Что говорить, когда весь интернет читает твою почту?

Чай со слоном
9 февраля 2012
Поддержать программу
Поделиться
Ведущие:
Мария Макеева

Комментарии

Скрыть
Одноименную статью, опубликованную на деловом портале Slon.ru, обсудили с автором, обозревателем портала Елизаветой Сурначевой.

Макеева: Приветствую в студии Елизавету Сурначеву, обозревателя делового портала Slon.ru. Лиза, доброе утро.

Сурначева: Здравствуйте.

Макеева: Лизавета - автор публикации под заголовком «Что говорить, когда весь Интернет читает свою почту?». Я так понимаю, что вы нашли как раз людей, которые способны посоветовать, что говорить и как вообще реагировать? Речь идет о многочисленных скандалах с обнародованными прослушками, видеонаблюдениями. Фактически стартовало это все два года назад, когда оппозиционеры и журналисты стали героями вот таких тайных видеосъемок, а сейчас это уже такая часть российской политической жизни активной.

Сурначева: Да, это уже стало очень популярным процессом. И причиной для меня, чтобы я поспрашивала людей, как себя вести, послужила какая-то более даже личностная реакция. Вот у меня даже к вам вопрос. Вот что, когда вы читаете все эти публикации, думаете ли вы о том, что лежит в вашей почте такого, что вы можете смотреть. И чувствуешь себя даже неловко, потому что мы тоже все-таки в какой-то мере люди публичные, может быть, никому не интересные, куда нам до Василия Якеменко или до каких-нибудь звезд, но…

Макеева: В общем, не Кристина Потупчик.

Сурначева: Да, но, тем не менее, как-то неприятно. И в этом случае, да, действительно, больше всего интересно, поскольку все сами публикацию перемыли, обсудили, уже прочитали. И действительно, интересен вопрос: а что делать? Вот ты фактически стоишь голый перед публикой, как себя надо вести? И я решила опросить нескольких людей - это политтехнолог, политконсультант, пиарщик, бывший разведчик и адвокат. Все что-то по-разному сказали. Очень забавный был комментарий одного старого дипломата, такого очень интеллигентного дяденьки, не хочу называть его имени, который, внимательно выслушав мою просьбу, сказал: «Спасибо за добрые слова в мой адрес. Спасибо, что обратились. Вы знаете, я не буду помогать Василию Якеменко, потому что он вор и мерзавец».

Макеева: Однако.

Сурначева: «Не буду давать никаких советов, не хочу светиться рядом с ним».

Макеева: Тут можно как раз напомнить нашей аудитории последний громкий случай. Самый последний - это взломанная почта пресс-секретаря организации известной…

Сурначева: Последняя - это все-таки взлом почты Асада, но это немножечко не российская история.

Макеева: Хорошо. Но мы говорим сейчас именно о том, как в российском случае реагировать. И реакции разные, и последствия разные. Если, например, доводить дело до суда, то тоже будут разные последствия. Поэтому это все-таки немножко разные истории. Но до этого, что еще было? И скриншоты почты Навального, ассоциация «Голос», о чем вы пишите…

Сурначева: Да, ассоциация «Голос» была, когда просто изымали ноутбук, потом тоже какие-то скриншоты почты выкладывал тот же портал Life News. Ничего криминального не было, но тоже неприятно. Были прослушки Немцова…

Макеева: Телефонные переговоры Немцова - это была громкая весьма история. В нашем эфире как раз примирение было после этого Немцова и Чириковой. В общем, так это достаточно все эмоционально происходило накануне очередных митингов.

Сурначева: Но тут тоже такая история: очень смешно было, на самом деле, то, что потом в интернете появилась прослушка, запись планерки Габрелянова, тоже известного достаточно, в которой было много слов. Кто-то говорил, что это сам Габрелянов как вирусняк и слил. Вполне возможно, но непонятно зачем, потому что Габрелянов - персона интересная достаточно узкому кругу лиц, раскрутке портала Life News это вряд ли поспособствует.

Нельзя, конечно, все эти публикации, все переговоры, все переписки сводить в одно, потому что это очень разные случаи. Одно дело, Немцов, который матерится и обзывает Чирикову дурой (я не помню, что он там про нее говорил) - это личностно-эмоциональная реакция. Мне на самом деле не интересно, условно говоря, слушать, как матерится Немцов: я и так знаю, что он матерится. Другое дело, когда последней уже появлялось тоже уже совсем откровенное видео с человеком, похожим на Рыжкова. Скажем так, мне тоже это не интересно: у каждого человека есть личная жить и так далее. А в случае, например, со взломом Василия Якеменко и Кристины Потупчик. Просто речь идет о том, что это государственные служащие, это люди, которые работают на госдолжностях и поэтому и внимание к ним особенно пристальное: имеет ли право человек, находящийся в такой же должности, заниматься тем-то, тем-то, организацией таких-то таких акций. Все, конечно, обратили внимание на историю с «Коммерсантом». Сегодня Демьян Кудрявцев сказал, что ИД подает на них в суд и прилагает это как свидетельство. Но там был…

Макеева: Поскольку они нашли в этой почте некие свидетельства того, кто организовывал DDoS-атаки на портал ИД.

Сурначева: Интереснее там совершенно другое. То есть, если покопаться внимательно уже даже в том, что опубликовано, там идет переписка должностных лиц с должностными лицами, с практически прямым предложением взятки, с предложением поспособствовать определенному тендеру, что вот, там сейчас будет проходить такой-то тендер, я хочу, чтобы моя фирма это выиграла, пожалуйста, помогите. Вообще говоря, это коррупциогенный фактор. И в любой другой стране на это бы уже, в общем, реагировал…

Макеева: А суд разве может принимать вот такие свидетельства как доказательства? Они же получены незаконным путем, это же не суд санкционировал предать огласке и просмотреть почту гражданки Потупчик.

Сурначева: Это вопрос к юристам, не ко мне. Конечно, это доказательство, полученное незаконным путем. С другой стороны, доказательства кем полученные? То есть, ИД «Коммерсантъ» не взламывал же, условно, почту.

Макеева: То есть, они как бы третья сторона? Ну, может быть…

Сурначева: Вообще говоря, мы не знаем, правда ли то, что опубликовано или нет. То есть, конечно, до сих пор никто не вышел, не сказал, что все это неправда, все это фальшь и подделка - это уверяет нас в убеждении, что все это правда. С другой стороны, может быть, лучше молчать, чем оправдываться.

Макеева: Вот, кстати говоря, я вижу, что первый же ваш собеседник - политконсультант Дмитрий Гусев - как раз рекомендует молчать, что это одна из возможных, во-первых, приходящих на ум реакция, что просто не реагировать никак. Многие выбирают такую позицию: от государственных чиновников, до частных, скажем так, лиц.

Сурначева: Ну вот, государственный чиновник. Сейчас последний скандал с Якеменко и Потупчик, да, они молчат и, может быть, это действительно правильно, потому что каждое следующее сказанное ими слово родит еще больший поток информации, еще большую реакцию, еще большую раскрутку того, что все это появилось. Но при этом это не единственная, наверное, реакция…

Макеева: С другой стороны их молчание именно в данном случае, поскольку общество не знает до конца, та ли это почта, правда ли это, то, что они молчат и не отрицают (в данном случае она) - это как бы косвенно подтверждает что да, значит, так сказать. Чего бы проще было выйти к общественности и сказать: «Это вообще не моя почта. Все сфальсифицировано», да? И все.

Сурначева: Ну да. Если бы я была сторонником теории заговоров, я бы конечно предположила, что они сами же эту почту всю и выложили с учетом того, что Василий Якеменко все равно уходит, а значит, надо закладывать такую ритуальную жертву, раз это был такой аллерген для общества. В последний раз уже всех подразнить, покидать все это в интернет, чтобы мы все радостно попрыгали, радостно читая, после его спокойно убрать, назначить какого-то нового чиновника. Плюс действительно какой-то фактор сочувствия уже начинает у меня, например, играть: ну, что вы все травите несчастных этих блогеров, которые были там упомянуты, которые узнали, что их…

Макеева: Это другой вопрос.

Сурначева: Что вы травите госслужащих.

Макеева: Вопрос того, чья переписка и вопрос того, кто стал героем этой переписки. И потом, тоже, блогерская история, она скажем так, отдельная. Давайте сейчас, если можно, подробнее о том, поскольку не так много времени осталось, что советовали еще вот ваши собеседники, как должен реагировать человек в такой ситуации? Меня особенно интересует, что сказал Кобаладзе. Я так понимаю, что Кобаладзе был вашим собеседником?

Сурначева: Кобаладзе был мои собеседником, но он довольно просто сказал. Прежде всего, что просто не надо делать ничего такого, что может иметь такие последствия. То есть….

Макеева: Это хороший совет.

Сурначева: Это, конечно, очень банально, но на самом деле, я думаю, это можно понимать и так, что ребята, если вы занимаетесь какими-то вещами, которые на грани закона, соблюдайте какие-то элементарные правила безопасности, не ведите какие-то переговоры по телефону важные. То есть, в случае как раз, я думаю, условно, Немцов и Навальный, соблюдаются правила безопасности, поэтому из всей их прослушки могли выбрать только мат. Если они получали деньги от Госдепа, то уж нигде - ни в телефоне, ни в почте - этого не найдешь, потому что умные люди знают, что есть вещи, которые не надо делать по почте, по телефону и даже по Skype, как бы мы не доверяли Skype.

Макеева: Но хорошо, когда это уже случилось, это хороший совет: а не надо было плохо себя вести, надо было вести себя хорошо. Смешно. Если это уже произошло. Какой из неожиданных может быть советов, вы отметите, кроме того, что соблюдать спартанское спокойствие и молчать, не давать никаких комментариев?

Сурначева: Как честный офицер надо застрелиться.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.