The Patriki в Америке и Le Biriouliovo во Франции.

Колонка Павла Лобкова о том, почему этот скандал доказал, что мы все же Европа
Вечернее шоу Здесь и сейчас
23:48, 1 августа
Поддержать программу
Поделиться
Вы смотрите демо-версию ролика, полная версия доступна только подписчикам
Скидка 16%
4 800 / год
5 760
Попробуй Дождь
480 / месяц
Уже подписчик? Войти Купить подписку

Комментарии

Скрыть

Уже неделю  в Москве бурлит скандал: жители элитного района против «понаехавших на Патрики» обитателей окраин. Прозвучали, кажется, все аргументы — ведь это те же самые Москвичи хотели сделать город удобным и обитаемым, вот и обитайте. В ответ раздались упреки интеллигенции в адрес «саранчи» из Бирюлева, которая гадит в подъездах и мешает спать соседям Михаила Булгакова. Как ни парадоксально, этот довольно дикий скандал доказывает, что Россия все-таки Европа. Потому что свои «патрики» и свое «Бирюлево» есть почти в каждом европейском или американском городе. Подробнее — в колонке Павла Лобкова.

«Патрики» — это, возможно, только начало, ведь известно что по развитию социальных процессов Россия отстает от Запада лет на 15–20.

Если вы вдруг захотели купить домик во французских Альпах, в деревне Сен-Сирк-Лапопи, где когда-то жил Анри Бретон — это в общем недорого, около 150 тысяч евро, но фактически невозможно. Сделку должна единогласно утвердить местная коммуна, а на заседании вас обязательно попросят доказать, что вы не из итальянской или русской мафии и не притащите туда кучу родственников. За десять лет ни одного дома в этой деревне не продали, и они продолжают зиять пустыми глазницами оконных рам.

Лонг-Айленд — вроде Нью-Йорк, а вроде и богатый пригород с океаническими пляжами. Нам этот топоним знаком по «Великому Гэтсби» — белая кость. Но в 1920-е годы на пляжи повадились чернокожие бедные, что коренных не могло не злить. Роберт Мозес — царь и бог нью-йоркской урбанистики. В его биографии «Брокер власти» Роберта Каро описывается трюк, которым могущественный архитектор ограждал богатых, то есть белых, от бедных, то есть черных. В середине 1920-х годов Мозес спроектировал эстакаду на Лонг-Айленд таким образом, чтобы под ней не могли проехать грузовики и автобусы, а сама дорога вела прямо на пляжи. Учитывая, что чернокожие в массе не могли позволить себе автомобиль, на котором только и можно было добраться до заветного песка, задача сегрегации была решена изящно и эффективно.

Бютт-о-Кай — прелестный пригород Парижа, полный маленьких баров и ресторанчиков. Туда, как и на московские Патрики, тоже устремляются жители отдаленных и бедных кварталов — почувствовать себя хозяевами жизни на полчаса. Но в отличие от Лонг-Айленда это не остров, и местные борются с «саранчой» юридическими способами. Каждую неделю полицию засыпают жалобами на шум и запахи из кабачков: на время расследования ресторан закрывают обычно на одну – две недели, и у коренных жителей всегда есть повод для маленькой победы.

Полный текст доступен только нашим подписчикам
Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.