«Мы должны сохранить ярмарку»: почему на Non/fiction отменили презентацию книги Киры Ярмыш

22 марта, 22:16 Анна Монгайт
4 277

Книжная ярмарка Non/fiction отменила презентацию книги «Невероятные происшествия в женской камере №3» авторства Киры Ярмыш, пресс-секретаря Алексея Навального. Сейчас Ярмыш находится под домашним арестом по «санитарному делу». Книга рассказывает о девушке, арестованной на 10 суток за участие в антикоррупционном митинге, и ее общении в спецприемнике с другими женщинами, задержанными за ничтожные провинности. Роман вышел в издательстве Corpus. Поговорили о том, что происходит с романом Ярмыш с издателем Варварой Горностаевой.

Варя, здравствуйте! Расскажите, пожалуйста, что же произошло с книгой Киры Ярмыш? Я бы хотела, знаете, с чего начать? Все-таки подробнее, о чем эта книга?

Это роман, на самом деле это самое важное, что нужно знать об этой книге. Это роман, это ни в коем случае не политический манифест, хотя мог бы быть и он, но нет, это роман о девушке, которая попадает в… Как это у нас называется, господи боже мой? Куда привозят задержанных с митинга.

Изолятор.

Да, какой-то, да, уже забыла, столько теперь этих формулировок, что я не помню в точности. И оказывается там в камере еще с пятью женщинами, каждая из которых попала туда совершенно по какой-то своей причине. Кто-то ехал без прав, кто-то что-то как-то еще. В общем, они сидят там. Сидят они там десять дней, и с ними происходят какие-то истории, они рассказывают собственные истории. Героиня, которую зовут Аня, вспоминает свою собственную жизнь, свое детство, свою любовь.

Там очень много сюжетных линий, это очень хорошо сделано, мы взяли этот роман абсолютно без оглядки на что бы то ни было, кроме собственно качества текста. Нам показалось, что такая книга, первая написанная автором, безусловно, заслуживает того, чтобы быть не просто изданной, а чтобы ей как-то отдали должное. Надо сказать, что читатели отдали ей должное, роман у нас хорошо продается.

Что же произошло дальше? Вот книга должна была, видимо, презентоваться на ярмарке Non/fiction, да?

Эта история началась давным-давно, потому что, как мы помним, вообще-то Non/fiction происходит в начале декабря, в конце ноября ― начале декабря, и программа была утверждена осенью прошлого года, где-то в октябре или в начале ноября, все было абсолютно согласовано. Более того, этой презентации была отдана самая большая площадка Гостиного двора, где теперь происходит ярмарка, амфитеатр. У нас запланировано там было две встречи именно потому, что они обещали как-то большое количество народу. Одна из них ― презентация нового тома проекта «Намедни» Леонида Парфенова, вторая ― собственно, Киры Ярмыш.

Все было утверждено, все стояло в программе. Дальше ярмарку отменили, вернее, не отменили, а перенесли на март. И примерно за месяц, примерно месяц назад мы послали, собственно, свою программу, что-то там было немножко изменено, но в целом это была та же программа, поскольку понятно, что ситуация с ковидом сложная, книги не были вовремя как-то представлены публике, авторы там замечательные, книжки замечательные, мы почти ничего не поменяли, все оставили на своих местах, и Киру тоже. И сначала нам было сообщено примерно месяц назад, что презентация переносится из амфитеатра в маленький авторский зал, он очень небольшой, понятно, что там может, я не знаю, человек двадцать собраться. Ну, окей, мы подумали, что хорошо, авторский зал так авторский зал. Кроме того, да, мы понадеялись, что Кира выйдет как раз накануне ярмарки, потому что она сидела под домашним арестом и должна была выйти как раз в марте, до начала ярмарки.

А потом прошло еще несколько дней, и стало известно, мне стало известно, что дирекция ярмарки связалась с руководством издательской группы «Эксмо-АСТ» и, видимо, попросила убрать Ярмыш из программы. Мы обсудили это предложение, я сказала, что я категорически не хочу убирать сама из программы никакую свою презентацию, никакую презентацию Corpus, и если ярмарка считает нужным, невозможным как-то провести такую презентацию, пусть они пришлют нам письмо с объяснением причин, с каким-то обоснованием, на которое мы, собственно, и отреагируем.

Так, а какую мотивацию выбрала ярмарка, было артикулировано, почему, собственно, эту книжку нельзя презентовать?

Аня, как вы понимаете, это телефонные разговоры. Никаких подтверждающих документов у меня нет, никаких писем, никаких записок, ничего. Понятно, почему ― потому что ярмарка может пострадать, потому что присутствие на ярмарке оппозиционеров, политики, вот этого всего ― вещь вредная, она угрожает существованию самой ярмарки.

А в ярмарку тоже кто-то позвонил, в дирекцию ярмарки или это сама дирекция ярмарки решила так обезопасить себя?

Я не могу вам этого сказать, кто ж это знает.

Какие действия с вашей стороны будут теперь?

Я, собственно, написала по этому поводу большой пост в фейсбуке. Не знаю, я рассчитываю на то, что, может быть, ситуация срочно изменится и мы сможем провести такую презентацию, правда, уже без Киры, потому что Кире продлен домашний арест до 23 июня. Но ничто не мешает нам провести такую презентацию даже и без нее, я уверена, что в ней захотят поучаствовать многие достойные люди.

То есть, короче говоря, это был такой акт внутренней цензуры и вы рассчитываете, что, может быть, каким-то образом ярмарка пересмотрит свою позицию?

Честно говоря, я ни на что не рассчитываю.

Благодаря публичности.

Аня, я посчитала невозможным об этом ничего не сказать, я посчитала необходимым просто сообщить об этом читающей публике, потому что я глубоко убеждена в том, что вот этот аргумент, что мы должны сохранить ярмарку и поэтому должны очень аккуратно относиться к тому, кто выступает на ярмарке, какие книги там представлены, кажется мне чрезвычайно вредным прежде всего для самой ярмарки. Это губительная вещь.

Цензура… Главное, что это не цензура, это, скорее всего, самоцензура. Самоцензура и губит большинство культурных институций у нас. Люди бегут впереди паровоза, они боятся на всякий случай всего на свете. Напоминаю вам, это роман, и на самом деле причина состоит только в том, что Кира Ярмыш ― пресс-секретарь Алексея Навального.

Да, его имя действует магнетически. Скажите, а Кира сама в курсе того, что происходит, она как-то отреагировала, не знаете?

Кира написала большой пост в фейсбуке, вернее, пост был написан сотрудниками ФБК, но, по всей видимости, она через адвокатов передала свой ответ, потому что я написала ей письмо, конечно, об этом.

Да. Я вынуждена сказать, что ФБК ― это по российским законам теперь иностранный агент. Мы будем рассчитывать, что эта ситуация каким-то образом оперативно изменится благодаря публичности этой информации. Обязательно куплю новую книгу, точнее, первую книгу Киры Ярмыш. Спасибо!

Фото: kira_yarmysh / Instagram

Купите подписку

Вы уже подписчик? Войти

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю
Лучшее на Дожде
Партнерские материалы
Россия — это Европа
Россия — это Европа
Россия — это Европа