Наши солдаты. Сирия
Дождь рассказывает истории погибших российских военных

Депутат Евгений Федоров: министры Ливанов, Силуанов и весь Центробанк – «пятая колонна»

Желнов
6 октября 2014

Комментарии

Скрыть

Координатор «Национального освободительного движения», депутат Госдумы от фракции «Единая Россия» Евгений Федоров рассказал Антону Желнову, почему «усыновление в России всегда по любви», а «иностранное усыновление – это торговля детьми, как собачку купить»; как «закон Димы Яковлева» спас 5-6 тысяч детей от американского усыновления; как США «дирижирует» Думой; кто в правительстве России выступает от «пятой колонны»; почему «приказы Путина никогда не выполняются»; и как бывший посол Америки в России Майкл Макфол выбил Федорова из избирательной гонки.

Желнов: Сегодня было озвучено, что законопроект об ограничении усыновления иностранными гражданами все-таки направлен на рассмотрение пленарного заседания, рекомендован к этому рассмотрению. Почему именно сейчас он рекомендован? Вы озвучивали ужесточение этого законопроекта еще, насколько я помню, года полтора назад.

Федоров: Так сложились сейчас обстоятельства, что комитет после полутора лет обсуждения этого законопроекта в своих недрах решил направить его на решение в целом Государственной Думы, пленарного заседания.

Желнов: Почему сейчас?

Федоров: Я думаю, что так сложились обстоятельства, что раньше комитет не предлагал Думе его принять, хотя первоначально позиция была, что предположительно он идет на принятие. Я думаю, что сейчас складывается такая ситуация, что национально-ориентированная сила в России сосредоточена на более важных делах…

Желнов: То есть это санкции. Причем здесь национально-ориентированные силы? Это ответ?

Федоров: Нет, какой ответ? Это закон чисто за защиту детей. О чем закон? Закон говорит о том, что усыновлять можно только тем странам, с которыми заключен договор. Если не заключен договор, гражданин этой страны усыновлять детей в России не имеет права.

Желнов: А сколько таких стран?

Федоров: На сегодняшний день таких страны две – Италия и Франция. Но заключить договор можно и с другими. То есть проблемы заключить договор нет. Вопрос в другом – почему страны не хотят заключать договор с Россией? Нас МИД же предлагает такие договора. Ответ – потому что не хотят брать на себя обязательства контролировать судьбу наших детей.

Желнов: Евгений Алексеевич, вы не Екатерина Лахова, не Елена Мизулина, все-таки защита детей – женская повестка, прощу прощения за такой гендерный подход. Вы никогда в этом замечены не были, вы были замечены в ярком антиамериканизме, но не в детях. Чего вдруг сейчас?

Федоров: Я не антиамериканист точно. Я сторонник суверенитета России. Сегодня от Америки идет вызов против нашего суверенитета, до этого от гитлеровской Германии, до того – Франция.

Желнов: Америке уже запретили усыновлять детей.

Федоров: Нет, речь идет о суверенитете.

Желнов: А причем здесь Италия, Франция и суверенитет?

Федоров: Торговля детьми, а мы понимаем, что иностранное усыновление – это торговля. Мы же знаем механизмы.

Желнов: Усыновление длилось длительный период. То есть тогда это не было торговлей?

Федоров: Всегда была торговля.

Желнов: Почему тогда депутаты раньше не возмущались?

Федоров: Во-первых, мы возмущались. Если вы посмотрите, я один из авторов поправок «закона Димы Яковлева», то есть этой темой мы занимаемся давно, и я лично.

Желнов: Когда вы стали это классифицировать, как торговлю?

Федоров: С самого начала. Если вы посмотрите, здесь у вас на «Дожде» года два назад я это квалифицировал как торговлю, и до этого тоже. Что такое в нашем с вами понимании, русского человека, усыновление? Это когда новая семья ищет ребенка…

Желнов: Причем здесь русский человек?

Федоров: Потому что это традиции нашего усыновления.

Желнов: Какие традиции?

Федоров: Объясняю: у русского человека традиции свои в усыновлении, у англосакса – свои, у немцев – свои. Это специфика, это культурное понятие нации. В нашем понимании усыновление – это усыновление по любви. Люди ищут детей, находят, берут в свою семью, усыновляют, чаще всего родственников или знакомых или друзей.

Желнов: Давайте про цифры, я понимаю риторику.  Понятно – суверенитет, институт семьи…

Федоров: Англосаксы - покупка, у них, как собачку покупают, у них покупка. Другой менталитет отношения к детям.

Желнов: Я хочу вас спросить о статистике, а не о пропаганде и о продвижении этих законопроектов. Сколько детей лишились права быть усыновленными, благодаря первому закону – «закону Димы Яковлева»? Второй пока еще не принят. И какая статистика того, сколько российских граждан усыновило этих детей, которые лишились этого права?

Федоров: Вы говорите о пропаганде, а вы как раз пропаганду ведете. Сколько людей мы спасли тем, что мы их не отправили в США за деньги?

Желнов: Сколько вы спасли?

Федоров: Я думаю, что спасли… У нас усыновление американское было где-то от тысячи до 50 тысяч в год, в зависимости от года. Где-то 5-6 тысяч детей, думаю, мы в сумме спасли от судьбы в США…

Желнов: От гибели?

Федоров: В том числе. Возможно.

Желнов: А сколько из этого числа 5-6 тысяч детей нашли семьи в России?

Федоров: Я думаю, что уж точно все нашли 100%, потому что российское усыновление занимает 2/3 всего усыновления.

Желнов: Вы думаете или есть статистика, с которой вы работаете?

Федоров: Мы работаем со статистикой, но речь идет о конкретных детях. Так вот если мы говорим о цифрах усыновления в США, в сравнении с цифрами усыновления в России, разница в десятки раз. В России в десятки раз больше усыновляют наших детей. Тут еще один момент, когда ребенка покупают, технология усыновления детей в виде покупок, это выбивает возможность у наших родителей усыновить детей, потому что менталитет чиновника, который принимал решение об усыновлении, он такой – деньги платят…

Желнов: Никакого суда по поводу покупки ни разу не было. На что вы ссылаетесь?

Федоров: Сама технология усыновления из-за рубежа у англосаксонских стран – это покупка. Выбирают в интернете, заказывают агенту и покупают.

Желнов: Давайте не будем про англосаксонское право и про их юрисдикцию, нам про нашу страну интересно. Вы считаете, что новый законопроект, который будет рассматриваться на пленарном заседании, будет принят или нет?

Федоров: Будем обсуждать на пленарном заседании. Рекомендации комитета достаточно неожиданные для нас – не принимать.

Желнов: Ваш прогноз?

Федоров: Посмотрим. Закон могут отложить. Вообще закон важный, и все понимают, что он необходим, потому что это негоже – торговать своими детьми, это точно, это большое зло. Как бы комитет сегодня выносит срочно закон, пытаясь его отклонить. Это такая интрига. Посмотрим, может быть, и уберут с повестки дня, так бывает.

Желнов: Почему ваши законопроекты не принимались до этого и, может быть, не будут приняты и сейчас? Единственный закон, и то в смягченной редакции, это закон о чиновниках, владеющих иностранной собственностью. А из громких инициатив ничего из предложенного вами не было принято.

Федоров: Подождите, «закон Димы Яковлева» мы предлагали, я автор поправок, которые как раз и сделали его «законом Димы Яковлева».

Желнов: Там группа, вы не были главным спикером по «закону Димы Яковлева». Была Лахова главным спикером.

Федоров: Я же не спорю, что там было много авторов просто, в том числе с помощью моих поправок, он стал из закона против иностранных агентов «законом Димы Яковлева».

Желнов: Просто депутат должен запомниться определенным своим…

Федоров: Я не пытаюсь хвалиться или что-то, я все-таки профессионально занимаюсь политикой и законотворчеством – больше 20 лет, поэтому у меня нет нужды себя хвалить. Вы правильно упомянули, это ключевые законы. Ключевой закон по имуществу чиновника за рубежом. Из трех новел закона две, которые мы предложили, были приняты, и это было в жестокой борьбе, пришлось вмешиваться президенту. Мы вносим законы, мы – это группа «Российский суверенитет», очень жестко острые, законы, радикально разворачивающие систему.

Желнов: Да уж, мы видим.

Федоров: Радикально разворачивающие систему в сторону суверенитета.

Желнов: Я бы сказал, и общество разворачивающие.

Федоров: Нет, общество всегда не хотело, чтобы за них где-то решали вопросы, неважно, в Нью-Йорке или в Берлине или в Париже. Тут пропаганда – другой вопрос. Просто систему разворачиваем на суверенитет. Естественно, что по всем законам идет борьба. В среднем, мы как-то прикинули, каждый второй закон наш принимается, но в результате жестоких процессов и не в нашем авторстве. Это часто бывает, но мы авторством не гонимся.

Желнов: А вот эти «жестокие процессы» - они внутри единороссов или администрации президента, откуда они исходят?

Федоров: Они идут в стране.

Желнов: Подождите, так не бывает. Вы говорите про некие жестокие процессы, про противостояние. Оно исходит от кого?

Федоров: Я вам скажу: в национально-освободительной борьбе происходит противостояние между национально-ориентированными силами, их немного…

Желнов: Давайте конкретно говорить, я сейчас поплыву в этих абстракциях. Что за национально-ориентированная сила? Давайте не утомлять зрителей и меня.

Федоров: Я говорю профессионально. Если зритель хочет разбираться, надо разобраться.

Желнов: Кто они?

Федоров: Это силы, которые хотят, чтобы решения России принимались на российской территории. А силы «пятой колонны» хотят, чтобы решения России принимались в другой стране.

Желнов: Силы «пятой колонны» во власти – это кто?

Федоров: Вам фамилии называть?

Желнов: Да.

Федоров: Например, министр образования точно работает.

Желнов: Ливанов.

Федоров: Конечно. Министр финансов, Центральный банк в полном составе.

Желнов: Силуанов – «пятая колонна»?

Федоров: Ну конечно.

Желнов: Набиуллина – «пятая колонна»?

Федоров: Не Набиуллина, а Центральный банк. Симановский конкретно, первый зам. «Пятая колонна» - это механизм, это не персоналии.

Желнов: Я понимаю, это некая секта. А кто еще?

Федоров: Это не секта, это система управления. Это по-другому работают механизмы. Чтобы вы, например, стали министром образования в России, вы должны не раздражать американцев.

Желнов: Кто еще? Набиуллина, Силуанов…

Федоров: В каждом крупном субъекте государственного управления есть сторонники «пятой колонны» системным образом.

Желнов: А кто со стороны «Единой России» сторонники «пятой колонны»?

Федоров: Не поверите: нет такой организации, которая участвует в принятии решения под названием «Единая Россия». Так называемая американская демократия думает, что это спектакль, то есть игра артистов. Режиссер не там, не в Думе.

Желнов: А где режиссер, если не в Думе?

Федоров: За кадром. В соответствии с 15 статьей нашей Конституции - США.

Желнов: А кто тогда режиссер Думы, если он за кадром?

Федоров: Режиссер принятия законов, правильно?

Желнов: Да.

Федоров: Не Думы, потому что спектакль Думы – это мелкая режиссура. В соответствии с 15 статьей Конституции – США, где 15 статья Конституции прямо говорит, что все основные законодательства должны исходить из общепризнанного, то есть американского подхода к нашим законам. Они нам говорят, что нам принимать.

Желнов: В нашей стране США на Госдуму влияют?

Федоров: США готовит основные законы системные в России, и просто Дума их принимает.

Желнов: То есть они их вбрасывают через «Единую Россию»?

Федоров: Они их вбрасывают не через «Единую Россию», они их вбрасывают через правительство, через партии, через людей.

Желнов: То есть вы хотите сказать, что на наши политические элиты, на наше правительство влияют США, проводящие нужные им законопроекты?

Федоров: Слово «влияют» я бы здесь не употребил – управляют стратегическими процессами 100%. Мало того, они создали эти элиты, они создали эту систему управления. Даже неслучайно в России должности называются по-иностранному, по-английски: мэры, муниципалитеты, сити-менеджеры. А в войну, например, с гитлеровской Германией на оккупированной территории назывались бургомистры, старосты.

Желнов: Мы скатываемся в жириновщину.

Федоров: Это не жириновщина. Это стандартная ситуация в любой стране, которая потерпела поражение. Можно вопрос? Вот Польша, например. Подчинялась Советскому союзу во времена СССР? Это то же самое.

Желнов: Евгений Алексеевич, можно я вам задавать вопросы тут буду?

Федоров: Давайте.

Желнов: Я понял про режиссера и влияние его на правительство. В «Единой России» есть это проамерикански настроенное лобби, которое мешает принятию ваших законопроектов?

Федоров: Нет субъекта под названием какой-либо партии, которая может повлиять на принятие системных законов. У них нет функции влиять, у них есть функция принимать, так и записано в Конституции. Госдума и партии принимают законы.

Желнов: Кто там против вас в «Единой России», проамериканские, какие угодно?

Федоров: На этом уровне у нас противостояния нет никакого, потому что решения принимаются на других уровнях.

Желнов: На каких уровнях принимаются решения?

Федоров: Я же вам говорю: на уровне Конституции – 15 статья и 13 – запрет идеологии для государственного строительства, нельзя написать закон, если вам запрещена идеология, то есть смысл этого закона на национальном уровне, и 15 статья, которая требует, чтобы все это было от американцев.

Желнов: Но вы же не субъект геополитики, вы вообще-то были председателем комитета по экономике думского.

Федоров: И вообще депутат четырех созывов.

Желнов: Причем здесь… иностранное слово, кстати, «депутат».

Федоров: В том числе.

Желнов: Причем здесь геополитика? Вы занимались профессионально внутренними вопросами страны, в частности экономической политики.

Федоров: На уровне принятия законов, как и прописывает Конституция.

Желнов: Откуда геополитический пафос, то, о чем вы сейчас говорите?

Федоров: Это не пафос, это жизнь, так устроена система. Вы меня спросили, я специалист, я вам говорю: я, будучи и в комитете по экономике, где я был председателем, принимал законы, как и вся Дума, написанные США, в том числе и официально.

Желнов: Подождите, это госизмена, получается?

Федоров: Нет.

Желнов: Как нет? Вы признали только что, что вы принимали законы под давлением США.

Федоров: Не под давлением, а так система устроена. Систему надо понимать. Например, когда коммунисты возглавляли Государственную Думу во времена Примакова, не было «Единой России» вообще, были отменены статьи, которые карали за попрание суверенитета РФ в Уголовном кодексе. Так что слово «госизмена» за это – за выполнение американских поручений – не можете приписать ни одному чиновнику в стране. Такой статьи уголовной нет. Американцы сами написали себе законы, по которым выполнение их приказов не является какой-то изменой. И еще один момент: нам поручил выполнять приказы американцев, я имею в виду депутатов, министров, правительство, всей системе, народ, референдум 1993 года.

Желнов: А вы считаете, что из тех, кто нас смотрит, необязательно из нашей аудитории, кто-то верит тому, что вы сейчас говорите?

Федоров: Слушайте, не было ни одной страны в мире, которая, так или иначе, не проходила стадии, как мы сейчас.

Желнов: Вы верите, что вам кто-то верит из тех, кто вас слушает?

Федоров: Это проблема человека – верит ли он правде или нет.

Желнов: Нет, если это политик, ему должны верить, популист это или это не популист, ему должны верить. Ваш рейтинг доверия со стороны избирателей каков?

Федоров: Я считаю, что я должен говорить правду, а если человек настолько глуп, что он этой правды не понимает, это его проблемы, потому что понять ее несложно.

Желнов: Вы сами ее понимаете?

Федоров: Послушайте, это было всегда. Я ничего не говорю нового, так мир был устроен всю свою историю, Россия – не исключение из этого мира, и в России сегодняшний период внешнего правления шестой за ее историю. И все страны, большинство из них это проходили. Это мировая система геополитики.

Желнов: Владимир Путин, как президент и как геополитик, получается, тоже часть этой мировой проамериканской системы, с которой вы тоже должны бороться?

Федоров: Владимир Путин, какая у него должность?

Желнов: Президент РФ.

Федоров: А что такое чиновник или политик под названием президент? Вот директор автобазы – человек, который управляет автомобилями. А что такое президент? Отвечаю: гарант и представитель. Это в англосаксонском понимании, это не наше, это же не царь, не генсек, это англосаксонское название со смыслом. Эта должность не производства решений. Поэтому когда Путин что-то требует, его указания никогда не выполняются, потому что он по Конституции не является производителем решений, как был у нас царь или генсек ранее. Поэтому говорить можно, но реализация его положения…

Пример у меня свеженький, я же экономист. Две недели назад Госсовет снижает процентные ставки, до этого Путин многократно это требовал от Центрального банка. Три дня назад проходит «Россия зовет!», где представитель Центрального банка вышел и сказал: «Мы не будем выполнять приказы президента о снижении процентных ставок, мы считаем, что процентные ставки нормальные». Вы от этой должности не ждите решений, потому что эта должность по Конституции не может их производить, как, кстати, президенты других стран, это не является исключением.

Желнов: Мы поняли вашу политическую платформу. Вы на думские выборы в 2016 году пойдете отдельно от «Единой России»?

Федоров: Мы, Национально-освободительное движение…

Желнов: Движение, но у вас есть еще партия, от которой вы тоже можете идти.

Федоров: Национально-освободительное движение – это объективный процесс, это процесс. И моя задача – интегрировать «Единую Россию» в этот процесс максимальным образом, и Путина тоже, кстати. Я надеюсь, что это удастся сделать, хотя это непросто.

Желнов: То есть вы хотите «Единую Россию» к НОДу, к Национально-освободительному движению присоединить, поглотить, такой бизнес слияния и поглощения?

Федоров: Как и все основные партии, так же, как и все основные институты.

Желнов: А как вы хотите поглотить, как механизм должен…

Федоров: Идеологический механизм, то есть все партии, и «Единая Россия» не исключение, должны просто в большей степени заниматься вопросами суверенитета и достигать освобождения страны.

Желнов: Очень общие фразы. Вот есть НОД и есть «Единая Россия», что происходит – «Единая Россия» входит в НОД, или что происходит?

Федоров: Войти в НОД нельзя – это исторический процесс, я поэтому координатор НОДа, я не руководитель. Элементом НОДа может быть кто угодно, включая «Единую Россию», министерства, ведомства, СМИ, политические силы. НОД – это голова.

Желнов: То есть это такая замена «Объединенного народного фронта»?

Федоров: А какая цель у «Народного фронта»?

Желнов: Я вас спрашиваю.

Федоров: У НОДа цель – суверенитет, а у «Народного фронта»? Вы не ответите. Поэтому мы рассматриваем «Народный фронт» как резерв Национально-освободительного движения, то есть резервное подразделение. Любое подразделение имеет цель что-то сделать.

Желнов: А почему вы у меня про «Народный фронт» спрашиваете? Есть президент, который ставит задачи.

Федоров: Я у вас спрашиваю, потому что я вам объясняю. «Народный фронт» не является противоречием по отношению к НОДу, это элемент НОДа, но резервный. А борьба национально-освободительная – она в разных формах, она постоянно идет. На Украине она идет в виде отечественной войны по освобождению украинской территории от интервентов и фашистов. В России – в виде политического процесса НОДа, который возглавляет Путин, который продавливает его пока ручными законами, потому что мы с вами только что обсудили, что права на систему у него нет.

Желнов: Вашу патриотическую лексику все, я думаю, услышали. К вашим собратьям, работающим на этом же поле патриотическом, агрессивно патриотическом, я бы это сформулировал так, это Игорь Стрелков, это Сергей Кургинян. Как вы относитесь к ним?

Федоров: Я ко всем хорошо отношусь. Для того, чтобы понять, как люди относятся к НОДу, надо задать всего один вопрос…

Желнов: Люди не знают, что такое НОД, люди знают: Кургинян, Стрелков, Федоров. Какой НОД?

Федоров: Национально-освободительное движение.

Желнов: Никто не знает. Я сейчас готовился к эфиру, опрашивал.

Федоров: Это проблема людей. Можно не называться так. Вы считаете, что страна внешне управляема или нет? Как вы видите, в этом вопросе нет мнения, есть анализ. Любой человек, который проанализирует политическую систему, прочитает Конституцию, скажет: «Считаю», и тогда он становится членом НОДа, потому что рабом и холуем никто не хочет быть. Ни один человек в мире ни в одной стране никогда не хочет быть рабом.

Желнов: Я спрашивал все-таки не про НОД, я спрашивал про ваше личное отношение к Кургиняну и к Игорю Стрелкову. Они ваши сотоварищи или нет? Вы же от себя можете хотя бы что-то сказать.

Федоров: С Кругиняном мы вопросы НОДа никогда не обсуждали. И вообще я с Кургиняном никогда не встречался, и я о нем ничего не говорю. Игорь Стрелков, конечно, лидер национально-освободительной борьбы всего Советского союза в форме отечественной войны…

Желнов: Какого Советского союза?

Федоров: А как вы хотите?

Желнов: То есть вы уже фиксируете, что… На данный момент Советского союза? Что значит Советского союза?

Федоров: Вся территория Советского союза внешне управляема, вся. Неважно, что Стрелков был на Украине военным лидером, он реально осуществляет процесс освобождения всей территории СССР.

Желнов: То есть СССР существует для вас?

Федоров: СССР – это территория… Он не существует, как реальность, его нет, как реальности. Есть территория управляемая всего бывшего Советского союза в результате поражения в 1991 году в Холодной войне. То есть вся наша страна захвачена в разных степенях, на Украине военным путем, в Прибалтике военным путем, в России политическим путем интервентом, победителем 1991 года – США и их союзниками. Поэтому они нами управляют. В нашей Конституции ссылка на США не потому, что …

Желнов: Вы утопии не пробовали писать, Евгений Алексеевич? Потому что это какой-то утопический роман.

Федоров: Вы просто почитайте учебник истории.

Желнов: Нет, я вас слышу сейчас. Это Дэн Браун.

Федоров: То, что я сейчас говорю, это написано в любом учебнике истории в деталях.

Желнов: Я не читал такого.

Федоров: Почитайте любой учебник истории. Там везде войны, победитель командует побежденным, слабый кормит сильного. Это история человечества, это конкурентная борьба наций и государств. Почитайте.

Желнов: Я вас хотел еще о врагах спросить. Вы сказали, что есть режиссер. Вот президент Путин. Вы неоднократно говорили про его окружение проамерикански, прозападное настроенное. Кого из окружения президента вы имели в виду, когда выдвигали свои запретительные меры по отношению к элите, по отношению к чиновникам, при этом не просто владеющим иностранной недвижимостью, а чьи дети обучаются за рубежом? Кто эти люди в окружении президента, чьи дети за рубежом или родственники, кому бы вы хотели запретить возможность работать на госслужбе или вести бизнес?

Федоров: У нас нет никаких персональных предложений.

Желнов: Ну как? Вы исходите от реалий.

Федоров: Мы исходим из системы. Система такова, что если у вас нет завязки на зарубежье, вы не сможете занять должность в российской власти. Это система, то есть не обратный процесс, не потому что вы не любите Россию и отправили детей за рубежом учиться, а потому что  без этого вас не назначат на целый ряд должностей. Это такая система. Система эта называется «колониальное строительство».

Желнов: Вы не боитесь бросать вызов системе, я это услышал.

Федоров: НОД бросает вызов системе. Но почему вы боитесь…

Желнов: Все-таки система – очень практичная штука, она состоит из людей, из крови и плоти. Кто эта кровь и плоть? Почему вы не можете назвать имена?

Федоров: Потому что я профессионал и знаю, что человек идет на работу по требованию работы, а не наоборот, не человек под себя переделывает работу. Нужно вашему начальству, чтобы в этом кресле сидел человек, который разбирается, работает диктором и так далее, он вас и подобрал.

Желнов: А что есть требование, согласно которому вас не смогут взять на работу в администрацию президента или в правительство, если нет родственники за границей?

Федоров: Всегда в любом правиле существуют исключения, но процентов на 80%, на 90% людей человек, который занимает высокопоставленную должность разных отраслей – Центральный банк, правительство, он пропускается, если у него есть контроль со стороны США. Это часть системы, причем она не придумана в России. Кстати, Советский союз этим же пользовался. Сколько Советский союз назначал министров по всему миру? То же самое.

Желнов: Получается, что Михаил Прохоров, бизнесмен, достаточно близкий Владимиру Путину, пропускался через США в систему? Геннадий Тимченко, гражданин Финляндии, тоже пропускался через некоторую иностранную систему в эшелоны российской элиты?

Федоров: В отношении предпринимателей это еще четче видно. Вы не можете быть крупным предпринимателем России, не договорившись с США в принципе, вам нельзя стать олигархом, если американцы не разрешают это сделать, и если они не получили гарантий, что вы будете работать на них. Это означает, что вы не имеете права быть в российской юрисдикции, отсюда оффшоры, ваша семья должна жить там, вы должны быть привязаны финансово, юридически и экономически к США, к их союзникам. И тогда вы в России можете зарабатывать деньги, быть олигархом. Сам институт крупного бизнеса в России весь иностранный, национального бизнеса нет, нет института национального капитала у государства, у страны нет. Это элемент внешнего управления, это такая архитектура.

Желнов: А вами кто управлял со стороны чиновников, администрации президента для того, чтобы вы прошли в российскую Думу?

Федоров: Я вам скажу: я бы не прошел в российскую Думу без поддержки Путина, который …

Желнов: Прям лично Путин?

Федоров: Не в этом дело.

Желнов: Ну кто? Я не верю, что Путин лично вас визировал.

Федоров: Извините, но я сам по себе явление народа, я не сам по себе появился. Если не было бы меня, был бы другой, третий, четвертый. Путин, как национальный лидер, то есть человек, меняющий систему в сторону суверенитета. У него есть должность президента, где он гарант системы, и есть старая должность, которую он выбрал лично, которая на самом деле исторически объяснима, под названием «национальный лидер», то есть лидер Национально-освободительного движения.

Желнов: Вы что, Путина приписали к Национально-освободительному движению сейчас?

Федоров: Конечно, он явление Национально-освободительного движения 100%. Путин – один из важнейших элементов НОДа, еще раз говорю, что НОД – не организация.

Желнов: Путин идеологически разделяет принципы НОДа?

Федоров: 100%, конечно. Потому что Путин – та часть элиты страны, которая сделала ставку на суверенитет, и часть бизнеса, если вы обратили внимание, начинает тоже это делать, перебегая на его сторону.

Желнов: Кто из администрации, может, какие-то другие органы вы назовете, пропустил вас в Думу, в список «Единой России», в партию большинства? По-моему, Ростовская область, хотя там три списка было.

Федоров: Когда я шел в депутаты, была борьба, мне пришлось сменить четыре региона, чтобы попасть в список - Калининград, Екатеринбург, Курган, Ростов. Это была борьба три месяца.

Желнов: Почем выбрасывали?

Федоров: Потому что система «пятой колонны» в России сильнее.

Желнов: Кто от «пятой колонны» выбрасывал в «Единой России», получается?

Федоров: «Единая Россия» - это инструмент.

Желнов: Хорошо, если «Единая Россия» - инструмент, где выбрасывали?

Федоров: Американцы выбрасывали, посол, посол США Макфол.

Желнов: То есть он приходил к Владиславу Юрьевичу Суркову и просил выбросить вас из списка?

Федоров: У него есть инструменты, по которым осуществлялся этот процесс.

Желнов: То есть он встречался с Сурковым, тогда курирующим внутреннюю политику?

Федоров: Я не знаю, с кем он встречался. Я же не стоял со свечкой где-то, я вам говорю, как система устроена. Идут звонки…

Желнов: Макфол с кем разговаривал в администрации президента, чтобы вас не было?

Федоров: Я думаю, что Макфон мог разговаривать со всеми, включая меня.

Желнов: Кто принимал решение, чтобы вас не было в списке? Вы же боролись с ним.

Федоров: Не я боролся. Была борьба национально-ориентированных сил и «пятой колонны», в которой удалось… Вообще, чего вы ко мне прицепились?

Желнов: Так вы в гостях, Евгений Алексеевич. Это похоже на «Игру престолов».

Федоров: Это жизнь, это конкурентная борьба, так человечество жило всегда.

Желнов: К кому Макфол приходил?

Федоров: Из 300 депутатов «пятой колонне» удалось вышибить из Думы 200, 2/3.

Желнов: Фамилии, кто входит в «пятую колонну»? Кому удалось вышибить? Такая катастрофа, если 200 человек вышибли, кто же такой влиятельный человек? Нужно понять, где зомби, где – живые люди.

Федоров: Вы неправильно оцениваете понятие «пятой колонны». «Пятая колонна» – это не персоналии, «пятая колонна» - это система управления.

Желнов: То есть это святой дух, который вас…

Федоров: Это означает, что если вы вышибаете из «пятой колонны» Сидорова, например, министра образования, на его место обязательно придет, может быть, даже худший представитель «пятой колонны», потому что это должность, которую контролирует иностранное государство. Понимаете?

Желнов: Я чувствую, достанется вам в администрации президента за обвинения администрации в давлении, которое оказывает на них иностранные государства, США. Вы прям это признали.

Федоров: Если вы хотите детали, посмотрите, как это дело было на Украине.

Желнов: Давайте не будем про Украину.

Федоров: Почему не будем, у нас ведь то же самое! В чем разница?

Желнов: Мы живем в России, нам интересны наши проблемы, нашим зрителям интересна Россия.

Федоров: Это и есть наша проблема.

Желнов: Нет, это не наши проблемы. Для нас своих проблем хватает.

Федоров: То есть для вас Белгород, Ростов, Питер – это не Россия?

Желнов: Это Россия. Подождите, я вас спрашиваю, кто вас пытался выгнать, снять с избирательной гонки.

Федоров: Я говорю: Макфол.

Желнов: К кому приходил Макфол? Последний раз вернусь к этому вопросу.

Федоров: Я не знаю.

Желнов: Ну как Макфол мог влиять?

Федоров: Господи, да у него целый аппарат только и занимается, что с утра до вечера влияет.

Желнов: Фантастика. А кто в ростовский список вас вписал, от которого вы и избирались?

Федоров: Тот же, кто вписал в калининградский, до этого – в екатеринбургский…

Желнов: Кто?

Федоров: Национально-ориентированные силы под командой Путина.

Желнов: Ну Евгений Алексеевич, что вы боитесь назвать человека? Вы же смелый политик, вы делаете яркие заявления, вы обвинили администрацию президента в сговоре с США.

Федоров: А для чего назвать, чтобы американцы его скушали?

Желнов: Пусть скушают, просто это звучит очень сказочно, это фэнтези, это не имеет отношения к реальности. Вы – политик, а не писатель.

Федоров: Если это миллион раз произошло, почему это фэнтези, если это происходит миллион первый раз? Я не понимаю. Так всегда была устроена жизнь, то, о чем я говорю, работало всегда во всех странах. Вы вернитесь в реальность, вы в фэнтези живете.

Желнов: По-моему, вы живете в фэнтези.

Федоров: Вы прочитайте историческую книгу хоть одну, это обычная конкуренция наций, обычные интриги внутри конкуренции наций. Вы думаете, что конкуренция только с самолетами,  без «пятых колонн», без госпереворотов? Вы знаете, сколько англичане убили русских царей, чтобы достигать своих целей?

Желнов: Давайте не уходить в историю – не так много времени.

Федоров: Я пытаюсь вас привязать к истории, я пытаюсь вас вернуть на землю.

Желнов: Я вас хочу еще спросить про Алексея Навального. Вы хотели бы сейчас с ним вновь подебатировать?

Федоров: Я вам скажу так: я никогда не отказываюсь ни от каких разговоров и от дебатов. Это моя позиция – никогда.

Желнов: Почему я задал этот вопрос, потому что в 2011 году, когда Алексей Навальный ввел в оборот фразу про жуликов и воров в отношении вашей партии, у вас с ним были дебаты после этого, вас послали от партии ему отвечать.

Федоров: Нет.

Желнов: Ну вы сами пошли отвечать.

Федоров: Меня пригласил режиссер Пронько.

Желнов: Вам после этого попало, потому что было смазанное ощущение от тех дебатов?

Федоров: Почему мне за это должно было попасть?

Желнов: Потому что вы проиграли эти дебаты.

Федоров: Дебаты и все это дело – есть вопрос режиссерской организации. Я не считаю, что я проиграл эти дебаты. То, что там голосование было 99 против 1, это не означает мой проигрыш.

Желнов: Как это не означает? Извините меня, вы пошли от партии власти еще до Болотной площади, когда не было антиоранжевой угрозы.

Федоров: Давайте определимся в терминологии. Я воспринимаю, что если удалось на 6 миллионов человек, а ролик посмотрело 6 миллионов человек, сказать о «пятой колонне», об агентах. Это сейчас все это знают, значит, это победа.

Желнов: Есть цифры, вы сами признали, что цифры были против вас, можно как угодно трактовать…

Федоров: Это разные задачи. Мне неважно было, кто как голосует, мне важно было сказать то, что сейчас является истиной.

Желнов: Получается, что Алексей Анатольевич Навальный был для вас инструментом, через который вы доносили свои мысли?

Федоров: Продавливал НОД.

Желнов: А что он такой влиятельный был политик, что через него можно было НОД продавливать, при том, что вы от партии власти?

Федоров: Не в этом дело. Навального раскручивала «пятая колонна», мы фактически оседлали враждебную волну.

Желнов: А вы были главой комитета по экономической политике. Получается, Навальный был более эффективным выходом донесения ваших идей?

Федоров: Нет, Навальный – никто. Стоящая за Навальным гигантская держава США  была мощнейшим пропагандистом.

Желнов: Мы поняли, что и за Путиным стоят США, и за Сергеем Борисовичем Ивановым стоят США, по вашим словам.  

Федоров: За Путиным не стоят. Так вот за ним стоит гигантская держава под названием США, как стоит за переворотчиками в Киеве.

