Евгений Евтушенко: Сталин — неполучившийся поэт

А еще о гей-парадах, вербовке в КГБ, советах американскому президенту и всеобщем сумасшествии
23 июля 2015 Ксения Собчак
77 785 55
Купите подписку, чтобы посмотреть полную версию.
Вы уже подписчик? Войдите

Купить за 1 ₽

подписка на 10 дней
Варианты подписки
Что дает подписка на Дождь?

В гостях у Ксении Собчак был поэт Евгений Евтушенко. Поговорили об отношениях советской власти с поэтами-шестидесятниками, о конфликте с Украиной и о современной поэзии. 

Собчак: У нас сегодня уникальная возможность – я нахожусь в музее Евгения Евтушенко. Спасибо большое, Евгений Александрович, за возможность с вами пообщаться. Сегодня мы находимся у вас в гостях. И вот первый вопрос, который я вам хотела задать: вы – последний из плеяды тех великих поэтов, которых уже сейчас нет с нами. Шестидесятники, Рождественский, Ахмадулина – никого уже не осталось, вы последний. Как вам живется с этим ощущением, тяжело ли это?

Евтушенко: Во-первых, да. Вы знаете что, как вам сказать. Выражение «из них никого не осталось» - оно не совсем точное, хотя вы не вкладывали в том никакого дурного смысла. Потому что смерть – это не есть. Наша профессия все-таки обладает вот этой мощью, что смерть… Мы не зависим от смерти. Всё зависит, наша жизнь продолжается, если продолжаются наши стихи. Они что-то действуют, кого-то спасают, как скорая помощь. Кому-то помогают разобраться очень, когда человек стоит на перекрестье какого-то решения, выбирает это решение – и вдруг приходят на память чьи-то строчки, и это помогает. Мне, например, помогает очень часто одно выражение – я даже не знаю, кто его высказал, кому оно принадлежит: «Милосердие лучше справедливости». Я очень люблю это выражение. Это правда. Или там другие какие-то. Еще мне помогает другое выражение, это, кстати, мне рассказал мой оппонент, интересный писатель, с которым я не во всем согласен, я люблю его лирику – это Дима Быков. И он мне как-то помог найти, кто… Распсевдонимить одно выражение, которое Камю употребил в сборнике своем. Это то, что я часто повторяю самому себе в тяжелые моменты: «Каждая стена – это дверь». Я всегда это повторяю и всем советую помнить это, когда кто-то попадает в тяжелое положение. Эмерсон, принадлежит Эмерсону, а не самому Камю, это мне подсказал Дима Быков, за что я ему благодарен. И поэтому, пока остаются, понимаете. Вот, скажем, Роберт Рождественский во многом остался таким, каким остается – всем лучшим, что в нем было благодаря своим предсмертным стихам. Он был хороший человек. Ну, как все мы, он был хороший человек, но не в  самом хорошем времени, но и не самом, может быть, и плохом. И последние его стихи, исповедальность, и написанная, потом опубликованная его дочерью Ксенией, слава Богу, что она сохранила их – они раскрыли совсем иную его сторону, показали его. Благодаря этому он возвысился перед самой смертью как человек – это меняет человека, облагораживает его. У человека всегда есть время подумать, остановиться, в чем-то покаяться – это не обязательно прилюдно, но где-то в чем-то. А мы должны всё-таки где-то это высказать, это должно остаться.

Собчак: А в чем вы покаялись внутри себя? Есть такие точки, за которые вы, смотря на вашу жизнь, вы понимаете, что…

 

Комментарии (0)
Купите подписку, чтобы посмотреть полную версию.
Вы уже подписчик? Войдите

Купить за 1 ₽

подписка на 10 дней
Варианты подписки
Что дает подписка на Дождь?

Комментирование доступно только подписчикам.
Оформить подписку
Другие выпуски

Читайте и смотрите новости Дождя там, где вам удобно
Нажав кнопку «Получать рассылку», я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера