Кто стоит за группировкой «Джейш аль-Фатх», и убила ли она российского посла

Объясняет журналист Орхан Джемаль
21 декабря 2016
6 189

Несколько арабских СМИ сообщили в среду, что ответственность за убийство российского посла в Турции Андрея Карлова взяла на себя организация «Джейш аль-Фатх». В переводе с арабского «Армия завоевания». Ранее об этой организации было мало что известно. Она не включена в список террористических и экстремистских организаций. Можно ли верить информации, что за этим терактом стоит группировка «Джейш аль-Фатх», что она из себя представляет, и чем отличается от, запрещенной в России, «Джабхат ан-Нусры». Эти вопросы мы задали журналисту Орхану Джемалю.

Орхан, прежде всего, что это за организация? И можно ли доверять информации, что именно она стоит за этим страшным убийством?

Начнем со второго, можно ли доверять? Эта информация уже подвергнута сомнению, есть сирийский эксперт, который находится здесь, он посмотрел это заявление и раскритиковал его, сказав, что это не похоже на подлинное, там есть некие детали в шрифтах, это не похоже на то, что эта организация выпускала раньше в своих пресс-релизах. Так что она ли, не она ли — тут вопрос открытый остается. Что касается самой организации, строго говоря, это не организация, а союз шести организаций, три наиболее крупных из которых — это знаменитый «Джебхат ан-Нусра» (Верховный суд России признал организацию «Джебхат ан-Нусра» террористической, ее деятельность на территории России запрещена), она не самая крупная, но самая известная, по сути дела, являлась до лета этого года филиалом Аль-Каиды (Верховный суд России признал организацию Аль-Каида террористической, ее деятельность на территории России запрещена), и в свою очередь когда-то была дочерней структурой «Исламского государства» (Верховный суд России признал организацию «Исламское государство» террористической, ее деятельность на территории России запрещена), но летом этого года она переименовалась и отмежевалась от Аль-Каиды, объявив о расторжении отношений. Вторая организация — это «Ахрар аш-Шам», это самая большая, самая многочисленная организация, наверное, из всех организаций в сирийской оппозиции, самая массовая, то есть она рассредоточена по многим, по самым разным провинциям, и восходит к движению «Братьев-мусульман» (Верховный суд России признал организацию «Братья-мусульмане» террористической, ее деятельность на территории России запрещена) в Сирии, то есть она, костяк этой организации как раз и были люди, отпущенные в 2011 году после амнистии, объявленной Башаром Асадом. И третья, достаточно известная организация, — это «Джейш валь-Ансар аль-Мухаджирин», эта организация любопытна тем, что изначально она состояла в основном из выходцев с Кавказа, из выходцев из России, но и турки там тоже воевали. Вот, скажем, эти три структуры составляют примерно 90 процентов.

Орхан, вот вы назвали несколько организаций, часть из них официально запрещены в России, например «Джебхат ан-Нусра». Я верно понял, что, по сути, вот эта организация «Джейш аль-Фатх» — это союз, по сути, террористических организаций, часть которых запрещена в России.

Среди организаций, которые входят в союз, есть «Джебхат ан-Нусра», которая признана террористической всеми.

Соответственно, можно ли считать «Джейш аль-Фатх» террористической? Или тут есть какие-то вопросы?

Ну тут есть, наверное, все-таки вопросы, потому что она состоит из трех разных структур, из шести разных структур, но три крупные из них.

А вот такой вопрос, получается, что этот молодой человек, который застрелил нашего посла, он вроде бы состоял в этой организации и был, по сути, на государственной службе в турецкой полиции, в турецких спецслужбах. Это показывает силу террористов или, скажем так, плохую организацию турецких спецслужб?

Об организации турецких спецслужб, коль это случилось, есть описание того, как это случилось, то понятно, что здесь были определенные проколы, может быть, они не криминального характера, но проколы были, с этим давайте закончим. Что касается связи этого человека с «Джейш аль-Фатх», то сейчас там изымаются, как всегда в таких случаях делают, все электронные носители, все телефоны, выясняется система связей. Но есть вариант того, что связи-то реальной не было, а он являлся, что называется, симпатизантом этих организаций и находился под влиянием многочисленной информации.

Но все равно это же, извините, я вас перебью, это не оправдывает, мне кажется, турецкие спецслужбы никоим образом, даже если он не числился, а просто симпатизировал. У меня в связи с этим такой вопрос, можно ли сказать, что наши послы, наши официальные лица, которые работают в России, но ездят за рубеж в командировки, выступают на официальных мероприятиях, находятся сейчас в некой зоне опасности, что они то же, не дай бог, могут стать объектами насилия со стороны различных…

Это совершенно очевидно, с момента, когда Россия вступила в эту войну, это было более чем год назад, сентябрь 2015 года, собственно, любые представители российской власти попадают в зону риска, они представители воюющей стороны, и понятно, что Россия, как воюющая страна, тоже будет нести потери, и несет их.

А с этим как-то можно бороться? Что это, усиление охраны официальных лиц? Как не повторить этой страшной трагедии, если террористы уже, мы с вами вначале обсудили, что не факт, что это правда, но тем не менее, очевидно, что кто-то из террористов это страшное преступление совершил. Вот как это предотвратить?

Если говорить о противодействии, то есть оперативный план, когда говорят, что давайте бронещиты будем выставлять, давайте посол будет исключительно только со своей охраной ездить, и вообще забьемся в бункере, заляжем там и будем находиться в безопасности. Но по большому счету, здесь изначально была смоделирована ситуация, геополитическая ситуация, когда Россия вошла в Сирию и стала стороной конфликта, и сейчас ее выдвигают на некий передовой рубеж, а соответственно, на ней вся ответственность за все. И в принципе, лично мне до конца непонятно, а ради чего это? Вот за что мы платим такую цену? За что убили Карлова? За что был сбит самолет Когалымавиа? За что убивают летчиков? То есть может быть, это правильно, может быть, оно того стоит, но мы не знаем, почему.

Мы платим цену за политические решения, если коротко?

Мы платим цену за политические решения.

Спасибо большое.

Фото: Mahmoud Hebbo/Reuters

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю