Вот вы сидите, а землю вокруг вашего многоквартирного дома уже поделили. В Москве в разгаре процесс межевания земли

Чай со слоном
13 ноября 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Муниципальный депутат, корреспондент интернет-портала Slon.ru Вера Кичанова рассказала Марии Макеевой как у москвичей отнимают землю под парковки. 

Макеева: В Москве, как я узнала от Веры Кичановой, и потом это подтвердили многочисленные источники, в том числе председатель ТСЖ, страшно обеспокоен этим процессом, запущен процесс межевания земель вокруг многоквартирных домов таких, в которых живет абсолютное большинство жителей этого и прочих российских городов. Зачем хотят опять все размежевывать и замежевывать, если в принципе границы хорошо известны, и это можно и жильцу узнать, что ему конкретно вокруг дома принадлежит?

Кичанова: Что такое межевание? Межевание – это определение границ земель и постановка их на кадастровый учет. Как говорят чиновники, как говорят представители мэрии Москвы, что они хотят помочь нам определить границы наших участков, поскольку они неизвестны. Помочь нам нарисовать эти границы, забывая о том, что они на самом деле известны, а жители об этом не знают. Получается, что нам под видом межевания предлагается перемежевание, которое, в общем-то, незаконно.

Макеева: То есть они не вполне забывают, что границы известны? Потому что чиновники как раз должны хорошо знать теоритически о том, что границы известны. Это в Градостроительном кодексе можно найти? Вообще, где это можно найти, вот эту информацию, что мне конкретно принадлежит вокруг моего дома?

Кичанова: Да, в Градостроительном кодексе сказано о том, что они известны. Для того, чтобы узнать, что конкретно жильцу, собственнику квартиры, какой именно участок принадлежит ему, ему нужно добыть паспорт БТИ – Бюро технической инвентаризации – на свой дом. Как его добыть? У многих этот паспорт есть, кто живет в доме, поэтому самый простой способ – это походить по соседям, поспрашивать, не завалялся ли у кого-то паспорт БТИ. Если окажется, что его нет, то тогда нужно писать заявление в территориальное БТИ. Лучше это делать коллективно, лучше всем жильцам скооперироваться, сходить, написать. Исходя из того, что чиновникам выгодно, чтобы мы не знали, какая земля нам принадлежит, они, скорее всего, будут отнекиваться, не захотят. Многочисленные активисты районные, как я видела в блогах, советуют это все делать, как это принято, с камерами, выкладывая на Youtube. Таким образом, мы получаем паспорт и удивляемся, какая на самом деле огромная территория принадлежит всем нам.

Макеева: А что с этой территорией могут жители дома сделать? Сдать в аренду, порешив на общем собрании, еще что-нибудь сделать, не пускать туда никого или пустить всем? Какие права сейчас у жильцов дома на эту территорию?

Кичанова: Межевание началось в прошлом году. Они собираются, как говорил в интервью один из чиновников мэрии, закончить всю Старую Москву, размежевать в 2013 году и приступить к Новой Москве. Начали они с центра – ввели платные парковки.

Макеева: А это тоже часть межевания?

Кичанова: Если мы докажем, что территория вокруг дома принадлежит нам, соответственно, никто не может запретить нам там ставить свои автомобили. Были многочисленные истории, когда сносили гаражи. Опять же очень сомнительная законность этой процедуры, потому что если территория вокруг дома принадлежит жителям, значит, они могут там самостоятельно устанавливать гаражи, они могут поставить там шлагбаум, чтобы в их дворе не парковались жители других домов.

Макеева: Но городской закон, наверное, все равно это как-то регулирует. Условно говоря, если ты покупаешь во Франции замок, ты обязуешь не настраивать его новыми башенками из красного кирпича, а держать его в прежнем состоянии и поддерживать в достойном виде. Тут, наверное, тоже так. Ты не можешь построить все, что угодно.

Кичанова: Разумеется.

Макеева: Уже вроде бы как городские законы направлены на то, чтобы волки были сыты и овцы целы. Этот процесс межевания начался с центра и добрался до окраин.

Кичанова: Да, но мало кто об этом знает. У нас о межевании, в основном, узнали из моих листовок. Я со своими друзьями, активистами «Либертарианской партии» раздали примерно 5 тысяч листовок в районе. Очень грустно, но выхлоп это дало совсем маленький, на слушание пришло всего 290 человек.

Макеева: Так, а есть еще и слушания. То есть межевание – это межевание, но предлагается каким-то образом обсудить местным жителям. А как это происходит? Кто на эти слушания приходит? Я имею в виду сейчас не жильцов, а официальных лиц.

