киноактеров: когда республиканский президент – ему на каждой церемонии «Оскара» достается по самые помидоры, когда демократический президент – у них такая любовь к демократам. Неважно, президент может быть каким-нибудь провальным или несостоявшимся, но демократов они любят. И понятно, что это идет от души, там на людей администрация президента, грубо говоря, не давит серыми кардиналами, которые играют этими пешками на политическом поле.

У нас, к сожалению, подоплека этой политической активности артистов в большинстве случаев, к сожалению, это уже не 90-е годы, когда действительно был некий порыв у людей. Да, там платили деньги за концертные туры, артистам надо платить деньги, но при этом люди выбирали их. Приглашала одна политическая сила, другая политическая сила, третья политическая сила, и артисты часто принимали приглашения и предложения участвовать в избирательных кампаниях, исходя из своих собственных политических пристрастий.

К сожалению, в связи с тем, что политическая поляна в нашей стране полностью зачищена, и государство срослось с одной партией, и теперь можно признаваться в любви только одной партии, для того, чтобы завоевывать свое место под солнцем и реализовывать свои собственные шкурные интересы, театрик какой-нибудь заиметь за государственный счет.

Давлетгильдеев: Подписать письмо против Ходорковского, как сделал Калягин.

Гаспарян: К сожалению, в нашей ситуации за действия артистов очень стыдно, потому что это позорно. Это все очень позорно - такое политическое пресмыкательство перед властью, перед силой. Это никакой не вопрос личного политического выбора, как бы они не говорили: а что, мы не можем любить «Единую Россию»? Можете вы, конечно, любить, но в нынешней политической ситуации в нашей стране, мне кажется, любое признание в любви к «Единой России» - это просто моветон. Это вопрос каждого человека, кем он хочет выглядеть в глазах думающих людей. Вот хочет он выглядеть полным …, извините, меня, не хочу говорить это слово, значит, он это сделает.

Давлетгильдеев: Алла Пугачева тут не так давно тоже призналась в любви к «Правому делу».

Гаспарян: Алла Пугачева – красавица, молодец.

Давлетгильдеев: Точнее, даже призналась в нелюбви к господину Суркову. Ей можно, потому что она настолько священная корова, что ей никто ничего не сделает, ее боятся даже там?

Гаспарян: Нет. Вы знаете, она совершила очень смелый гражданский поступок. У нас в стране нет священных коров. 1937 год доказал, что не может быть в стране священных коров, и не только 1937 год, но и более недавние события тоже показывают, что в нашей стране священных коров быть не может. В нашей стране только одна священная корова – это руководящая, направляющая сила, управляющая государством. Весь вопрос в степени доброты этой руководящей силы. Если управляющие страной люди вдруг завтра разозлятся, им все надоест, никаких священных коров не будет. И ни Алла Пугачева, и Алла Пугачева – никто не будет священной коровой.

Я могу сказать, что, на мой взгляд, она совершила, выступив с такой пламенной революционной речью, независимо от того, стала бы она объектом таких ехидных комментариев анонимных источников в Кремле, что вот Прохоров перепутал партийное строительство с корпоративами проплаченными, на которых выступают проплаченные артистки (это к вопросу о священных коровах). Но быть такими беспредельщиками, чтобы назвать несчастную Аллу Борисовну, святая святых, практически священную корову, так вот затоптать и назвать ее проплаченной артисткой – это неуважение не столько к этому человеку, который, на мой взгляд, сделала для страны, для нашего народа гораздо больше, чем иные кукловоды из Кремля. Хотя бы по выслуге лет. И вот суметь найти в себе эту наглость, это хамство так вот плюнуть на святое – это говорит о нравах, в том числе, о кремлевских нравах, и к вопросу о том, что никаких священных коров быть не может. Что в любой момент священная корова может поехать в места не столь отдаленные и перестать быть священной коровой.

Поэтому то, что Пугачева нашла в себе смелость, независимо от того, какие у нее там были мотивы, выйти вот так вот и заявить то, о чем другие люди говорят только на кухнях, и никогда, ни при каких обстоятельствах не скажут публично просто из чувства страха. Потому что у огромного количества людей в стране насаждено чувство страха, мы все чувствуем на своей собственной коже. В этой атмосфере всеобщего страха она сумела сказать то, что многие бы побоялись сказать – ну ей памятник надо поставить, просто вместо чудовищного Петра Первого, который здесь стоит, который должен был быть Колумбом, поставить памятник Алле Пугачевой из бронзы. 

Купить подписку
Комментарии (0)

Комментирование доступно только подписчикам.
Оформить подписку
Другие выпуски

Читайте и смотрите новости Дождя там, где вам удобно
Нажав кнопку «Получать рассылку», я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера