Курс «Возвращение государства». Лекция 21. Леонид Волков. «Новая политическая повестка, протесты и горизонтальные связи»

«Все меняется существенно быстрее, чем нам кажется»
27 августа, 16:37
331

Политическая история России (2000-2012) в авторском курсе политолога Екатерины Шульман «Возвращение государства».

Как изменилось российское политическое поле за последние годы?

Во-первых, мы видим, как сжалось политическое поле в смысле количества акторов. У меня есть такая метафора, которую я часто привожу и которая кажется мне очень важной. Вот когда проектируют интерфейсы компьютерных программ, все интерфейсные дизайнеры знают магическую константу 7±2, от 5 до 9. Это то количество объектов, которые человек способен держать одновременно в памяти. Примерно то же самое происходит с повседневной политической агендой. В каждой стране, в каждой политической системе есть те темы, к которым должен иметь отношение каждый политический субъект. И все политические акторы борются за то, чтобы их темы оказывались в этой повестке. Кто такие политические акторы? Политические партии, профсоюзы, некоммерческие организации, губернаторы, региональные активисты, сенаторы и так далее.

Акторы пихаются локтями на очень узком политическом поле и борются за эти слоты. Так выглядит политическая жизнь в нормальной стране, и так она выглядела в России в 2000 году, возвращаясь к вопросу. А потом прошли годы, и что изменилось? Изменилось не количество слотов — это свойство человеческой натуры, интересующийся политикой человек все равно следит, там, за 5–7–9 темами. Существенно изменилось количество акторов, были выкошены политические партии, они все стали придатками одной партии, они перестали генерировать собственную повестку. Были выкошены регионалы, региональная повестка полностью ушла, все эти сильные, независимые губернаторы, россели, лужковы, шаймиевы, которые могли привносить свою региональную повестку, — этого больше нету.

А человеческая природа не поменялась, человеку все равно надо, чтобы было семь пунктов. И подлинная политическая повестка, которая формируется, вот, в конкурентной борьбе разных акторов, стала заменяться фальшивой, придуманной. Борьба с пятой колонной. Нет никакой пятой колонны, нет никакой угрозы Майдана, к счастью или к сожалению, но объективно ее нет. Нет никакой угрозы цветной революции в России, ее не существует по целому ряду объективных причин. Но борьба с ней стала одним из слотов повестки.

Сирия, давка сыра бульдозерами, абсолютно выдуманная борьба с НАТО — нет никакой борьбы с НАТО, ВВП России — это 2% от ВВП НАТО, это смешно. Но вот эти фейковые элементы повестки заполнили вакуум, вынуждено заполнили, потому что реальных акторов не осталось.

Если мы посмотрим на то, как выглядит картина в России, мы увидим, что серьезных акторов есть два. Кремль, администрация президента, сложно устроенная, какие-то башни между собой воюют, просто не в публичном пространстве, а под ковром, и, грубо говоря, мы, то есть политическая группа вокруг Алексея Навального, Фонда борьбы с коррупцией. Мы не видим других сильных акторов, которые способны формировать повестку.

Наших ресурсов в миллион раз меньше, чем у той стороны, у нас работает 30 человек, а на той стороне — 300 тысяч, но нас хватает на один слот из семи. Мы пытаемся добиваться того, чтобы коррупция всегда была одной из этих тем. Благодаря тому что мы постоянно привлекаем к ней внимание, власть вынуждена что-то в этой стороне делать, устраивать какие-то показательные процессы, из которых ничего не выходит, но тем не менее мы прекрасно понимаем, что не было бы дела ни Сердюкова, ни полковника Захарченко, если бы Фонд борьбы с коррупцией не вводил бы коррупцию как одну из тем повестки.

Что вызвало протесты 2011–2012 годов?

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю