«Все, что мы вычитали в этом деле, только подтверждает полный бред происходящего». Речь Кирилла Серебренникова в суде

18 июля, 11:48
14 613

18 июля Басманный суд Москвы продлил домашний арест режиссеру и руководителю «Гоголь-Центра» Кириллу Серебренникову. Его обвиняют в хищении 130 миллионов рублей, выделенных Минкультуры «Седьмой студии» на театральный проект «Платформа». Дождь приводит речь Кирилла Серебренникова, которую он произнес в суде. Ее текст опубликовали на странице «Гоголь-центра» в фейсбуке.

Ваша честь!

То, что происходит со мной, а также с другими участниками так называемого театрального дела в течение последнего года можно назвать только одним словом — абсурд. Мне предъявили абсурдное обвинение, на основании которого меня незаконно лишили свободы. И это беззаконие продолжается: вот сейчас в очередной раз следствие просит вас продлить мне срок домашнего ареста. Основания все те же — скроюсь, буду угрожать свидетелям и т.д. Я эти основания полностью отвергаю. Незачем мне скрываться, некому угрожать, нет доказательств, которые нужно уничтожать. Эти заявления до того абсурдны, что их даже неловко опровергать.

Мы заканчиваем ознакомление с делом и все то, что мы вычитали в этом деле, только подтверждает полный бред происходящего. Моя защита заявила более тридцати ходатайств о проведении следственных действий, направленных на установление того, куда тратились наличные деньги на «Платформе». Но следствию, оказывается, совершенно не интересно это узнавать! Мы уже начали получать отказы в удовлетворении своих ходатайств. Чтобы вам было понятно: мы, например, просили следствие допросить всех сотрудников «Седьмой Студии» и выяснить, каким образом им платилась зарплата. И нам в этом отказали.

Я рассказываю это для того, чтобы вы, ваша честь, а также все, кто следит за нашим делом, услышали позицию следствия. Она, если коротко, сводится к следующему: сначала мы украли обналиченные денежные средства, а потом на них, на эти денежные средства, мы провели проект «Платформа». То есть, вдумайтесь: мы украли деньги и на эти, то есть украденные деньги три года проводили «Платформу». Если следовать логике следствия, мы распорядились украденными наличными деньгами по своему усмотрению: а усмотрение состояло в том, чтобы провести «Платформу», и мы ее провели! Украли и провели на украденное, выходит. Но это же абсурд!

Мы заканчиваем ознакомление с делом и для меня все больше очевидно, что против нас нет никаких доказательств, даже показания Масляевой (бывший главный бухгалтер «Седьмой студии» и единственная, кто признал вину в уголовном деле — прим. Дождя) не подтверждают, что мы что-то украли. Фактически все дело свелось к формуле «обналичили — значит украли». Украли — и сделали «Платформу». Бред. Масляева про обналичивание вот что говорит:

«Перед открытием самого проекта „Платформа“ в 2011 году ко мне подошли Итин и Малобродский, которые спросили меня о том, есть ли у меня знакомое юридическое лицо или индивидуальный предприниматель, которые мог бы оказывать АНО „Седьмая Студия“ так называемую помощь в „обналичивании“ денежных средств. Когда я спросила Итина и Малобродского, зачем это нужно, Итин и Малобродский сказали мне о том, что денежных средств, выделенных из федерального бюджета, возможно, может не хватить на реализацию всех запланированных проектов, что если проводить все платежные операции через безналичных расчет и официально, то слишком много налогов придется заплатить».

Масляева не говорит, что деньги будут похищаться — она говорит, что налоги можно и не платить, и для этого надо обналичивать деньги. И запланированных проектов много — все их без наличных не сделать. Вот и надо следствию или расследователь историю про налоги, или проверять каждый проект «Платформы». Но следствие отказывается это делать в течение девяти месяцев.

Поскольку, ваша честь, вам предстоит принимать решение о продлении или непродлении срока домашнего ареста, я бы хотел объяснить вам свою позицию. Я постараюсь сделать это максимально коротко и по пунктам.

  1. Я не занимал в «Седьмой Студии» никакого административного поста и не подписывал текущих хозяйственных документов. Я не руководил работой бухгалтерии и всех остальных служб. Я был художественными руководителем, и я отвечал за танцевальную, драматическую, музыкальную и медиапрограммы проекта «Платформа».
  2. Проект «Платформа» полностью состоялся. Он шел больше трех лет. За это время мы сделали около ста оригинальных проектов. Мы показали 340 представлений. Мы привлекли к участию в проекте более 600 артистов, музыкантов, композиторов, танцоров, художников. Наш проект посетили более 80 тысяч зрителей — большинство, кстати, абсолютно бесплатно, потому что проект был инновационный и потому, что мы должны были знакомить людей с современным искусством. И мы это сделали. Я горжусь и проектом, и всеми, кто его делал.
  3. Для осуществления проекта в «Седьмой Студии» постоянно работали от 40 до 60 человек. И этим людям, так же, как и мне, выплачивалась заработная плата. Мы получали ее наличными в кассе, и мы расписывались за эти деньги. В деле есть масса показаний об этом. Но следствие не хочет считать эти деньги. Оно прямо говорит нам — вы украли денежные средства, обналичив их. И заработную плату вы платили этими украденными деньгами.
  4. В деле есть показания людей, которые приглашались на «Платформу» для подготовки конкретного мероприятия. Таких показаний совсем немного. Следователи просто не стали никого допрашивать. Так вот и этим специалистам гонорары выплачивались наличными денежными средствами. И это, получается, тоже выплаты из похищенных денег. Мы указали всех участников каждого из мероприятий «Платформы», мы попросили допросить всех этих людей, посчитать сколько же им было выплачено, провести хоть какую-то экспертизу. Но нам отказали. Вот, что следствие ответило нам на ходатайство: «Лица, перечисленные в ходатайстве, какого-либо отношения к реализации проекта "Платформа" в 2012 году не имели». Но ведь это ложь!
  5. Точно так же, ваша честь, оплачивались расходы на приобретение части реквизита, декораций, расходных материалов. Все из тех же наличных денежных средств, которые мы якобы украли. Украли и сделали на них «Платформу».
  6. Ваша честь, я не хочу никого убедить, что обналичивание денежных средств это хорошо. Я не собираюсь оценивать то, каким образом действовала бухгалтер Масляева. Наверное, помимо Итина (бывший гендиректор студии Юрий Итин — прим.) в том, что такой человек, как Масляева, оказалась среди работников «Платформы» есть и моя вина. Но для меня нет сомнений, что все обналиченные деньги строго учитывались в кассе «Седьмой Студии» и выдавались из этой кассы строго на проекты. Я все это узнал только сейчас, знакомясь с делом. Но это знают и следователи. И это для них так же очевидно, как и для меня. И поэтому, чтобы оправдать все это дело и мое нахождение под домашним арестом в течение 9 месяцев, они и придумали вот это фантастическую по своей абсурдности формулу — мы украли все обналиченные денежные средства и распорядились ими по собственному усмотрению: то есть мы провели «Платформу», которую и должны были провести по договору с Минкультом. Мы не купили себе машины и квартиры, мы провели грандиозный по своим масштабам проект, мы сделали то, что заказывало государство.

Ваша честь, нет и не было никаких оснований для помещения меня под домашний арест в августе 2017 года. Нет никаких оснований для того, чтобы сейчас этот домашний арест продлить. Все дело «Седьмой Студии» — это фарс, абсурд и беззаконие. Это очевидно для меня с самого первого допроса. Это подтверждается тем, что мы видим в этом деле. Об этом я сегодня попытался очень коротко рассказать вам.

В конце я хочу сказать: я очень благодарен Авиньонскому фестивалю, который вчера и сегодня проводил акции, поддерживающие меня и моих коллег. Это очень важно для нас. Спасибо.

Фото: Мария Борзунова / Дождь

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю