В Петербурге устраивают показательные облавы на вернувшихся из-за границы с камерами, полицией и Роспотребнадзором

В Санкт-Петербурге устраивают настоящие показательные облавы на тех, кто из‑за рубежа вернулся, но на карантине быть не должен. 

В одном из выпусков программы НТВ показали троих задержанных жителей Санкт‑Петербурга Анастасию, Татьяну и Михаила. Все они приехали из‑за границы в середине марта, а сейчас находятся в пансионате «Заря» на принудительном карантине. Их туда отправили 27 марта.

Почему петербуржцев решили задержать почти через две недели после прибытия — непонятно. Когда они только приехали в Россию, никто не сказал им отправляться в изоляцию.

Михаил Крылов, житель Санкт-Петербурга: Вот мы пришли, где нас ждали кинокамеры, полиция и Роспотребнадзор, который в течение четырех часов практически пытал нас, доказывая, что если мы не подпишем какую-то бумагу, то будем отвечать как уголовно ответственные. Мы прилетели из Чехии, это нормальная страна была 14 числа. Мы прилетели штатно, к нам пришла женщина, померила температуру в самолете и сказала, что температура нормальная и мы можем идти домой.

Татьяна, принудительно отправленная в обсерватор: Я прибыла на Аллегро 15 марта, меня при обходе проверяли Роспротребнадзор. Я у мужчины, который проверял, спросила: «Мои дальнейшие действия?» Он сказал: «Финляндия не закрыта, спокойно идите домой».

27 марта Татьяну, Анастасию и Михаила задержали прямо в центре госуслуг. За несколько дней до этого всех туда пригласили по СМС: нужно было поменять загранпаспорт. В итоге нежданная встреча с Роспотребнадзором и четыре часа под конвоем. Задержание объяснили постановлением главного санитарного врача от 18 марта о том, что все прибывшие из‑за границы должны провести 14 дней на карантине. Но задержанные вернулись в Россию раньше, чем вышло постановление. По закону это значит, что оно на них не распространяется. В итоге петербуржцам пообещали, что они пробудут в пансионате два‑три дня, если не больны коронавирусом, и выйдут на свободу. А еще заставили подписать какие‑то бумаги. 

Михаил Крылов, житель Санкт-Петербурга: Там была нужна любая подпись, поэтому я там что-то написал вроде того, что я не пришел, а меня вызвали, поэтому никакой вины за собой не чувствую и ничего не нарушал. И поставил подпись. Но я не уверен, поймите, вы молодые, вам бы четыре часа руки выкручивали, вы бы и сами не помнили, что написали. И у нас нет ни одной бумажки, одну там забрали, одну здесь забрали. У нас даже факта подтверждения беззакония нет. 

Оказалось, что подписать заставили индивидуальное постановление об изоляции в обсерваторе: только оно может обязать гражданина пройти карантин, даже если он оказался в России раньше 18 марта, даты, с которой действует постановление главного санитарного врача. Но даже если человек подписал эту самую бумагу, принудительно и под конвоем в обсерватор его никто отправлять не может.

Владимир Воронин, адвокат «Агоры»: Принудительно могут госпитализировать только по решению суда. Потому что существует определенная процедура исполнения решения суда. Если суд решил того или иного человек поместить, то дальше включаются все механизмы, которые есть у судебных приставов и исполнителей. Никаких других механизмом принудительной госпитализации людей просто не существует. 

По закону, гражданин может спокойно покинуть обсерватор, единственное, что ему грозит — это штраф 500 рублей. Коронавирус пока не подтвердился ни у одного из доставленных в пансионат. Тем не менее из «Зари» выйти просто так нельзя. Одному человеку удалось сбежать, но его быстро поймали, собираются заводить уголовное дело. Условия в санатории почти тюремные. Разве что вместо камер — санаторные номера, и еда вкуснее.

Александр Нагебов, которого привезли в пансионат в четверг, прислал Дождю видео и рассказал о том, что в палате забиты все окна и двери — в случае пожара человек даже не сможет оттуда выбраться. Ему тоже обещали, что всего на пару дней, при этом выдали несколько рулонов туалетной бумаги и больше 10 одноразовых масок. Кормят три раза в день, правда порции маленькие. Больше Александра беспокоит, что он взаперти незаконно и нормальную медицинскую помощь получить здесь не может.

Александр Нагебов, житель Санкт-Петербурга: Три дня назад из-за всех этих переживаний стало подниматься давление, я попросил лекарство. Мне сказали, что лекарств никаких нет. К вечеру поднялось 185 на 90 давление, я вызвал медсестру, она пришла вместе с охранником. Я говорю: «Я сейчас вызываю скорую помощь». На что они говорят: «Мы никакую скорую помощь сюда не пропустим. Мы не имеем права, это распоряжение Роспотребнадзора никого сюда не пускать».

Ни еду, ни одежду, ни средства гигиены — в общем, ничего, кроме лекарств, родственники задержанным передать не могут.

Михаил Крылов, житель Санкт-Петербурга: Когда внук в первый же день привез посылку, с ним даже никто разговаривать не хотел, эти ОМОНовцы. Они окошки не открывали, он попробовал открыть дверь — его послали. Сказали: «Еще раз подойдешь — мы тебя вообще повяжем». 

На принудительном карантине держат даже семью с пятилетним ребенком.

Сергей Щенников, житель Санкт-Петербурга: Ребенок с нами, мы все трое в одном номере находимся. Но с момента, как мы сюда поступили, он практически ничего не ест, потому что та еду, которую здесь приносят, он ее... практически питается хлебом, йогуртом и какими-то фруктами. 

Самые активные заключенные «Заря» обмениваются телефонами и считают, сколько человек держат взаперти. Говорят, что незаконно минимум семерых, всего в санатории 45 петербуржцев. Некоторые задержанные и их родственники уже обратились или будут обращаться в прокуратуру, потому что не могут добиться ответа от Роспотребнадзора, почему здоровых людей держат взаперти, когда их выпустят.

Владимир Васильев, сын находящегося в обсерваторе: Она мне дала телефон начальника отдела [эпидемиологического надзора] центрального. Так получилось, что он как раз задерживал моего отца. Я говорю: «Хорошо, ладно, а вы читали разъяснение к постановлению?» Где во втором абзаце было четко написано, что те люди, которые приехали до 18-го, они не должны попадать под это постановление. Я ему объяснил: «Вы понимаете, что его неправомерно задержали, незаконно?» Он говорит: «Я с вами полностью согласен, но звоните в Городской Центральный Эпидотдел начальнику».

Дождю не ответили ни в Роспотребназдоре, ни в городской эпидемиологической службе. Пансионат «Заря» — государственный, постояльцев там почти не было, обсерватор начали готовить ближе к середине марта.

Мария Кувшинова, жительница Санкт-Петербурга, кинокритик: Я специально съездила посмотреть, как это устроено. Увидела, что там строят забор. Курортный район, где это все происходит, — это такой аналог Рублевки, который от московской Рублевки отличается только тем, что нету сегрегаций и может стоять какая-то очень дорогая дача рядом с какой-то полуразвалившейся хибарой. То есть довольно смешанная публика. И, собственно, в этом квадрате, в котором находится «Заря», там находится еще дорогой отель, два санатория и главный супермаркет, в котором отовариваются все обладатели этих дорогих дач. Но я позвонила в соседние пансионаты, где есть СПА или бассейн, они закрыты все. 

В общем, очевидно: питерский Роспотребнадзор устроил публичную облаву, чтобы отчитаться о том, как защищает город от эпидемии. Северная столица — третий регион в России по количеству зараженных. Теперь главный вопрос: кто защитит жителей города от незаконных задержаний? По всей видимости, их планируют продолжать. 

Не бойся быть свободным. Оформи донейт.