«Меньше высказываться не стану»: интервью с Иваном Ждановым, которого объявили в международный розыск

Это уже второе такое уголовное дело на меня, предыдущее ― уже тоже осудили за неудаление фильма «Он вам не Димон». Это второе, но суть тут не меняется. Понятно, что есть еще как минимум три уголовных статьи, за которые меня преследуют. Какая разница, по какой статье меня непосредственно объявили в розыск или заочно арестовали? Их может быть десять теперь уже.

Сам факт объявления вас в международный розыск что меняет в вашей жизни, вашей судьбе? Вы находитесь за пределами Российской Федерации. Означает ли это, что теперь для вас находиться за пределами Российской Федерации становится менее безопасно, чем до сегодняшнего дня?

Это означает… Я сейчас нахожусь в пределах территории Евросоюза, но это означает, что в материалах дела сегодня можно было увидеть по мне, как российские органы власти делают запрос в Турцию и Турция им отвечает со сведениями о моих перелетах от правоохранительных органов Турции.

То есть есть, очевидно, ряд не очень безопасных стран, где мне, наверно, находиться небезопасно, такие как Турция, какие-нибудь азиатские страны, может быть, страны Африки. Но цивилизованные страны, безусловно, остаются открытыми, никаких проблем нахождения здесь у меня нет.

То есть Российская Федерация уже обращалась в Турцию сегодня?

Да, Российская Федерация уже обращалась в Турцию, потому что у меня там был аэропорт последнего вылета, мне кажется так. На январские праздники я летал в Турцию.

Но к руководству стран или правоохранительным органам этой страны Евросоюза, в которой вы находитесь, российские правоохранительные органы не обращались?

В материалах дела этого нет. Но это же как работает? Они обращаются в Интерпол, а дальше циркуляр идет по всем странам, и как только какая-то страна меня обнаружит по линии Интерпола, то этой стране нужно будет решать вопрос, выдавать или не выдавать. Естественно, любая цивилизованная страна понимает политическую мотивировку этого дела, а другая какая-нибудь страна типа той же самой Турции может спокойно и выдать, никаких проблем нет.

Смотрите, вы довольно спокойно говорите о сегодняшних новостях относительно вашего статуса и относительно объявления вас в международный розыск. Тем не менее планируете ли вы какие-то действия в связи с решениями российских судов, будете ли вы обжаловать это, например?

Нет, я совершенно спокоен. Опять же я рассматриваю себя и ощущаю себя российским политиком. Я понимаю риски, которые с этим связаны, они связаны и с нахождением за пределами Российской Федерации, тут никаких сомнений в этом не может быть. Поэтому когда человек идет в политику в России, он более-менее на себя эти риски принимает, неважно, где он находится. Я продолжаю и буду продолжать заниматься политической деятельностью.

Что касается… За семь лет работы в Фонде борьбы с коррупцией были и уголовные дела, и все, что угодно, было, и отравление Навального. Почему я сейчас должен вдруг как-то особенно изменить свое мировоззрение из-за международного розыска и ареста? Может быть, когда-нибудь им что-нибудь удастся сделать, но им так же и до этого, может, хотелось что-то сделать, пытались что-то сделать. Посмотрим.

Мой последний вопрос, если позволите. Неоднократно вы у нас в эфире рассказывали о деле вашего отца. Что известно о нем сейчас?

Вот это один из механизмов. Они же эту конструкцию и выстроили, что я теперь заочно арестован, мое пребывание в России ― это сразу пребывание в тюрьме, а отец в заложниках, чтобы я меньше высказывался как политик. Я думаю, что, во-первых, меньше я высказываться не стану, а что касается отца, он находится сейчас в СИЗО-1 Архангельска, там закончилось ознакомление с материалами дела, дело скоро уйдет в суд. Там есть какие-то определенные проблемы со здоровьем, связанные с возрастом, но он держится, большое спасибо тем, кто пишет ему письма и поддерживает его.

*По решению Минюста России ФБК включен в реестр НКО, выполняющих функции иностранного агента

*Деятельность ФБК и штабов Навального запрещена на территории РФ