Желнов: Какая разница, стоит или не стоит? Вы встречались с Навальным, а не с США.

Федоров: Вы не правы. В его лице мы встречались с американской державой.

Желнов: Значит, он сильный лидер?

Федоров: Они его подобрали, завтра выкинули.

Желнов: А как же они его подобрали и завтра выкинули, если он за все США ответил?

Федоров: Обращаю внимание на слова главы Госдепартамента США, который Навального назвал крупнейшим человеком России. Было такое. За ним система, он просто солдат системы.

Желнов: А за вами разве не система?

Федоров: Национально-освободительная борьба, она слабее американцев на порядок пока.

Желнов: А «Единая Россия» что, слабее американцев?

Федоров: «Единая Россия» вообще не в этом формате, «Единая Россия» может быть и там, и там.

Желнов: Вы же как член «Единой России» ведете дебаты. За вами система под названием Россия.

Федоров: Я не шел, как единоросс. Я шел, как представитель Национально-освободительного движения России, и у меня были задачи в этом качестве. Эти задачи были выполнены успешно, фактически мы оседлали волну США, проехались на них. Я считаю, что это большой успех. И то, что я говорил тогда, сейчас очевидно для всех. А тогда это была абсолютная новинка. Значит, кто победил? Конечно, мы.

Желнов: Я не сомневался, что вы так скажите. Но цифры были против вас, я не знаю, на каких основаниях вы делаете вывод, что вы победили.

Федоров: На тех основаниях, что то, что я тогда назвал впервые, сейчас является истиной для всех, все это знают.

Желнов: У меня сложилось ощущение, что «пятая колонна» внутри Думы нынешнего созыва - это и есть вы, потому что кругом одни враги.

Федоров: Конкуренты.

Желнов: Я бы сказал, что все-таки конкуренты, и внутри «Единой России» враги, и внутри администрации президента какие-то марионетки, которыми управляют. Вы, в «Единой России» находясь, боритесь против партии, получается.

Федоров: Нет, наоборот, я, находясь в «Единой России», подтягиваю в национально-освободительную борьбу, потому что нельзя в этой борьбе победить Федорову, Путину  и Иванову, в ней можно победить, когда на нашей стороне будет большинство тех, кто принимает решение. Неважно, что еще вчера они работали на другую страну, этот процесс объективно в учебнике истории называется национально-освободительной борьбой. Вчера еще эти мандарины в Индии, начальники работали на англичан, а завтра они – лидеры национально-освободительной борьбы Англии и сбрасывают английское владычество. Это обычный процесс мирового Национально-освободительного движения. Вот и все. У нас нет других писателей, только эти.

Желнов: Как поменялась выборная система, Дума, настроение с заменой Суркова на Володина?

Федоров: Я бы не сказал, что система поменялась, потому что вопрос не в фамилиях.

Желнов: Но это победа тех сил, которые за суверенитет выступают, или нет, или все равно?

Федоров: Володин, конечно, системно является, мое личное мнение, продвижением в сторону суверенитета.

Желнов: Сурков не являлся двигателем суверенитета?

Федоров: Система не является зависимой от конкретных людей.

Желнов: Ну здравствуйте. А от чего система зависит?

Федоров: Система зависит от правил, а уже правила подбирают людей. Если вам нужен водитель троллейбуса, вы на это место хирурга не назначите, вы туда найдете из тысячи людей водителя троллейбуса. Система важнее. Один и тот же человек сегодня может быть на стороне «пятой колонны», а завтра он один из руководителей или организаторов национально-освободительной борьбы. В истории это было миллионы раз, это обычная вещь.

Желнов: Бог все видит, я понял. Если говорить про ваше Национально-освободительное движение, вы сейчас выступили довольно ярко в эфире нашего канала. На что вы рассчитываете?

Федоров: Знаете, парадокс в том, что Национально-освободительное движение, а их было в мире тысячи, всегда побеждали. Вопрос только в сроках и в цене. Наша задача – чтобы эта победа в связи с нападением на Россию, а это все активизирует НОД, нападение на страну усиливает национально-освободительную борьбу. Если еще год назад мы были слабые, то после нападения американцев и госпереворота в Киеве, мы на порядок усилились.

Желнов: Я вас про нашу аудиторию спросил. От нее чего вы ждете, как от «пятой колонны»? Это ваша цитата в адрес канала.

Федоров: Мы от аудитории, в том числе вашей, ждем вступление в ряды Национально-освободительного движения, это не значит, что надо куда-то записываться, а начало процесса восстановления суверенитета страны для себя, на своем рабочем месте.

Желнов: Что мне надо сделать, с вашей точки зрения, сейчас? Конкретный механизм какой?

Федоров: Как мы с вами только что выяснили, вернуться к учебникам истории или к исторической литературе, вернуться на здравый смысл в госстроительстве и политике, а дальше вы там найдете ответы от вашего деда. Если ты не знаешь, как бороться с фашистами, спроси у своего деда.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Партнерский материал
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия