«Условный срок по такой статье возможен»: посадят ли Улюкаева и как журналистам удалось снять его последнее слово

Главная тема дня 7 декабря — последнее слово бывшего министра экономического развития Алексея Улюкаева, которое он произнес в Замоскворецком суде. Последнее слово Улюкаева было довольно драматичным. Например, он неожиданно попросил прощения у людей. И еще раз заявил, что стал жертвой «чудовищно жестокой провокации». Улюкаев каялся в лицемерии и слабости, но твердо настаивал на своей невиновности. О том, как это было, рассказала Маргарита Лютова, которая провела несколько часов в Замоскворецком суде.

Фото: Рамиль Ситдиков / РИА Новости

Маргарита Лютова:

Я бы сказала, что не только Улюкаев сегодня был эмоционален. Дело в том, что в Замоскворецком суде Москвы звучали не только слова бывшего министра. Сегодня заканчивались прения, до этого долго слушали показания обвинения и защиты. Сечин, как известно, не пришел. Но сегодня его и не вызывали — надежда потеряна. И в завершении прений прокуроры и защита выступали с репликами. Это их подытоживающие заявления, которые как-то суммируют их позицию, чтобы доказать суду именно свою правоту. И этот обмен мнениями был очень эмоциональным. Там было не так много юридических доводов, хотя они, естественно тоже присутствовали. Но и прокурор, и защита позволяли себе довольно резкие выводы в адрес друг друга. В какой-то момент, это не самое лучшее сравнение, у меня возникли ассоциации с реп-баттлом. Когда аргумент — это уже переход на личности. Мы привыкли, что во многих процессах, особенно, если исход заранее предрешен и они кажутся политическими, прокурор кучно по заранее распечатанной бумажке зачитывает заключение. Здесь все было иначе.

Павел Филипчук, прокурор: «Вообще не самом деле действительно страшно, когда человек с безупречным послужным списком и репутацией, имея все блага этой жизни, становится на такой путь, который заканчивается банальным взяточничеством».

Другие выпуски
Популярное у подписчиков дождя за неделю