Кичанова: Слушания – это абсолютно постановочный процесс. Сами организаторы, в моем случае это был представитель управы, представитель проектировщиков из архитектурно-проектировочного правления, юрист, они сами толком не могли объяснить, для чего нужно это межевание, на основании чего они собираются делить участки так, а не иначе. Мы вставали и со ссылками на все законы, на Градостроительный кодекс, на Жилищный кодекс, пытались им доказать, что, во-первых, в принципе это межевание – довольно сомнительная процедура. Во-вторых, мы пытались выяснить, какие они документы использовали для того, чтобы расчертить границы. Они сказали, что они этого не знают.

Макеева: Очень забавно. При этом люди, насколько я поняла по примеру, во всяком случае, Южного Тушино, не до конца, может быть, поняли происходящее, не до конца поняли значимость слушания, решили, что все уже без нас решили.

Кичанова: И люди не до конца поняли, и представители управы не до конца поняли. В общем-то, никто до конца не понял. Мы можем предполагать, для чего эта земля может пригодиться. Скажем, у нас строят Северо-Западную хорду знаменитую. Для того, чтобы построить дорогу, нужно сначала провести процесс отчуждения от земли, чтобы ее строить так близко к жилым домам. Это один из вариантов.

Макеева: А давайте посмотрим сейчас планы этого межевания и вместе обсудим. Вера, дайте пояснения какие-то. Улица Фабрициуса. Чем эта схема пугающая или отражающая нынешнюю ситуацию? Что мы здесь видим?

Кичанова: Она пока ничем не пугающая, она удивляющая только тем, что нам не разъяснили, на основании каких законов, документов и норм поделили землю так, а не иначе.

Макеева: А розовым отмечено, это что такое?

Кичанова: Розовым отмечены территории вокруг школ, желтым отмечены территории вокруг жилых домов.

Макеева: А оранжевого или кирпичного цвета – это что?

Кичанова: Городская собственность, городская территория.

Макеева: Вокруг жилых домов достаточная территория, но она, действительно, неравномерная. Во всяком случае, не исходя из размера дома явно.

Кичанова: Да, в каждом случае это должно высчитываться. Если в доме квартир 200, то там должно быть в два раза больше территории на каждого жильца, чем, если в доме 100 квартир. Вот это был один из моментов, на который обращали внимание жители.

Макеева: Есть ли какая-то возможность у жителей повлиять на то, чтобы это межевалось таким образом, а не другим? Например, прийти на слушание с требованием, с петицией – мы требуем, чтобы нам принадлежала земля от такого-то ручья до улицы Фабрициус?

Кичанова: Нужно прийти на слушания с этими документами БТИ, чтобы у каждого жителя был документ, где говорится, какая территория вокруг его дома ему принадлежит. У нас считается, что не очень развит институт частной собственности, не очень люди борются за то, что им принадлежит. Но был такой приятный сюрприз для меня на слушаниях, когда глава управы сказала: «Что вы волнуетесь? Даже если мы заберем у вас эту землю, все равно вы сможете взять ее у нас в аренду». Тогда встала пожилая жительница и сказала: «Давайте лучше вы будете брать у нас эту землю в аренду и платить нам». Вот так должна работать логика у жителей.

Макеева: А вы пытались задать, например, главе управе или кто-то, может, из жителей вопрос: а зачем, если документы есть, зачем вы это делаете, вам что, сложно старые документы поднять и выяснить, как уже размежевана земля вокруг? Они же должны хотя бы формально какое-то объяснение придумать.

Кичанова: Все говорят, что границы не определены.

Макеева: То есть они лгут.

Кичанова: Получается, что да.

Макеева: То есть в доме должна быть некая инициативная группа, которая этим занимается? То есть это необязательно должно быть ТСЖ, муниципальные депутаты?

Кичанова: Необязательно, но группа должна быть.

Макеева: Я, как жилец дома, могу прийти и какое-то требование предъявить или мне обязательно нужно более-менее бюрократическую структуру вокруг себя сколачивать?

Кичанова: Нет-нет, любой может, но лучше, чтобы это была группа.

Макеева: Когда у вас проходили слушания в Южном Тушино?

Кичанова: На прошлой неделе.

Макеева: И что будет дальше? Как будут дальше развиваться события?

Кичанова: Дальше, как мы поняли, как нам прямо сказали, что эти слушания не имеют какой-то особой юридической силы. Мы – все, кто был недоволен чем-то – внесли свои замечания в журнал учета замечаний на слушаниях. Я, в том числе записала, что не были предоставлены документы, на основании которых проводится межевание. Дальше они пообещали опубликовать ответы на все эти замечания в муниципальной газете. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.