Как Иванов стал вторым человеком в стране.

Политологи Шульман и Минченко о «расслабленном» интервью руководителя администрации президента
Вечернее шоу Здесь и сейчас
20 октября 2015
Поддержать программу
Поделиться
Вы смотрите демо-версию ролика, полная версия доступна только подписчикам
Скидка 16%
4 800 / год
5 760
Попробуй Дождь
480 / месяц
Уже подписчик? Войти Купить подписку

Комментарии

Скрыть

Глава администрации президента Сергей Иванов удивил читателей агентства ТАСС необыкновенно длинным интервью — буквально обо всем: о Сирии, первой машине «Волга», которая была куплена еще на зарплату в службе внешней разведки и ездила на газе и бензине.

Лобков: Екатерина, как вы думаете, после относительного провала Медведева, а мы можем говорить об его относительном провале, потому что его не пустили в Америку. И вот смотрим: Иванов или Медведев, 2006 год.

Шульман: Это было давно.

Лобков: А персонажи все те же. И вот опять Сергей Борисович Иванов тогда униженный, кстати говоря, он не стал преемником, вот такое развернутое огромное интервью дает. Это само по себе является фактом — такое развернутое огромное многостраничное интервью государственному агентству ТАСС.

Шульман: Вы знаете, я бы сказала, что ничего чрезвычайного в этом нет. Время от времени высшие чиновники выступают с большими интервью: и президент это делает, и премьер министр это делает. И вот такого рода госслужащие высшего ранга как Сергей Борисович Иванов тоже этим занимаются. Это само по себе не какой-то форс-мажор. А само интервью производит впечатление, я бы сказала, такого умиротворяющего. И по Украине, и по внешней политике, и по Сирии, и по внутренней политике читается некий месседж такой мирный, неагрессивный. Там нет никаких жестких заявлений, нет какой экспансионистской риторики.

Лобков: Не согласен. Там типа: «ИГИЛ» (Запрещено в России) может прийти в ваш дом, поэтому мы положим боевиков «ИГИЛа» там, где они сейчас стоят.

Шульман: Это оборонительная лексика.

Лобков: «ИГИЛ» – организация, запрещенная в России.

Шульман: Да-да, это нужно прибавлять. Еще раз повторюсь: это риторика не наступательная, а оборонительная. Объясняется широкой публике, почему мы лезли в Сирию, что мы там делаем. Говорится, что мы не преследуем там амбициозных внешнеполитических целей, как будто это что-то плохое, мы преследуем очевидные неамбициозные внутриполитические цели защитить себя от террористов, которых если мы там всех не закопаем, они придут к нам сюда. Это вот такая достаточно мирная программа — не говорится, что мы хотим стать главными на Ближнем Востоке, завоевать Сирию, присоединить…

Лобков: Лидера исламского мира.

Шульман: Да. Ничего такого нет. Лидерами, мировыми жандармами и главными вершителями судеб хотят стать другие нехорошие страны, которые приписывают себе право решать судьбу всех подряд. Это тоже знакомая риторика, это мы все слышали много раз. Есть некий умиротворяющий сигнал по поводу внешнеполитических целей, есть и по поводу внутриполитических. Этот пассаж про губернаторов, которые не все плохие, и не надо их мазать черной краской.

Полный текст доступен только нашим подписчикам
Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.