«Могло быть намного хуже». Каким был 2015 год.

И что ждать от 2016 года
Сорокина
29 декабря 2015
Поддержать программу
Поделиться
Вы смотрите демо-версию ролика, полная версия доступна только подписчикам
Скидка 16%
4 800 / год
5 760
Попробуй Дождь
480 / месяц
Уже подписчик? Войти Купить подписку

Комментарии

Скрыть

Почему у России кругом враги и где же ее друзья? Куда делась стабильность и что с нашим уровнем жизни? Что случилось со СМИ и чем нам всем утешиться? Светлана Сорокина подвела итоги года вместе с гостями в студии: политологом Дмитрием Орешкиным, главным редактором журнала «Контрапункт» Марией Липман, культурологом и социолог​ом Даниилом Дондуреем и директором Агентства социальной информации, членом Общественной палаты России Еленой Тополевой-Солдуновой

Сорокина: Сегодня 28 декабря, и мы с вами встречаемся в последний раз в уходящем году. Но я не стала оригинальничать, придумывать тему для этого сегодняшнего разговора и подумала, что за 3 дня до наступления Нового года просто логично оглянуться на год уходящий, подвести кое-какие итоги, обозначить тенденции.

Ну вот давайте оглянемся на уходящий год. Начнем, наверное, все-таки мы… вообще какое у вас ощущение от этого года? Вот у меня ощущение, что он был очень сложный, тяжелый, в чем-то знаковый. Попробуем сейчас определиться в этом отношении. Как вы этот год вспоминаете?

Липман: Ну чрезвычайно год тревожный, собственно, и предыдущий был очень тревожный. Можно говорить о том, что какие-то наихудшие опасения не оправдались, но по мере того, как год уже совсем подходит к концу, ожидания того, что будет дальше очень внушают тревогу. Хотя, конечно, были вещи, которые могли бы случиться и не случились, и, может быть, было бы ощущение еще хуже.

Сорокина: И этому уже можно радоваться, да?

Липман: Да.

Орешкин: Год отвратительный. Слава Богу, что закончился. Я бы сказал, что это год когнитивного диссонанса. Все, вроде мы поднимались-поднимались с колен, всех побеждали, всех нагибали, а в результате и доходы падают, и цены растут, и, в общем, главное в отличие от большинства уважаемых сограждан, только сегодня услышал, что 46% уверены, что будущий год будет лучше. А я сильно боюсь, что он еще и похуже будет.

Сорокина: Но это же обычное предновогоднее ощущение. Было бы странно, если бы все говорили: «Совсем все плохо».

Орешкин: Ну конечно. Не хочется людям портить настроение.

Тополева-Солдунова: Ну по моему ощущению, год какой-то был такой взъерошенный, какой-то такой лохматый, очень дерганный, я бы сказала, потому что, действительно, я согласна с Машей, что не случилось самого страшного, потому что я, например, много раз себя за этот год ловила на ощущении прям очень таком тревожном.

Сорокина: Лишь бы не было войны?

Тополева-Солдунова: Да. Поэтому, действительно, хорошо, что самого страшного не случилось, но много было, конечно, и печалей, и тревог, и несбывшихся каких-то ожиданий. Хотя, конечно, были и положительные моменты.

Сорокина: Обязательно это упомним.

Дондурей: Ну вот, если подводить итоги, мне кажется, достаточно сейчас оптимистическое чувство у меня, по крайней мере, связанное с тем, что могло быть много хуже. Вот это ощущение...

Сорокина: Какие мы странные оптимисты.

Дондурей: Да, это огромный ресурс у нас. Вот могло ведь, а не произошло. Тебе казалось так, а получилось все-таки лучше. Нужно искать какие-то ресурсы и думать о них, поэтому вполне оптимистическое чувство.

Полный текст доступен только нашим подписчикам
Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.