«Это скорее криминальное убийство»: близкий Кремлю политолог о российских и украинских версиях убийства Вороненкова

Купите подписку, чтобы посмотреть полную версию.
Вы уже подписчик? Войдите

Купить за 1 ₽

подписка на 10 дней
Варианты подписки
Что дает подписка на Дождь?

Политолог и директор Центра политической конъюнктуры Алексей Чеснаков рассказал Дождю о том, как используется имя убитого Дениса Вороненкова в информационной борьбе между Россией и Украиной и какая сторона может быть причастна к убийству.

Арно: Алексей, для чего в 2011 году Вороненков вдруг стал стремиться в Государственную Думу? Писали, что он мог в нее не попасть, что голоса ему тогда добирали от «Единой России». Для чего силовику нужно было оказаться в Госдуме?

Чеснаков: Мне кажется, здесь нужно было бы задавать вопрос самому Вороненкову.

Желнов: Мы не имеем уже этой возможности, Алексей, как можно заметить.

Чеснаков: Да, просто догадки строить о том, что пять или шесть лет назад думал человек для того, чтобы выдвинуться в депутаты, мне кажется, довольно глупо. Может быть, его привлекала личная безопасность, о чем говорил до этого господин Бульбов, или же он действительно хотел увидеть какую-то для себя политическую карьеру.

Желнов: Алексей, а что вы имеете в виду под личной безопасностью? Это политическая крыша или что в данном случае?

Чеснаков: Вопросы, связанные с тем, что он участвовал в различного рода коммерческих процессах, коммерческих предприятиях. Наверно, когда человек такого склада хочет получить депутатскую неприкосновенность, он считает, что это хороший инструмент для защиты.

Желнов: Ага. Когда с Вороненковым познакомились Владислав Сурков и Сергей Нарышкин? Это произошло, видимо, уже после того, как Вороненков стал депутатом от КПРФ. И что давали ему эти контакты, как вы считаете? Может, как вы знаете?

Чеснаков: Я разговаривал когда-то с Владиславом Сурковым, когда состоялась вот эта история с побегом Вороненкова в Киев. Я его спросил напрямую, потому что я никогда их не видел вместе. Более того, я никогда даже не видел Вороненкова. Я знаком с Марией Максаковой, но с Вороненковым я лично не знаком. Я никогда его не видел ни в коридорах власти, ни даже в Государственной Думе. То есть он прошел мимо меня.

Владислав Сурков один раз с ним пересекался на каком-то мероприятии. Кроме того, что они поздоровались, у них не было никакого контакта.

Арно: А у Вороненкова, судя по словам генерала Бульбова, который с нами разговаривал, и по расследованию в «Новой», все-таки большое количество врагов было в России. Почему так актуален именно украинский след в этой истории?

Желнов: По крайней мере, прокремлевские политологи на него указывают.

Арно: Да. Ведь, собственно, и здесь, в России ему было кому мстить. Речь даже сейчас не о Кремле, а о внутренних разборках, учитывая специфическую такую клиентуру Вороненкова.

Чеснаков: Вы в первую очередь говорите о каких-то страновых характеристиках, но есть вопросы, связанные действительно с его бегством. Это вызвало довольно серьезный резонанс, и даже многие политологи говорили о том, что Вороненкова используют на какое-то время как фигуру, которую можно было бы презентовать как знающего человека, а потом его каким-то образом уберут: или отправят куда-то отсиживаться, или же вот так, как сейчас. На это указывают, собственно, неоднократные случаи, когда того или иного персонажа якобы со связями использовали в качестве войны. Информационной войны, я имею в виду.

Вот когда Вороненков говорил о том, что он знает что-то о Януковиче или о событиях в Крыму, любой понимающий человек, который так или иначе понимает, как принимаются наши политические решения, кто к ним причастен, может сказать, что рядовой депутат Государственной Думы и даже человек, который занимает кресло в комитете по безопасности, конечно же, не знает, как принимаются решения по Крыму или по Украине. Это сразу вызвало ощущение использования Вороненкова в целях информационной борьбы против России.

Желнов: Сегодня Олег Кашин, на мой взгляд, очень точно заметил в колонке на Republic, что Кремль готовил сам общественное мнение к расправе над Вороненковым. Мы помним все эти высказывания: «предатель», «иуда», «человек с лицом вши». Звучали эти мнения и заявления из Москвы.

Вы как политтехнолог скажите, зачем нужно было накачивать Москве вот такой негатив в сторону Вороненкова, чтобы автоматически политизировать это убийство? Неважно даже, с какой стороны оно теперь произошло, но очевидно, что информационно Москва теперь будет как-то за него оправдываться. Как вы считаете, для чего? И как, собственно, теперь будет изживаться пропагандистски эта ситуация? Потому что понятно, что Украина будет винить Россию, а Россия ― Украину. А осадок этот, в общем, изжить довольно сложно.

На превью: Стрингер / РИА Новости

Комментарии (0)
Купите подписку, чтобы посмотреть полную версию.
Вы уже подписчик? Войдите

Купить за 1 ₽

подписка на 10 дней
Варианты подписки
Что дает подписка на Дождь?

Комментирование доступно только подписчикам.
Оформить подписку
Другие выпуски

Читайте и смотрите новости Дождя там, где вам удобно
Нажав кнопку «Получать рассылку», я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера