Три главные нестыковки в версии Генпрокуратуры о гибели Магнитского

19 ноября, 21:26 Анастасия Михайлова
10 214

Тема гибели в СИЗО юриста Сергея Магнитского неожиданно снова оказалась в центре внимания, причем по инициативе российской Генпрокуратуры. Представители ведомства дали большую пресс-конференцию, на которой впервые признали, что Магнитский мог быть убит — с подачи главы фонда Hermitage Capital Уильяма Браудера. Юрист был отравлен «диверсионным химическим веществом», заявили в Генпрокуратуре через девять лет после смерти Магнитского. Там утверждают, что один из самых ярких критиков Кремля за рубежом также причастен к гибели троих бизнес партнеров и отмыванию сотен миллионов долларов через компании из Кипра, Латвии и Швейцарии. Сам Браудер называет новые обвинения «кафкианством» и вспоминает, что его собираются объявить в международный розыск как раз в тот момент, когда Интерпол может возглавить гражданин России. Анастасия Михайлова рассказала о главных нестыковках в новой версии гибели Магнитского. 

19 ноября Генпрокуратура сделала резонансное заявление — в отношении главы британского фонда Hermitage Capital Уильяма Браудера возбуждено новое уголовное дело. На этот раз его обвиняют в создании преступного сообщества.

По сути, неким преступным сообществом Генпрокуратура объявили весь фонд Hermitage Capital. За все время работы в России — еще с 1997 года — он получил финансовые льготы и возврат НДС более чем на 10 млрд рублей, так утверждают прокуроры.

Но главная интрига была в другом. По мнению прокуроров, Браудер может быть причастен к убийству Магнитского. Озвучена версия, что он отравил Магнитского в СИЗО неким химическим ядом, созданным в лаборатории.

Михаил Александров, сотрудник центрального аппарата Генпрокуратуры: Браудер, безусловно, имел мотив на его физическое устранение с целью сокрытия своей причастности к ранее совершенным преступлениям. 

И, как говорят прокуроры, не только одного Магнитского: речь о серии таинственных смертей. До Магнитского при разных обстоятельствах погибли еще три человека, которые отвечали в фонде за возврат налогов, в том числе тех самых 5,4 млрд рублей, о которых потом будет говорить Магнитский.

Михаил Александров, сотрудник центрального аппарата Генпрокуратуры: У указанных лиц имелись прижизненные признаки хронического отравления токсичным водорастворимым неорганическим соединением алюминия. 

Но эта версия вызывает как минимум три вопроса.

Во-первых, как следователи установили отравление алюминием? Или эти данные уже почти десять лет были во всех судмедэкспертизах и делах погибших — и никто на них не обращал внимание? Причем это каким-то образом удалось сделать без эксгумации тела.

Следующий вопрос — а какими же доказательствами располагает следствие? И тут все строится на показаниях журналиста Олега Лурье. Он сам отсидел срок за вымогательство, а теперь он занимается разоблачениями оппозиции — в том числе в передачах Владимира Соловьева. 

Теперь в своих показаниях Лурье утверждает, что в 2009 году несколько раз сталкивался с Магнитским в СИЗО. На одной такой случайной встрече, утверждает Лурье, Магнитский сам подошел к нему и пожаловался, что на него давят адвокаты, нанятые Браудером. Они требуют подписать некий документ.

Журналист Олег Лурье: Он сказал, что его некие работодатели из Великобритании обещают ему, если он подпишет некие документы, не имеющие отношение к его уголовному делу, обещают его вывести там (вырезать непонятное слово) на подписку о невыезде и переправить в Великобританию. Куда кстати и переправились все его коллеги. Он не успел.

Лурье утверждает: речь шла о громком расследовании Магнитского по хищению 5,4 млрд рублей. К тому же, Лурье говорит, что его молчание якобы пытались купить люди Браудера за 100 тысяч фунтов стерлингов.

И третий, главный вопрос: почему именно сейчас появилась эта версия с серийными отравлениями? И не является ли это попыткой российских правоохранителей уравновесить таким образом скандальную историю с провальным отравлением в Солсбери? Но никаких реальных последствий, по крайней мере для Браудера, эта история иметь не будет. В России его и так уже давно ждет обвинительный приговор с наказанием в девять лет колонии. Поэтому его новое дело можно считать исключительно политическим, а не уголовным.

Фото: ITAR-TASS

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю