Родина пришла на Лазурный берег: у русских эмигрантов в Ницце отобрали царские реликвии для Путина

16 ноября, 21:30
15 639

Недавний визит Владимира Путина в Париж на торжества по случаю столетнего юбилея окончания Первой мировой обрастает все новыми подробностями. В день самих официальных мероприятий все обсуждали почти неприличное опоздание российского президента. Обращали внимание и на тот факт, что на торжествах вслух зачитывали письма солдат из Франции, Великобритании, Соединенных Штатов и Германии. Писем русских солдат не читали, как будто Россия в той войне и не участвовала, и не потеряла почти полтора миллиона солдат. Впрочем, о собственности Российской Империи в Российской Федерации не забывают. Правда, эту собственность часто возвращают советскими методами.

Перед парижской поездкой Владимира Путина федеральные каналы залпом отчитались — православным французской Ниццы вернули реликвии Александра II. Правда, европейские собкоры «Первого», «НТВ» и «ТВЦ» излучали оптимизм совсем не из Ниццы, а из Парижа. Ведь именно здесь, в Русском духовно-культурном центре гусарский мундир и окровавленную рубашку с жилетом Александра II должен был осмотреть президент.

Сергей Пугачев, предприниматель: «Путин приехал в Париж, власти его встретили, и ему одному из всех лидеров преподнесли эти реликвии. Если вы не знаете внутреннюю сторону, то вам покажется, что российского лидера принимают с распростертыми объятиями». 

Но все было зря — кортеж увез Владимира Путина прямиком в Шарль-де-Голль мимо императорской рубашки с мундиром. Эта история только кажется обычной сплетней из президентского пула, на самом деле это детектив.

Загадочная «религиозная организация», похитившая императорские реликвии в сюжете «ТВЦ» — скромный русский приход Свято-Николаевского собора Ниццы. А «похищенные реликвии» до последнего времени тихо хранились здесь же, в крипте под зданием собора. Российское посольство попросило передать четыре предмета гардероба Александра II ради визита Путина. Вот выдержка из официального документа: «В связи с празднованием двухсотлетия со дня рождения Александра II, царствование которого было значимым для франко-русских отношений, президент Р Ф Владимир Путин выразил пожелание увидеть эти три исторические реликвии во время своего официального визита во Францию 11 ноября 2018 года».

После того, как борт номер один вылетел из Парижа, царские вещи должны были вернуть на место. Но об этом скромном событии по телевизору рассказали как о большой победе российского государства.

Зоя Оболенская, член приходского совета: «Мы очень любили эти предметы, которые принадлежали Александру II, они у нас были выставлены, и, конечно, мы бы их вернули». 

Сражение за жилетку и рубашку с мундиром — стало последним в войне России постсоветской и России дореволюционной.

О русском кладбище Кокад пели потомки эмигрантов первой волны, рифмуя дым с Крымом, а станицу с Ниццей. Здесь алексеевцы лежат рядом с корниловцами и галлиполийцами, а генералы княжеских родов — рядом с простыми казачьими хорунжиями.

Алексей Оболенский, вице-председатель православной культовой ассоциации ACOR в Ницце: «Мы не рассматривали церковь как имущество общины. Просто нам, в силу исторических обстоятельств, это было передано на хранение».

Почти сто лет кладбище интересовало только редких туристов и здешних русских с фамилиями из дореволюционных романов.

Алексей Оболенский, вице-председатель православной культовой ассоциации ACOR в Ницце: «Мы знали, что существует арендный договор, который заканчивается в 2008 году. Но ведь договор был подписан царем и представителями русской Ниццы. Как общины этой русской Ниццы уже не было. Была создана ассоциация по французским законам. Естественно, ни царя, ни наследников тоже не было. Все советское время в России никто этим не интересовался. Поэтому у нас было полное основание верить, что нам просто его продлят».

Но несколько лет назад родина, откуда когда-то бежали их родители, сама пришла на Лазурный берег. По специальному акту Россия стала официальной правопреемницей не только Советского Союза, но и Российской империи на территории Франции. Суд передал Свято-Николаевскую церковь Московской патриархии. И вроде бы все хорошо — церковь тут же отреставрировали.

Но следом за зданием собора Россия начала претендовать и на кладбищенскую землю, обвиняя русский приход Ниццы в алчности.

Алексей Оболенский, вице-председатель православной культовой ассоциации ACOR в Ницце: «Естественно, противоположная сторона направо и налево рассказывала, что здесь на церкви люди богатеют. Но я как староста и казначей могу вам сказать, что это ложь. Поддерживать собор стоило очень больших денег».

У предков местного старосты, Алексея Оболенского, большевики конфисковали поместья в Крыму и Выборге. Когда отобрали и Кокад, он решился на бунт.

Алексей Оболенский, вице-председатель православной культовой ассоциации ACOR в Ницце: «Я повесил плакат на французском языке: „Здесь вам не Крым и не Донбасс, здесь свободная Франция. Пожалуйста, оставьте наших покойников в покое“».

Старые русские спилили новый замок, и сейчас кладбище фактически в совместном пользовании. Но в Свято-Николаевский собор ходят в основном новые прихожане. Ведь после революции русские Ниццы традиционно относились к Константинопольской патриархии.

Алексей Оболенский, вице-председатель православной культовой ассоциации ACOR в Ницце: «С того дня, как я оттуда ушел, я больше туда никогда не возвращался. Я знал этот собор от верхушки купола до крипты и до подвалов, все это было мне очень близко, а с ними я встречаться не желаю и не хотел бы».

Теперь Оболенский на всякий случай хранит кладбищенский архив дома — вдруг Россия опять повесит новый замок, который уже не удастся сорвать. После спецоперации по изъятию последнего, что у них оставалось на память о старом храме, люди со звучными фамилиями и необычным акцентом окончательно поняли — договориться миром с постсоветской Россией у них, похоже, и не было шансов.

Алексей Оболенский, вице-председатель православной культовой ассоциации ACOR в Ницце: «Потомки разных волн эмиграции ассимилируются и входят в местное общество. Если бы в России были более разумные люди, они бы поняли, что надо подождать еще лет десять-пятнадцать и все самой собой перейдет к ним. Не как имущество. Но вы возьмете и будете дальше нести ответственность, просто потому что здесь уже никого не будет. Нет, им надо было сразу все».

Фото: Михаил Джапаридзе/ТАСС

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю