Все самые ужасные «оскорбления верующих» в одной программе: «Протоколы сионских мудрецов», сатанинские стихи и фильм «Матильда»

Как православный, иудей и мусульманин учились не обижаться?
28 февраля, 01:12 Константин Эггерт
12 625 0
Купите подписку, чтобы посмотреть полную версию.
Вы уже подписчик?  Войдите
Вы уже подписчик ? Войдите

Постоянные герои программы — руководитель Департамента общественных связей Федерации еврейских общин России Борух Горин, имам Мемориальной мечети Москвы Шамиль Аляутдинов и протоиерей​, член Общественной палаты​ Всеволод Чаплин. Ведущий — Константин Эггерт.

Тема третьего выпуска: взаимодействие религии и искусства. Необходимо ли вмешательство закона? Законно ли это вмешательство? Где проходит граница оскорбления чувств верующих? Кто имеет право устанавливать нормы в культуре? И как же все-таки реагировать, если чьи-либо чувства были оскорблены? 

Эггерт:Приветствую зрителей телеканал «Дождь», в студии Константин Эггерт и постоянные участники программы «Трудно быть с Богом» протоиереем Всеволодом Чаплином, членом Общественной палаты и основателем сообщества «Русская миссия» Борухом Гориным из Федерации еврейских общин России, где он заведует департаментом внешних связей, имам Московской Мемориальной мечети Шамиль Аляутдинов, с ними мы будем говорить о свободе слова.

Эта тема очень интересная для журналистов всегда, но говорить мы будем с представителями трех монотеистических авраамических религий и вот почему: скандал, который возник в последние недели вокруг фильма Алексея Учителя «Матильда», который никто не видел, но многие уже успели осудить, заставил вновь заговорить об отношениях верующих и искусства, религии и свободы творчества. Тема эта, по сути дела, вечная, наверное, решение мы в ближайшие полчаса не найдем, но попробуем наметить какие-то пути.

Отец Всеволод, вам отвечать за русскую церковь и за православные движения, которые заявляют, что будут поджигать кинотеатры, в котором буду показывать фильм…

Чаплин: А за режиссера кто будет отвечать?

Эггерт:Готов я как внук режиссера ответить за режиссера. Значит, скажите мне, пожалуйста, вот если серьезно, этот скандал не первый в отношении, если хотите, церковь не высказалась, но тем не менее герой фильма – это мученик страстотерпец император Николай II, лично вас как священнослужителя тот факт, что будет снят фильм о романе императора, он вас коробит как не просто верующего человека, а священника?

Чаплин: Я не знаю, что в фильме, я хотел бы знать, что в фильме до того, как он выйдет в прокат. Я совершенно убежден, что госпожа Поклонская, которая в первый раз высказалась, может быть, несколько спорно с юридической точки зрения, потребовав проверить не совсем понятно что, второй раз поступила очень и очень даже правильно. Она предложила проверить сценарий – такие вещи нужно обсуждать с обществом. Во-первых, мне кажется, что общество и власть, а человек все-таки общество, начинает понимать, что не может быть у искусства абсолютной свободы, она всегда ограничена законом, моралью, соображениями общественного порядка, общественной безопасностью.  Когда нам говорят, что в сфере искусства можно абсолютно все, это уже, извините, получается какая-то игра в одни ворота. Почему политик не может сказать, якобы, то, что хочет сказать или художник, или режиссер, или актер? На самом деле, я убежден, что должна вернуться некая строгость нравов, если хотите. По крайней мере, в том виде, в котором эта строгость существовала в 60-70е годы 20 века. Сейчас все скажут: «Какой ужас, как же этого можно требовать?», - а на самом деле, посмотрите основные западные телеканалы, там нет той распущенности, которая есть у нас. Если в этом фильме есть постельные сцены, откровенные постельные сцены, изображающие почитаемого святого, если в этом фильме есть клевета, то есть изображение того, чего не было, если в этом фильме есть русофобские мотивы, а мы знаем, что иногда показывают Россию как какую-то ужасную и грязную страну, то я не считаю, что этот фильм должен идти в массовом прокате.

Эггерт: Вот вы не считаете, а кто-то другой считает

Чаплин: Давайте это все обсудим, проблема вот в чем, мы обсуждаем…

Эггерт: Подождите, вы упомянули 60-70, все 70е годы была цензура, был Главлит, был худсовет…

Чаплин: Было еще определенное представление о том, что можно, а что нельзя. Люди бы стали возмущаться без всякой цензуры и Главлита, если бы видели по телевизору постельную сцену с Лениным, например. Я не поклонник Ленина, если вы понимаете, но…

Эггерт: Я думаю был бы большой восторг, ломились бы в кинотеатр

Чаплин: Да нет, просто считаю, что в нашем обществе не принимают полного снятия нравственных пределов в искусстве. Конечно, милость в том, что мы не обсуждаем неизвестный продукт, ну а что мешает господину Учителю сказать прямо нам, что в фильме есть, а чего в нем нет. Я понимаю, что это неполезно для коммерческого успеха, должна быть тайна, должна быть интрига, и, вполне возможно, что поддержат эту интригу, но пусть он все-таки скажет, что есть в фильме, а чего в нем нет.

Эггерт: Депутат Поклонская, экс-прокурор, говорила, что к ней даже почему-то какие-то мусульмане обращались по поводу этого фильма, вы что-то об этом слышали?

Аляутдинов: Нет, я не слышал, не знаю.

Комментарии (0)
Полный текст доступен только нашим подписчикам. Подпишитесь:

Комментирование доступно только подписчикам.
Оформить подписку
Другие выпуски
Читайте и смотрите новости Дождя там, где вам удобно
Нажав кнопку «Получать рассылку», я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера