От Ноева ковчега до зомби-апокалипсиса: как люди представляют конец света

12 апреля, 15:42 Дмитрий Макаров
2 729
Поддержать ДО ДЬ

С тех пор, как люди научились письменности, существовали истории о конце света — в религиозных текстах и мифах упоминается всемирный потоп, который человечество все же сумело пережить, несмотря на его разрушительную мощь, и с утверждением христианства на западе верующие жили в ожидании Страшного суда, привязывая его к разным датам. С наступлением второго тысячелетия идея не покинула умы творческих людей — уже существует отдельный жанр фильмов-катастроф, зомби-апокалипсисов и дистопических картин будущего. Дмитрий Макаров — о том, как люди всегда представляли себе конец света, почему он обычно представляет из себя конец именно человечества, а не самого мира, и как древние мотивы можно найти в современном искусстве.

Всем привет. С вами программа «Страшные сказки» и я, Александра Яковлева, ее редактор, обычно прячусь за кадром, но сегодня из самоизоляции можно все, выйти в свет. Итак, с нами сегодня необычный формат, необычный выпуск, Дима Макаров в режиме Live из своей самоизоляции будет рассказывать нам о конце света, как эта тема отразилась в искусстве и культуре. Дима, привет.

Привет, Саша, и привет всем зрителям любимого телеканала Дождь. Я так рад вас видеть, что даже эта скорбная тема не может стереть улыбку с моего лица. Я действительно нахожусь сейчас в самоизоляции в одном из самых прекрасных мест на Земле, так получилось, что я в Поленове. Здесь у меня и проект, и в том числе, я хочу начать нашу сегодняшнюю тему с одного личного наблюдения. Дело в том, что мы, естественно, находимся в изоляции, и нет возможности у нас куда-то уехать, общаться со старыми и новыми знакомыми, поэтому мы все здесь очень много просвещаемся. Мы смотрим лекции, какие-то передачи, и вот я наконец досмотрел всего Лотмана, всю Агранович, за завтраками и своей зарядкой. Поэтому в каком-то смысле мы наслаждаемся сейчас культурой, и я думаю, таким образом отдаляем конец света, о котором все мы сейчас в той или иной степени сейчас в нашем маленьком мире, в Поленове, разговариваем. Потому что постоянно звучит вот это, а что будет, а чем это все закончится, а закончится ли это вообще когда-нибудь. На самом деле культура дает нам все необходимые ответы на эти вопросы. Я постараюсь в своем кратком выступлении онлайн на эти вопросы сегодня ответить.

Мысль моя вот какова. Жизнь человека вообще конечна, и сам человек эгоистичен, поэтому совершенно нет ничего удивительного в том, что как только появилась культура на заре человеческой цивилизации, то появились сразу и попытки осмыслить сущее. И вот деятели этой самой нашей культуры, которая насчитывает в общем несколько тысяч лет, плюс-минус, они сразу же принялись фантазировать, чем дело кончится. То есть, иными словами, конец света, как идея, совпадает с началом света. Причем было сразу два варианта апокалипсиса. Какие? Погибнет либо род людской, либо схлопнется, исчезнет, перестанет существовать вообще все сущее. Причем, по всей видимости, теория, идея апокалипсиса, она не связана с религиозными концепциями, а связана, скорее, с общим мироощущением человечества: мы здесь временно, мы гости, как гости, ведем себя часто в этом доме абсолютно неадекватно, абы как, и сам мир вокруг нас хрупкий, как хрустальная или фарфоровая ваза, разбить ее очень-очень просто. И не менее, а может быть, даже более важной составляющей мифа о конце света является идея о том, что конец света является всего лишь началом перерождения или дальнейшего возрождения человеческого рода, и даже если все вообще на свете закончится, то что-то непременно начнется заново. А если речь о человечестве, но конечно, в той или иной форме род людской продолжит свое существование, начнется новый цикл, и как в старой советской песне, снова все повторится. Но давайте по порядку.

Одна из древнейших версий апокалипсиса это, конечно, всемирный потоп, его сейчас реже вспоминают, чем все, что связано с чумой в европейской истории, а это зря. Прежде всего мы знаем из Библии, что господь разгневался на человеческую безнравственность и уничтожил весь род людской, кроме семьи благочестивого пятисотлетнего Ноя, ему было на тот момент пятьсот лет. Сам бог подсказал Ною, как построить ковчег, по какому принципу отобрать на него животных, как мы помним, каждой твари по паре. И когда люди и животные взошли на ковчег, разверзлись хляби небесные. Дождь шел сорок дней и ночей, он покрыл всю землю, так что даже горы скрылись, и потом потоп стоял 150 дней, начал постепенно потом сходить, и еще через какое-то время ковчег Ноя пристал к горе Арарат. Боже мой, сколько же было в свое время экспедиций, попыток креационистов найти следы ковчега, вплоть до аэросъемок в наши дня. Высказывались самые разнообразные теории в попытке научно обосновать то, что когда-то был действительно всемирный потоп, и действительно существовал ковчег. Кстати, немаловажным является то, что именно от потопа происходит выражение «допотопный», что угодно, допотопные времена, допотопная техника, то есть нечто, что существовало до предыдущего цикла, до нашего с вами цикла цивилизации, даже если этот цикл совсем небольшой.

Регионом зарождения мифа о потопе, конечно, традиционно считается Месопотамия, Междуречье. Это абсолютно естественно, две великие реки, Тигр и Евфрат, постоянно разливались, плоская очень поверхность земли там, и поэтому любое серьезное половодье грозило в общем самыми серьезными и страшными последствиями, и поэтому именно в месопотамской культуре был целый ряд версий мифа о всемирном потопе. Например, в одной из версий, аккадской, бог ветра, воздуха, землю и бурь по имени Энлиль пытается уничтожить просто надоевшее ему человечество самыми разными способами, он сперва посылает чуму, потом засуху и только потом уже потоп. Конечно, самая известная версия мифа о потопе содержится в эпосе о Гильгамеше, это вавилонская версия, она была обнаружена в древней клинописной библиотеке царя Ашшурбанипала, она была записана на 394 клинописных табличках. Вот цитата оттуда: «Ходит ветер шесть дней и ночей, потоп и буря покрывают землю. При наступлении дня седьмого потоп и буря войну прекратили, те что сражались подобно войску, утих ураган, успокоилось море, потоп прекратился. Я взглянул на море — тишь настала. И все человечество стало глиной. Да, прах к праху возвратился».

Пожалуй, самое важное, что отличает библейскую версию от версий месопотамских мифологий это то, что боги в Вавилоне, в аккадской традиции, они уничтожают род людской просто из прихоти, ну просто надоели, в то время как ветхозаветный бог, у него есть нравственный императив, он недоволен нравственным поведением человечества. Кстати, историю потопа, как это не удивительно, мы находим в древнегреческой мифологии, это так называемый миф о Девкалионе и Пирре, Девкалион это был сын Прометея. Вообще несколько есть версий мифа о потопе в Древней Греции, но этот самый известный, о том что Зевс когда-то пришел на Землю, его там накормили человечиной (не спрашивайте), он разгневался и решил, что род людской эпохи медного века, тогда шел медный век, не достоин того, чтобы жить. Но замечу, Зевс не собирался спасать людей, это Прометей подсказал своему сыну Девкалиону, что нужно построить специальный ящик, в котором можно пережить потоп. Но потом уже родилась идея о возрождении рода людского, надо было кидать камни за плечо, и те камни, которые кидал Девкалион, становились мальчиками, а те, которые кидала Пирра, становились девочками.

К потопу, как к самой ужасной человеческой катастрофе, которую пережила наша история, возвращались на протяжении многих столетий, следы потопа можно найти очень много где. Конечно, есть выдающиеся образцы искусства, которые, к сожалению, в силу нашего сегодняшнего формата я не могу вам показать. Но если вы были, например, в Венеции, если когда-нибудь мы с вами снова окажемся в Венеции, пойдем обязательно в Собор Святого Марка, где при входе, в галерее первой, есть замечательные мозаики XII века, среди которых изумительное по красоте изображение всемирного потопа.

И кстати, не всегда всерьез говорили о потопе. Стоит вспомнить, конечно, выражение французского короля Людовика, его любовницы маркизы де Помпадур «После нас хоть потоп», Apres nous le deluge, то есть речь идет о том, что в сущности давайте уже грешить так грешить, а потом мир погибнет старым проверенным способом. Ну или из совсем уже родного и близкого вспомним

Чтобы вам стало ясно,

зря нам не спорить чтоб,

вспомните про ужасный

про мировой потоп.

Страшный ужасный ливень

все затопил тогда,

губит людей не пиво,

губит людей вода.

Кстати, цензура исключила это четверостишие, этот куплет из песенки, которую пел Вячеслав Невинный в фильме «Не может быть». Как видите, потоп дошел и до советского кинематографа.

Конечно, с удовольствием изображали потоп кинематографисты в XX веке, ибо, понимаете, тут не какая-то там жалкая бомба или катастрофа, можно уничтожить абсолютно все, смыть все. Наверное, последним по времени фильмом, который можно вспомнить, и я думаю, у многих из вас он еще в памяти, является фильм Роланда Эммериха «2012». Здесь, конечно, абсолютно в духе Голливуда, полная эклектика, была взята за основу идея о том, что древние майя рассчитали календарь до декабря 2012 года. И в свое время один американский археолог в шутку сказал: «Ну, раз рассчитали, ну все, значит, в декабре 2012 года все и закончится», и создатели фильма, оттолкнувшись от этой идеи, решили что да, действительно, мир погибнет в декабре 2012 года и не от какой-то там техногенной катастрофы, а именно от воды. Так что Эммерих порезвился, так сказать, с удовольствием, разрушив прежде всего то, что разрушать как-то особенно жалко, это дары человеческой культуры, помните, как он, с каким удовольствием там он рушит, например, купол Микеланджело из Собора Святого Петра.

Ну а далеко на севере от Месопотамии родился знаменитый скандинавский миф «Рагнарёк», что значит «Сумерки богов». В нем мир погибает в результате страшной битвы между богами и хтоническими монстрами, олицетворяющими силу природы. Это, пожалуй, сегодня самый актуальный миф, и в общем тут не боги посылают кару за безнравственность людей, а люди и боги, которые были порождены, собственно, фантазией человека, они гибнут, сражаясь с силами природы. Конечно, не случайно сегодня мы видим самых ярых пророков-экологов, которые идут к нам из Скандинавии, вот мы плохо ведем себя, вот мы создали в Тихом океане полтора миллиона квадратных километров площадью мусорное пятно, мы отлавливаем и уничтожаем животных, мы вырубаем лес размером с два Лондона каждые два месяца на Амазонке, мы уничтожили Аральское море и так далее. Так что «Рагнарёк», только «Рагнарёк». И кстати, даже тогда, после «Рагнарёка», опять же все начинается снова, сызнова, потому что человечеству не хочется верить, что какая бы то ни было гибель окончательна.

Кстати, хочу сказать, что сказочные сюжеты, которые я сегодня в меньшей степени затрагиваю, они тоже содержат в себе вот эту концепцию, что мир погибает и возрождается снова. Не буду отдельно сейчас на этом останавливаться, но советую посмотреть серию проекта «Страшные сказки» на телеканале Дождь, посвященную «Курочке Рябе» в которой в общем выражена та же самая идея, что мир погибает, как золотое яичко разбитое, после чего начинается череда ужасных катастроф, но в конечном итоге курочка сносит новое яично, только уже костяное, попроще, и начинается новый виток, новое развитие человечества.

Интересно, кстати говоря, как идея о том, что все начнется сначала, продумана в буддизме, там где животные, люди, камни, у всех есть душа, и они обязательно одинаково важны. В буддизме есть такое понятие, Большая Кальпа, цикл существования всего на свете, череда этих кальп бесчисленна. Вот что, например, говорил об этом Будда: «Представьте, монахи, огромную цельную скалу одну милю длиной, одну милю шириной и одну милю высотой, без единого скола и трещины. И в конце каждого столетия приходил бы человек и тёр бы ее шелковой тканью. И тогда эта огромная скала стерлась бы, исчезла бы быстрее, чем длится один цикл вселенной. И много таких циклов вселенной прошло — больше сотни, больше тысячи, больше сотен тысяч. И почему? Непостижима, монахи, эта сансара, нет возможности найти первый момент существования живых существ, ослепленных невежеством и скованных желанием, что спешат и торопятся в этом кругу перерождений». Видите, по буддизму бытие бесконечно, оно свертывается и развертывается.

И все это, конечно, очень напоминает теорию Большого взрыва, ту космологическую модель, которая в ХХ веке развилась и превратилась в самостоятельный миф. Вечное сужение, помните, что есть точка, она взрывается, вселенная расширяется, в какой-то момент это расширение прекращается, и все это снова схлопывается, превращается в точку и опять взрывается и так далее. И между прочим, не только буддизм, но и христианство в общем положительно относится к теории Большого взрыва. Например, в 1951 году Папа Пий XII официально признал, что теория большого взрыва не противоречит католическим представлениям. И это, кстати, и понятно, и там и там все предопределено, но, как говорится, есть нюанс.

И здесь, конечно, самое время кратко вспомнить о знаменитом Страшном суде. Вообще, всеобщее воскресение и Страшный суд это основа основ христианской мифологии. Конечно, сам по себе Суд, который изображен в огромном количестве произведений искусства, и практически нет церкви, в которой не было бы фрески с красноречивым изображением Страшного суда, нас сегодня мало интересует, потому что интересно именно что бы предшествовало Суду, а именно апокалипсис. Он, конечно, красноречиво описан и у Святого Матфея, но самым ярким описанием его является «Апокалипсис» или Откровение Иоанна Богослова. Оно нашло отражение, как я уже сказал, в огромном количестве произведений искусства, и так оно красноречиво было написано, что конец света буквально ждали, высчитывали дни и часы, когда он должен был произойти, хотя в Библии точно сказано: «О дне же том и часе никто не знает, ни Ангелы небесные, ни Сын, но только Отец».

Тем не менее, было много попыток выяснить, когда это произойдет, в 1000 году ждали конец света, потом в 1037, считая, что в 1033 году это тысяча лет конца земной жизни Христа, потом три года должен править Антихрист, потом год на итоговую битву, и вот после этого уже Конец света. На 1492 год был назначен очередной Конец света, это, помните, год, когда Колумб Америку открыл. Тем не менее, в 1491 году прекратили рассчитывать Пасху, и крестьяне не засеяли поля во многих местах, и в 1492 году случился настоящий голод. Ну и не счесть, конечно, сектантских представлений. Я думаю, многие помнят, как в 1993 году «Белое братство» нам предсказывало Конец света, таких было идей очень и очень много.

Век науки, ХХ век, конечно, подарил нам огромное количество разнообразных теорий и версий о том, как и каким образом погибнет человечество. В общем, постарались научные фантасты и киношники с их все более растущими технологическими возможностями. Однако еще Мэри Шелли в 1826 году написал роман «Последний человек», высмеянный современниками, в котором описывает, как человечество гибнет от неведомой болезни, чумы, и спасается только один-единственный человек. Только в 1960-тых годах, когда эта история снова стала актуальна, роман вновь стал очень популярен. Действительно, во второй половине века очень тревожно, не погибнет ли мир от огня, не погибнет ли он от чего бы то ни было еще, у нас и падают метеориты в кино, и роботы появляются, инопланетяне, или какая-то безумная болезнь. Однако можно заметить, что тема гибели мира вообще человечество занимает намного меньше, чем тема гибели мира людей. Вот в дореволюционном языке для этого было два отдельных слова, они были омофоны, мир, но в только в одном случае «и» с точкой стояла, а в другом стояла буква «и». И у Льва Толстого, посмотрите, как на самом деле называется его роман «Война и мир». Потому что без людей для людей мир как бы не имеет смысла вообще, люди не мыслят мир без себя, хоть и уверены, что хоть в каком-то виде хоть когда-нибудь все вернется, обязательно это произойдет снова, и мы, как поется в старой английской песне, которую недавно вспоминала английская королева, «мы встретимся вновь». Хотя, конечно, есть и пессимисты.

Поэтому в завершение своего рассказа я хотел бы вспомнить великого американского поэта Роберта Фроста и его стихотворение Fire and Ice, написанное в 1920 году. Нет достаточно хорошего перевода, это короткое стихотворение, в нем всего девять строчек.

Some say the world will end in fire,

Some say in ice.

From what I’ve tasted of desire

I hold with those who favor fire.

But if it had to perish twice,

I think I know enough of hate

To say that for destruction ice

Is also great

And would suffice.

То есть, иными словами, одни говорят, что мир погибнет в огне, другие — что он навсегда замерзнет, и я бы предпочел, конечно, зная мир страсти, огонь, но если подумать, мир, скорее всего, погибнет дважды, и тогда можно точно сказать, что для уничтожения Земли и человечества и льда вполне хватит.

Спасибо за внимание.

Не бойся быть свободным. Оформи донейт.

Купите подписку

Вы уже подписчик? Войти

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю