«Говорят, нас надо убить. А потом платят, чтобы мы их унизили в сексе»: как трансгендеры выживают в консервативной Армении

5 июля 2018 Дарья Жук
7 713

Секс-работники, как люди не обремененные общественными условностями, порой оказывались на передовой. Например, они первыми стали делать операции по смене пола, следуя голосу своей сексуальности. Но как бросить эту тяжелую работу и попасть в социальный лифт, который вывезет дальше — наверх? Например, в Армении секс-работа остается фактически единственной доступной профессией для трансексуалов. Об этом репортаж Дарьи Жук из Еревана.

Нора, трансгендер, секс-работница: Здесь — это комната для моей работы, мой офис. Я здесь принимаю своих клиентов. И большинству моих клиентов нравится играть роль раба, а мне роль госпожи, поэтому я применяю к ним БДСМ-инструменты: наручники, плетки и всякие такие разные вещи.

Плетки и поводок Нора сделала своими руками из натуральной кожи.

Нора, трансгендер, секс-работница: Потому что у нас в Армении нет магазинов секс-шоп. Я только полицейские наручники купила.

Магазины для взрослых в консервативной Армении под запретом, но спрос на секс-услуги высокий. Клиентов Нора принимает в съемной квартире.

Нора, трансгендер, секс-работница: Звонил клиент и спросил, какие у меня услуги и сколько стоят. Дяденька примерно 45 лет. 40 000 армянский драмов — это почти $90.

Норе всего 19 лет, и она — открытый армянский трансгендер. В прошлой жизни ее звали Арменом.

Нора, трансгендер, секс-работница: Мои родители из организации «Свидетели Иеговы», и это была огромная проблема в моей жизни для меня, потому что они не принимали меня и таких людей, как я.

Когда Нора стала старше, родители настояли, чтобы она вступила в секту. А потом, когда ее заперли дома, чтобы изгнать из нее бесов, Нора сбежала.

В одной квартире с Норой живет трансгендер Моника. Когда Моника была парнем, она была востребованной моделью, снималась в сериалах и рекламе. Но после перевоплощения рекламные агенты разбежались.

Моника, трансгендер, секс-работница: Кастинги я проходила пару раз. После того, как узнавали, кто я, то, что я транссексуалка, каждый раз мне говорили, все — ты за пределами конкурса.

Оказавшись на улице без денег, Моника занялась секс-работой. Нора тоже занялась проституцией не от хорошей жизни. Когда начались проблемы с родителями, и те лишили ее денег, она устроилась в кафе официанткой, но очень быстро ее уволили.

Нора, трансгендер, секс-работница: Ненормально относились ко мне: дразнили меня, угрожали, что будут бить после работы. Но там я долго не работала, только те три-четыре месяца, потому что те люди, которые ходили в кафе, сказали, что они не хотят есть ту еду, которую им приносит трансгендерное ***.

Теперь Моника и Нора получают по 300 тысячи драмов — в переводе на рубли это 40 тысяч, приличная для Армении сумма. Заработанные деньги Моника откладывает на операцию по смене пола.

Моника, трансгендер, секс-работница: Операцию по смене пола делают в Ереване, но делают нелегально. Врач приходит к нам в Ереван каждые три месяца с Москвы, кстати. Цена — 1 600 000 драм. В долларах это почти 3500.

В Ереване есть одна клиника, которая идёт на эти риски. После смены пола пациент неделю тайно лежит в больнице. А потом незаметно уходит домой.

Глава армянской НКО New Generation Сергей Габриелян: Транс-люди не могут сделать операцию пола. В Армении нет такого закона. Не меняется пол в паспорте транс-человека. Он может поменять имя с мужского на женское, но пол остается, каким был с рождения.

Сергей Габриэлян — глава New Generation, армянской НКО, которая занимаются помощью ЛГБТ и профилактикой ВИЧ. Всего в Армении три организации поддержки представителей ЛГБТ. В конце мая Сергей Габриелян и его коллеги стали известны на весь армянский мир благодаря селфи с сэром Элтоном Джоном.

Глава армянской НКО New Generation Сергей Габриелян: Было принято решение подавать на грант Элтона Джона. И вот сэр Элтон Джон приехал в Армению на встречу с нашей организацией, потому что мы — единственная организация в Армении, что работает по этим вопросам.

Элтон Джон восхитился народом, совершившим бескровную революцию. Но далеко не все армяне обрадовались открытому гею, приехавшему в страну с мужем.

Моника, трансгендер, секс-работница: Люди говорили, в него яйцами уже кидались. Прям здесь в него кидали яйцами, женщина одна. Зачем он вообще сюда пришёл, говорила. Но это было ужасно просто. Но этот человек после такого — не знаю, придёт он, не придёт.

Нора, трансгендер, секс-работница: Помните я рассказала, что нравится моим клиентам роль раба. Вот эти самые рабы выходят на улицу и говорят, что нас надо сжечь, убивать, выгнать из Армении. Но они сами дают деньги, чтобы мы их унизили в сексе. И им это нравится. На улице они гомофобные, а после 12 ходят к нам как клиенты.

Каждую ночь здесь собираются трансвеститы и транссексуалы. Здесь они находят клиентов. Для транса выйти встать вот так на дороге ночью — это риск. Очень часто на них нападают с дубинками. Недавно Жаклин чуть не погибла, принимая клиента.

Жаклин: Все было хорошо, мы выпили, курили, он сказал: «а давай еще раз?» Я говорю: «нет, не хочу просто». Он сказал: «нет? хорошо». Потушил сигарету и бросился на меня и душил, и ударил, у меня даже в голове такой большой шрам. 5 дней лежала в коме.

Транссексуалы — самая уязвимая группа армянских ЛГБТ. Они становятся жертвами прохожих, собственных родственников или клиентов. Сирануш работает в армянской организации помощи представителям ЛГБТ Pink Armenia. В ненависти и агрессии в отношении ЛГБТ она обвиняет прошлое правительство. Сирануш верит, что при Николе Пашиняне все изменится.

Сирануш, волонтер Pink Armenia: Самая трогательное во время этой революции для меня — это когда мы перекрывали улицу скамейками. Однажды я увидела, как армянский киарту (киарту — консервативные мужчины) и трансгендерная женщина вместе таскали такую скамейку и перекрыли ей улицу. Это было очень трогательно. У меня на глазах аж навернулись слезы.

Карабина, трансгендер, бывшая секс-работница: Когда революция эта была, мы, ЛГБТ-сообщество Армении, вместе были как цемент.

Карабина, по паспорту Гарик, одна из самых известных в Армении трансгендерных женщин. Армянские ЛГБТ-организации уже давно заметили артистические данные Карабины и снимают клипы с ее участием.

О том, что их сын Гарик любит мужчин, родители узнали от директора школы. Гарик написал записку с признанием в любви однокласснику, а тот тут же рассказал учителям. Отец запер Гарика в подвале и месяц морил его голодом. 16-летнему парню пришлось сбежать из дома.

Уже шесть месяцев Карабина не занимается сексом за деньги. Полгода назад она встретила любовь. Неожиданно предпочитавший мужчин трансгендер полюбил армянку Аревик. Карабина познакомилась с Аревик в больнице. Во время работы на улице на Карабину напали и жестоко избили несколько неизвестных. В больнице медбратья шутили и издевались над маникюром и париком Карабины, и за нее вступилась случайно оказавшаяся рядом Аревик.

А Монике пока не везло в любви.

Моника, трансгендер, секс-работница: Скоро 24, а ещё даже нормальных любовных отношений у меня не было. А самой хочется. Кто знает, что через пару десятков лет, возможно, и люди-трансгендеры смогут забеременеть. Я не знаю. Но я только надеюсь на лучшее, и всё. Верю в это.

Фото: YouTube / Colorful House NGO

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю