С чем связаны громкие погони и аресты последних дней. Объясняем, почему силовики вышли за рамки

Новости
2 июня
7 934
2

В последние дни произошли три события, связанные с активизацией силовиков по отношению к тем, кто, как считалось, находится вне зоны их досягаемости. Это и арест сына топ-менеджера «Лукойла», устроившего с друзьями полицейскую погоню в Москве, и конфликт охранников Евгения Пригожина, которого называют другом Владимира Путина, с сотрудниками ГИБДД в Петербурге. Кроме того, во Владивостоке задержали мэра Игоря Пушкарева, что стало итогом совместной работы СК и ФСБ. Дождь объясняет, как это может быть связано с переделом сфер влияния силовых ведомств. 

22 мая Руслан Шамсуаров, сын вице-президента «Лукойла» и ближайшего друга президента нефтяной компании Вагита Алекперова, и его друзья спровоцировали полицейских на погоню за их Gelenvagen. Шамсуаров вел видеотрансляцию преследования в сервисе Periscope. Сына топ-менеджера удалось задержать только после вмешательства ОМОНа, ему дали 15 суток. Уголовное дело в связи с погоней уже трижды заводили и закрывали.

25 мая сотрудники ФСБ и ГИБДД проводили в Петербурге рейд по поиску тех, кто незаконно использует государственную символику и спецсигналы. Они попыталась остановить кортеж Пригожина на Английской набережной, но требование не было выполнено.  Полиция устроила погоню, которая завершилась у офиса Пригожина на площади Трезини. Человек, похожий на бизнесмена, скрылся в офисе, а его водители и охранники вступили в конфликт с полицейскими. В отношении двух водителей, не подчинившихся требованиям полиции, заведены административные дела. Против охранника бизнесмена, который пытался разбить служебную камеру ФСБ, завели уголовное дело.

1 июня после неожиданных обысков в мэрии Владивостока и еще по нескольким адресам следственно-оперативная группа СКР и ФСБ задержала главу города Игоря Пушкарева. Чиновнику предъявлено обвинение в коммерческом подкупе и злоупотреблении полномочиями, он этапирован в Москву.

Такая высокая концентрация громких событий, связанных с деятельностью силовиков, указывает на то, что те пытаются отстоять свои позиции на фоне появления суперигрока в виде Национальной гвардии, объясняют два источника, близких к силовым ведомствам.

Нацгвардию президент Владимир Путин создал в апреле на базе внутренних войск МВД. Во главе службы он поставил Виктора Золотова, который много лет руководил охраной Путина.

СК и ФСБ против Нацгвардии

Из-за создания Нацгвардии пошатнулась система, в которой Следственный комитет боролся с Генпрокуратурой, а ФСБ — с МВД. Аппаратный вес ведомства во главе с человеком, которому Путин доверял самое главное — свою охрану, внес определенный дисбаланс. МВД после потери Внутренних войск оказалось практически «обескоровленным»: сначала тульским губернатором назначили Алексея Дюмина — выходца из ФСО, где до этого работал Золотов, потом «представителя Генпрокуратуры» Александра Хинштейна сняли с праймериз «Единой России».

Теперь Следственный комитет и ФСБ должны продемонстировать свои возможности — как другим ведомствам, так и тем, кто ищет защиты у силовиков или вынужден учитывать их интересы. То есть речь идет о пересмотре прежних сфер влияния.

Противостояние Золотова и Следственного комитета началось еще в прошлом году. После убийства Бориса Немцова СКР пытался доказать, что пытается добраться до заказчиков преступления в Чечне, а глава республики Рамзан Кадыров в это время выкладывал в инстаграм фото с Золотовым.

Золотов мог воспользоваться ухудшением ситуации с главой Чечни и «страхом Путина, что тот выходит из-под контроля», рассуждает политолог Татьяна Становая.

«Золотов мог сказать, мол, я присмотрю за ним», — предполагает она. — То есть дать Путину некие гарантии и относительно контроля за протестной активностью в стране, и за войсками главы Чечни».

Закончилось это тем, что через полтора месяца после назначения Золотова руководителем Нацгвардии СКР обратился к Золотову с требованием устранить нарушения в чеченском батальоне «Север», которые могли привести к убийству Немцова. Как говорится в документе, который оказался в распоряжении РБК, генерал-майор Николай Тутевич, возглавляющий расследование убийства, ещё 27 января потребовал от Золотова провести служебную проверку и по её итогам привлечь виновных к «строгой дисциплинарной ответственности». В СМИ информация попала только спустя четыре месяца после обращения. 30 мая Росгвардия отчиталась о том, что «устранила причины и условия, способствовавшие убийству».

Между тем, РБК напоминает об исчезновении записей с камер видеонаблюдения, находящихся в ведении ФСО (Евгений Муров, руководивший службой с 2000 года, на днях был отправлен в отставку, как предположили СМИ, из-за «дела Минкульта»).

По словам политолога Евгения Минченко, СКР и ФСБ находятся по одну сторону баррикад в борьбе с аппаратным усилением Золотова. Руководители ведомств Александр Бастрыкин и Александр Бортников считаются союзниками «достаточно давно». «Оперативно-разыскное сопровождение большей части дел, которые расследует СК, осуществляет ФСБ. То есть они просто функционально по определению обречены на сотрудничество», — говорит Минченко.

Противостояние Золотова и ФСО с Бастрыкиным и Бортниковым Минченко называет «системой издержек и противовесов». «В систему закладываются противоречия, чтобы не сосредотачивать силовой ресурс в одних руках, это бином Ньютона», — считает Минченко.

И в ФСБ, и в СКР недовольны созданием Нацгвардии, говорит бывший депутат Госдумы, полковник ФСБ в запасе Геннадий Гудков.

«Дополнительные полномочия, которые передаются Нацгвардии, будут использоваться для разгона протестного движения, борьбы с оппозицией, в которой сейчас доминируют ФСБ и СК», — считает Гудков. 

Фото: Макс Ветров / РИА Новости

МВД и Генпрокуратура

МВД потеряло Внутренние войска, но в состав ведомства перешли ФСКН и ФМС. При этом руководители МВД в России традиционно были «политически слабее», отмечает Становая. По ее словам, МВД — слишком полицентричная структура, у нее много разных центров влияния. «Там выходцы и из ФСО, и из ФСБ, и свои собственные центры влияния, просто так ими не порулишь», — считает политолог.

Однако, в отличие от ФСБ и Следственного комитета, у Нагвардии нет возможности самой возбуждать угловные дела. Новой структуре нужны те, у кого есть такие полномочия, поэтому, скорее всего, ей придется сотрудничать с ослабленным МВД. Связка МВД и Нацгвардии уже наблюдалась в том, как была организована погоня за Русланом Шамсауров. 

Позиции Генпрокуратуры во главе с Юрием Чайкой, чьи полномочия заканчиваются в июне, но которого Совет Федерации готовится переназначить, скорее ослабли, отмечают собеседники Дождя. «Чайка остался на своем посту в первую очередь потому, что ему не нашли замену. Путин не стал назначать предлагаемые креатуры руководителей других силовых ведомств, чтобы не вносить еще больший дисбаланс в систему», — объясняет один из них. Отказ Генпрокуратуры от уголовного преследования Шамсуарова-младшего демонстрирует желание ведомства не оставаться в стороне и тоже показать свои возможности.

ФСО

Одновременно с переходом выходца из ФСО Золотова на пост «главного силовика страны» Федеральная службы охраны стала кузницей кадров для российской политики и силовых структур. «Структура в последнее время находилась на подъеме. Сотрудники ФСО занимали ключевые позиции в других силовых структурах, например, в МВД. Выходцы из ФСО или близкие к этой группе становились губернаторами», — отмечает Минченко.

После отставки с должности директора ФСО Евгения Мурова ведомство возглавил Дмитрий Кочнев — бывший зам Мурова и руководитель службы безопасности президента. По мнению Евгения Минченко, назначение Кочнева — еще один признак доверия президента к команде Золотова, в которую входил Кочнев.

Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.