«Нет сил думать о том, как чувствуют себя верующие». Первое интервью Александра Долгополова об отъезде из России

Александр, здравствуйте. Спасибо, что вы вышли с нами на связь. Все мы смотрели ваше интервью «Настоящему времени» и следим за тем, что с вами происходит. Чисто для уточнения хотела спросить у вас, что послужило все-таки прямо настоящим толчком и поводом для вашего поспешного стремительного отъезда, тот факт, что вы подозревали, что будет проверка МВД или ситуация вокруг вашего несостоявшегося выступления в баре московском?

Вообще все в совокупности, потому что конечно же у меня никогда таких проблем не было, чтобы на меня писали заявления, используя при этом очевидно репрессивную статью, которой является статья о защите чувств верующих. Я был с самого начала, конечно, напуган и не знал, что делать. У меня были мысли, что возможно, все как-то уляжется и замнется, но постепенно, как события начали разворачиваться, и когда полиция начала приходить уже повторно в HopHead, когда мы планировали выступление, и туда, насколько я понимаю, приходили следователи, я уже понял, что я не уверен насчет своей безопасности. И я знаю, как в России работает судебная система, не думаю, что мне было бы разумно отдавать свою судьбу на волю случая, поэтому я решил просто от этого отстраниться на то время, пока не будет понятно, что происходит. Ну и в целом я достаточно уже устал от всего этого произвола, и от этой ненависти, от злости, которая происходит в стране, с которой ничего не делается, и люди как будто бы в большинстве своем смирились с этим. Я чувствую в некоторой степени бессилие даже, когда я думаю о том, как люди относятся к происходящему, поэтому я решил, что это, наверное, будет оптимальное решение сейчас.