«Путин будет бравировать этой встречей»: зачем нужны были переговоры с Пашиняном и Алиевым в Москве и каковы реальные итоги

11 января, 22:38 Алексей Коростелев
5 915

11 января в Москве прошли трехсторонние переговоры между лидерами Армении, Азербайджана и России Николом Пашиняном, Ильхамом Алиевым и Владимиром Путиным. Политики почти четыре часа обсуждали ситуацию в Нагорном Карабахе. Встреча прошла по инициативе Владимира Путина, а по ее итогам лидеры трех стран подписали заявление — они договорились о создании трехсторонней группы, которая займется восстановлением экономических, торговых и транспортных связей, а также открытием границ в Нагорном Карабахе. До 1 марта рабочая группа подготовит план возобновления железнодорожного и автомобильного сообщения. При этом статус Нагорного Карабаха остается неурегулированным вопросом, заявил по итогам встречи Никол Пашинян. Он также сказал, что сторонам не удалось до конца решить вопрос обмена военнопленными, но назвал принятые на встрече договоренности очень важными. Что значит эта встреча и подписанные соглашения — обсудили с политологом и экспертом по Центральной Азии Аркадием Дубновым.

Аркадий, я сейчас читаю армянские телеграм-каналы, которые мало того что обвиняли Пашиняна с момента подписания им заявления о прекращении огня в ноябре, так и сейчас по итогам этих переговоров Пашиняна обвиняют в том, что он не решил вопрос с военнопленными, который по-прежнему остается, несмотря на прекращение огня. Сейчас в Степанакерте, опять же ссылаюсь на телеграм-каналы, ассоциированные, с Арменией и Нагорным Карабахом, вокруг Степанакерта слышны очереди из стрелкового оружия.

Как можно подвести итоги сегодняшней трехсторонней встречи?

Я пока затрудняюсь подводить итоги, потому что, видимо, информация о том, что там произошло, будет потихоньку выползать, в первую очередь из российских и армянских, наверно, источников, в меньшей степени из азербайджанских. Но то, что мы видели сейчас из сказанного Николом Пашиняном относительно нерешенности вопроса и статуса, и военнопленных, ― это достаточно важное свидетельство того, что, в общем, эта встреча не могла быть иначе задумана, кроме как для проталкивания всех других вопросов, паровозом, локомотивом решения которых может быть экономическая проблематика.

И я думаю, что с этой точки зрения надо смотреть на вещи реально. Стороны должны быть, так сказать, мотивированы экономическими продвижениями, открытием транспортных коммуникаций, разблокировкой границ Армении. Мы знаем, что Армения была фактически блокированы, да, сообщение, например, с Россией у нее отсутствовало, ни через Азербайджан, ни через Грузию. Так вот, обещание разблокировать это направление на Россию, впрочем, важная для Армении, так же как и важная для Азербайджана железная дорога через территорию Армении из Нахичевани к материковому Азербайджану, это важно, да.

И я не удивился, что нет решения статуса, и, может быть, тоже отчасти не удивился, что нет решения вопроса о военнопленных. Это очень чувствительные вопросы, насколько мне известно, я вижу, что Азербайджан отчасти использует не до конца, так сказать, решение этого вопроса для какого-то элемента давления на Ереван, а может быть, и на Москву.

Поэтому, я повторяю, не решены вопросы и внутренние, важные для российских миротворцев. Нет понимания о статусе российских миротворцев в Карабахе. Я уже писал об этом в блоге вчера, что если с Арменией статус российских миротворцев, насколько я знаю, определен некоторыми документами, меморандумом, то в отношениях с Азербайджаном Москва этот документ не подписала, и то пока, так сказать, по причине отказа это сделать со стороны Азербайджана, да. Так что если эти вопросы, в принципе, зависают и Азербайджан будет, видимо, настаивать на своих каких-то условиях, то вообще судьба, так сказать, российских миротворцев подвисает точно так же на этот период, а может быть, даже и раньше.

Я бы обратил внимание в этой связи, что и Москва проявляет некое недовольство, оказывая давление на Баку. Я вспоминаю в этой связи неожиданные изменения модальности претензий Москвы по отношению к Баку за сбитый «Ми-24», российский военный вертолет. Москва перевела это дело в уголовный формат преследования, потребовала от Азербайджана выдачи виновных либо их наказания, чего раньше, в общем, не было. Это случилось за пару дней до московской встречи, да, это не случайно совершенно, это понятно.

Поэтому, повторяю, итоги подводить рановато.

Так или иначе, является ли позитивным сигналом тот факт, что решился вопрос с разблокировкой сообщения между Арменией и Россией? Будет железная дорога доступна и, собственно, будет доступна дорога, которая свяжет Нахичевань и основную часть Азербайджана. Все-таки до этого момента это все не работало.

Да, безусловно, Алексей, я как раз и хотел сказать, что, оценивая эту встречу, надо оценить сам факт ее проведения, уже как достаточно значительный все-таки успех российского миротворчества, да, и прямо назовем вещи своими именами, в общем, самого Путина. Конечно, он этим будет бравировать, это будет главным его, так сказать, аргументом в обозначении успехов внешней политики Кремля.

Еще один момент, довольно занятный, ― это то, что Москва сейчас использует максимально возможность такого некоторого внешнеполитического окна, которая предоставлена паузой в принятии, так сказать, новой администрацией американской бразд правления. До 20 января это нужно успеть, а может, даже и позже, пока американский Госдеп не вспомнит о том, что Соединенные Штаты являются одним из сопредседателей Минской группы ОБСЕ, да. Пока американцы вообще никак себя не проявляли фактически, в отличие от Франции, президент которой, в общем, по моим данным, узнал о проведении этой встречи в Москве только в конце декабря, да.

То есть Москва готовила это достаточно, я бы сказал, самостоятельно, то есть не достаточно, а просто самостоятельно и скрытно от внешних глаз. И с точки зрения российского руководства это, в общем, так сказать, единственная возможность, сегодня предоставленная России, когда остальные мировые центры силы фактически дезавуированы мировой такой, я бы сказал, энтропией, да, власти. Принимают решения самостоятельно российские руководители.

И вот этот факт, я думаю, будет иметь значение в дальнейших, так сказать, отношениях Москвы с Соединенными Штатами и с Евросоюзом. С другой стороны, я вообще не вижу желания сильного у ОБСЕ каким-то образом активно участвовать в регулировании этого конфликта, во всяком случае, в его военно-миротворческой части, да. И Москва, в общем-то, не сильно заинтересована в привлечении, реальном привлечении ОБСЕ. Так, только такая некоторая дипломатическая оболочка, что Москва действует согласно мандату, предоставленному ОБСЕ, о чем сегодня Путин успел сказать, да, ссылаясь на то, что мы действуем в рамках, согласуем это дело с Минской группой ОБСЕ, сославшись на переговоры телефонные с Макроном.

Если говорить о внутриполитических последствиях для обеих стран, понятно, в общем, Алиев в Азербайджане ― человек, выигравший войну, человек, вернувший земли, а Пашинян в Армении ― человек, который эти земли потерял, и человек, который сейчас, в общем-то, не решает, если верить тому, что пишут армянские СМИ, те вопросы, которые перед Пашиняном еще ставят люди, в том числе ставят их на улице. Телеграм просто разрывается от недовольства, потому что мало кого устраивает железная дорога, все хотят возвращения земель.

Как вам кажется, повлияют ли сами эти переговоры, их результаты промежуточные на положение самого Никола Пашиняна и есть ли шанс, что уже на следующую встречу в Москву приедет другой премьер-министр?

Хороший вопрос, деликатный вопрос, так сказать, жизненный вопрос. Но обратите внимание, что еще месяц-полтора назад многие из нас, уж я точно в их силе, не гарантировали бы, что к концу года или к началу 2021 года лидером Армении останется Никол Пашинян. Тем не менее это произошло, он устоял благодаря и собственной воле политической, но в первую очередь благодаря воле Москвы и, вы будете смеяться, воле Баку.

Ни Баку, ни Москве сегодня пока не выгоден новый лидер Армении, который фактически может делегитимизировать соглашение от 10 ноября. Этот новый лидер не смог бы вернуть, что называется, загнать джинна в бутылку обратно, да, и начать войну, но поставить под сомнение какие-то вопросы, связанные с территориальным разграничением, вполне мог бы, исходя из таких популистских устремлений, да. В конце концов, вряд ли что-то может сегодня новый армянский лидер предложить с точки зрения реального урегулирования иначе, чем это сегодня происходит. Война проиграна.

Да, действительно, Пашинян по демократическим всяким канонам должен был бы уйти в отставку, приняв на себя ответственность. Он этого не сделал, не сделал этого, потому что понимал, что за ним, извините, Москва, потому что Москве нужен был слабый Пашинян. Ильхаму Алиеву тоже нужен был слабый Пашинян. И это произошло, да, поэтому отвечаю конкретно на ваш вопрос: да, Пашинян вернется в Ереван, да, он примет на себя новый удар, новую порцию, так сказать, ненависти и обвинений, но тем не менее телеграм-каналы ― это не та улица, которая может позволить снести Пашиняна, как он во главе этой улицы снес Саргсяна, да. Не хватает ресурсов у такой антипашиняновской улицы сегодня. Телеграм-каналы ― да, это телеграм-каналы, это понятно.

Купите подписку

Вы уже подписчик? Войти

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю
Партнерские материалы
Россия — это Европа