Ни слова о выборах с Геннадием Зюгановым. Полная версия

Собчак
8 февраля 2012
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
ПРЕМЬЕРА. СОБЧАК ЖИВЬЕМ. В гости к Ксении Собчак пришел лидер партии КПРФ и кандидат в президенты Геннадий Зюганов. Только о личном, никакой политики.

Собчак: Здравствуйте, это программа «Собчак живьем» и у нас в гостях лидер КПРФ Геннадий Зюганов. Мы договорились говорить обо всем, кроме выборов. Здравствуйте, Геннадий Андреевич.

Зюганов: Здравствуйте. Неужели может так получиться, что день, когда все готовятся к выборам, можно обойтись без выборов? Давайте попробуем, даже интересно.

Собчак: Мы постараемся. Мы не будем с вами говорить о выборах, во всяком случае, я сделаю все, чтобы вас из этой области вытянуть.

Зюганов: Я поддержу это.

Собчак: Я надеюсь. Давайте вначале посмотрим профайл. Мы специально подготовили про нашего героя небольшой сюжет. Давайте посмотрим, что же думают люди. Ну что, давайте профайл в студию.

- Вроде кто-то из министерства.

- Политик, известный политик.

- Если честно, как человек он положительный, а как политик - не очень.

- Он себя полностью дискредитировал.

- Кроме того, что он баллотируется в президенты Российской Федерации столько раз, сколько я себя помню, пожалуй, что как-то не очень.

- Кроме того, что он коммунистический деятель, он, по-моему, еще и бизнесмен.

- Он старый, но живет богато.

- Мы просто не интересуемся политикой как таковой.

- Политический деятель.

- В таком возрасте люд обычно мудрые. Я думаю, он знает свое дело.

- О нем ничего не могу сказать, я с ним не знаком.

- А как человек, наверное, хороший.

- Настоящий вроде русский мужчина. Мужик, скажем так, кондовый.

- По-моему, он особой роли не играет на политической сцене.

- В прошлом он политический деятель.

- Глядя на то, как он говорит, видно, что человек, на самом деле, очень много достиг в своей жизни.

- Это лидер партии КПСС.

- О-о-о, только не о нем. В принципе, можем сказать, что он коммунист. А кто он еще?

- Замечательный человек.

- Вам воздушный поцелуй.

Собчак: Ну вот, видите, разные мнения: лидер КПСС… Ну, народ вас знает.

Зюганов: И плюс воздушный поцелуй.

Собчак: То есть, уже приятно. Уже приятно.

Зюганов: Знают, это точно.

Собчак: Геннадий Андреевич, на самом деле я удивлена, потому что, зная о ваших увлечениях теперь практически все, удивительно, что вы без цветов. Но я подготовилась, поэтому я сегодня пришла с букетом.

Зюганов: Мне?

Собчак: Это вам.

Зюганов: Я искренне благодарен. Я, кстати, выращиваю. У меня в саду столько видов цветов…

Собчак: Да-да. Я об этом знаю, поэтому я подготовилась.

Зюганов: Мой букет гораздо более интересней. Я благодарю.

Собчак: А вы, кстати, знаете, что вот это за цветы? Вот это что за красненький?

Зюганов: Очень симпатичные цветы.

Собчак: А что это, вы знаете?

Зюганов: Вы подарили, вы, наверное, лучше меня знаете, что за букет.

Собчак: Подождите, Геннадий Андреевич, я про вас читала, извините, практически, извините за каламбур, спала с вами всю ночь, потому что читала о том, что вы…

Зюганов: Это вам приснилось.

Собчак: Да? Нет. Но как, сто видов цветов вы выращиваете. Вы наверняка все знаете про цветы.

Зюганов: Да, но понимаете, у меня свой подход к выращиванию цветов.

Собчак: Ну, расскажите.

Зюганов: У меня начинают цвести 20 апреля.

Собчак: А что начинает цвести?

Зюганов: Появляются подснежники, крокусы появляются, затем у меня 9 видов чудесных тюльпанов. Я вывел свой новый сорт, называется…

Собчак: «Зюгановка».

Зюганов: Нет, называется Красный май. Великолепный. И есть у меня даже сорт День Победы. Вы просто ахнете: вот такие чудные цветы. У меня…

Собчак: А в этих не разбираетесь? Вы не знаете, что это?

Зюганов: Разбираюсь. У меня три вида черемухи. Только у меня растет. Вы, наверное, знаете только черную.

Собчак: Про черемуху я знаю. Вот это что такое?

Зюганов: Нет, знаете сколько, сейчас, знаете сколько видов черемухи, нет?

Собчак: Нет, не знаю.

Зюганов: Знаете, что есть красная черемуха? Не знаете. Есть черемуха Мака - вообще, по-моему, не видели. Вот если вы почувствовали все запахи черемухи…

Собчак: Подождите, я почувствовала, что вы не знаете что это за странное волосатое растение.

Зюганов: Мне кажется, вы не желаете говорить о цветах.

Собчак: Почему? Не так, совсем не так.

Зюганов: Потому что цветы представляют интерес, если они цветут с ранней весны до поздней осени. Я привез из Приэльбрусья 15 кустов рододендрона, они только у меня растут, те, которые растут на юге. Я каждый год им шил полушубочки, а теперь они сами привыкли к этому морозу и выдерживают его прекрасно.

Собчак: Когда у вас вообще любовь к цветам появилась такая?

Зюганов: Очень рано. У меня мать учительницей была, преподавала в начальных классах, и она не могла уснуть, если нет большой клумбы. А так как вела два класса - первый и третий (переходили потом - второй и четвертый), - то в этой клумбе я рос, развивался, занимался.

Собчак: То есть, это с самого детства у вас?

Зюганов: Да, с детства. Более того, у нас была огромная пасека, почти 30 семей пчел. Отец вернулся с фронта на одной ноге, поэтому я еще был и пчеловодом. А цветы - это то, что обеспечивает нам всю будущую жизнь. Если убрать пчел, то вы останетесь без 2/3 вашего завтрака и почти полностью без обеда.

Собчак: С пчеловодами у нас, особенно в Москве, тут особая история. Знаете, это такое хобби, мне кажется, опасное. Плохая примета быть пчеловодом. Лучше цветоводом.

Зюганов: Запомните, что пчелы живут у умных и добросовестных хозяев. Кстати, самые гениальные изобретения всевышнего - это женщина и пчела.

Собчак: Я это уже слышала, вы это где-то говорили. Мы обязательно поговорим. У вас была, правда, еще третья ремарка - женщина, пчела и цветы.

Зюганов: И цветы, кстати. Вы внимательно читали.

Собчак: Да, вы прямо романтичная натура.

Зюганов: Нет, но вы знаете…

Собчак: А вы, кстати, сказали, что ваша мать работа в школе. Вы же сами преподавали?

Зюганов: Я у нее четыре года учился. Должен сказать, очень строгая учительница была.

Собчак: Учились в классе, где она преподавала?

Зюганов: Да. В первом классе. За порог перешли школы - Марья Петровна, вышли назад - мама. Я ее за четыре года один раз матерью назвал в школе - весь класс засмеялся. Строгая. Но вместе с тем, научила меня учиться. Я выучил страницы наизусть, она мне больше четверки не ставила, а с пятого класса был отличником и окончил школу с медалью.

Собчак: Вы же преподавали тоже сами, да?

Зюганов: А там послевоенная школа, мужики почти все полегли на фронте, бабье царство. И когда у нас учителя или приболели, или мои родители не могли пойти в класс, я ходил в старших классах за мать учил малышей, и за отца, в том числе. Отец вернулся с фронта, потерял ногу под Севастополем. Тяжелое время было, а учить надо было обязательно. Поэтому все видели: меня дети слушаются…

Собчак: А что преподали?

Зюганов: Преподавал математику, физкультуру, военное дело. Еще был такой предмет - местная противовоздушная оборона. Военное время было лихое и после этого, когда появилась атомная угроза, был введен этот предмет. А с другой стороны, понимаете, педколлектив у нас был чудный и школа уникальная. На самой окраине Орловской области, но школа уникальная: свой драмкружок был, свой чудный хор был, свои спортивные секции. Мы школой выезжали, даже в районной школе, когда соревновались, они нас побаивались: мы выиграли у них все виды соревнований.

Собчак: А любимый предмет у вас какой был в школе?

Зюганов: Вообще-то говоря, я поступал на физмат и окончил прекрасно физмат. Там же уже почти написал работу хорошую, уже позже преподавал матанализ, но очень любил и общие дисциплины. Отец у меня с удовольствием ходил на одной ножке и был агитатором в близлежащих деревнях. Я поражался, с каким удовольствием он это делал. Поэтому я вместе с ним читал газеты со второго класса.

Собчак: Слушайте, а в 95-м, насколько я знаю, вы получили второе высшее образование уже в МГУ (меня это даже удивило) философское. Что это вас в 95-м году, уже разгар политической деятельности, потянуло вас на философию, что это за интенция такая была, для чего?

Зюганов: Ксюша, я окончил физмат, а потом попал на общественную комсомольскую профсоюзную работу. Математикой надо заниматься каждый день. Я когда служил три года в армии, в вещмешке возил три толстые книжки: матанализ Фихтенгольца, высшую алгебру Туманова и справочник Выготского. Хотя солдату запрещено делать, мне командир разрешал. Я вернулся через три года, не потеряв ни знания, ни возможность дальше их получить.

Собчак: Так, а на философский факультет-то зачем?

Зюганов: А вот философия, после того как я ушел и я преподавал математику, потом был перерыв. И стало ясно, или надо вернуться назад: ты теряешь квалификацию, или дальше получить образование. Но математика и философия по уровню абстракции очень близки. Поэтому я выбрал философское направление, но прикладное - развитие крупных городов, страны и планеты. Защитил блестяще диссертацию.

Собчак: А ваш любимый философ? Чьи философские воззрения вы разделяете?

Зюганов: У меня их очень много.

Собчак: Ну, хотя бы…

Зюганов: Я считаю, вы должны знать греческих философов. Если вы не знаете Платона, то вы многое потеряли.

Собчак: Почему это сразу вы считаете, что я не знаю Платона.

Зюганов: Нет, я не к вам отношу, я говорю просто. Я считаю, что все должны знать классиков марксизма-ленинизма, без этого они не в состоянии осмыслить нынешнюю ситуацию. По крайней мере, еще 150 лет назад Маркс предсказал, как будут развиваться кризис капитализма и не ошибся ни в чем. А Ленин показал, как можно преодолеть.

Собчак: Как у вас, вы прям от Платона до Маркса... А у Платона какая у вас любимая работа его?

Зюганов: Любимая работа «О сущности вещей и представлений в этой жизни». Вы должны понимать, что все в этом мире взаимосвязано. Но я вообще…

Собчак: Все приходит ниоткуда и уходит в никуда.

Зюганов: Да, все мы гости на этом свете. Но очень важно, чтобы мы прожили жизнь достойно и, по крайней мере, оставили после себя хорошее, умное, талантливое наследство. У моего сына пять сыновей, у дочери - два сына и девочка. Я как-то Медведеву говорю: «Где мой материнско-отцовский капитал». А он говорит: «Ты не рожал». Я говорю: «Я уговаривал. Это гораздо сложнее». Так ничего не получил, к сожалению.

Собчак: Слушайте, но вот все-таки я к философии хотела вернуться, не совсем, может быть, Платону. Мне интересно, 95-й год, второе высшее, вот когда я читаю…

Зюганов: Вы очень правильно сказали, вы посмотрели, наверное, как тема называлась моей диссертации. Я же до этого аспирантуру окончил, основное отделение академии, окончил военную школу в Германии, получил офицерское звание, но мне очень жаль, и сегодня очень жаль, разрушению мою страну. Я решил написать крупную работу о судьбе России и эта работа получила высокую оценку в МГУ на защите «Основные механизмы развития и разрушения России». Я подробно доказал, как это развивалось в течение многих веков и показал, почему это случилось на рубеже 90-х, и предложил варианты, каким образом можно вытащить страну. Там было 19 крупных ученых, два моих было жестких оппонентов. На моей защите было 500 человек, хотя обычно максимум 50 присутствует. Пять часов защищался. Ваша знакомая, Светлана Сорокина…

Собчак: Вы пошли на философский факультет не потому, что вот как Земфира пошла, знаете, чтобы получить образование философское, это было просто веление души?

Зюганов: Сейчас одно слово еще. Поставили задачу меня провалить любой ценой на защите. Прислали две телекамеры, пять часов снимали. Когда Светлане Сорокиной поручили разобрать, она посмотрела и сказала: «Придется поздравить». Она поздравила. Защита прошла блестяще, и при тайном голосовании я получил 19:0 в свою пользу. Так что, в общем, мою работу приняли.

Собчак: Прекрасно, что у нас кандидат в президенты еще и философ. Это важно.

Зюганов: Не просто философ, я доктор философских наук. У меня по проблемам России 150 работ вышло только за рубежом. Моя книга «Глобализация и судьбы человечества» переведена на все языки.

Собчак: А почему вы не преподаете?

Зюганов: Преподаю. Я читал лекции во всех крупных университетах: в Гарварде, в Ричмонде, в королевском университете, в американском Вашингтоне, в Оксфорде, в школе для высшего управления в Пекине, в университете в Каире. Кстати, по моим учебникам изучают события не только в России. Во Франции вышли «Основы российской политики» на французском языке.

Собчак: Геннадий Андреевич, а вы зарабатываете от продажи книг?

Зюганов: Не очень. Я поставил задачу: все, что я по этой линии зарабатываю, отправляю в детские сады. Я в прошлом году помог и поддержал полсотни почти детских садов. Жаль и печально, что дети, оказались в такой…

Собчак: Значит, неплохо зарабатываете на книгах.

Зюганов: Дело не в этом. Просто зарабатываю. Я помогаю детям. Я призываю своих коллег. У нас фракция 30% своих средств сдает в общий котел: мы помогаем детям, старикам, женщинам, многодетным семьям.

Собчак: Геннадий Андреевич, у нас интерактив, поэтому давайте дадим возможность задать вопрос нашим слушателям и зрителям. Вот у нас вопрос по, насколько я понимаю, по Twitter или Facebook, включите нам. По Twitter, мне говорят, видите, вот вопрос: «Согласны ли вы с мнением, что главная угроза для России - это…» Выведите мне вопрос, я же так не вижу.

Зюганов: Они бегут очень быстро.

Собчак: «…Это желание завладеть нашими ресурсами». Вот, все-таки политический вопрос, нет, не хочу обсуждать с вами политику.

Зюганов: Два слова скажу. Тут, он не столько политический.

Собчак: Умоляю вас, мы знаем все про вашу политическую платформу, хочется узнать о вас как о человеке.

Зюганов: Но мне приятно, что даже вы стали изучать мои труды и работы.

Собчак: Даже я... Мне не очень приятно, что вы так говорите, но все равно, в любом случае. Давайте поговорим о вашем детстве. Вот философия, психология в чем-то смежные науки. Фрейд говорил, что в каждом из нас всегда живет маленький ребенок, который с нами всю жизнь. Вот Гена Зюганов, маленький Гена Зюганов, он какой?

Зюганов: Живет. Мне кажется, Толстой более точно сказал. Он сказал: «Когда в нас умирает ребенок, то дело похорон остается делом совершенно сугубо формальным». Во мне живет ребенок, я очень люблю детей.

Собчак: Нет, вы расскажите вот о себе маленьком. Что в этом человеке в маленьком?

Зюганов: У меня детство было абсолютно необычное. Во-первых, почти все мужчины погибли на войне. У нас в деревне было подбитых танков больше, чем уцелевших домов. К счастью, уцелела школа, которая была ранена минимум, полтысячи осколков, в принципе. Поэтому вокруг стояли, вернее, остовы обгорелых танков, кругом можно было накопать снарядов, оружие, что угодно. Играли многие в войнушку. Потом я съездил в город и привез мяч резиновый, такой двухцветный, знаете, сине- красный.

Собчак: Ну вы были активный ребенок?

Зюганов: Ну что вы, это было счастье. Мы играли в лапту, сейчас называют несколько иначе, великолепно. Потом городки пошли, потом волейбол настоящий пошел. Я был чемпионом школы по всем видам легкой атлетики, и считаю, что у меня детство было счастливым. Каждый день что-то прибывало, строили вместе, была чудная строительная бригада. Кстати, все крыши крыли дети, пацаны. Крыши. Вы можете представить? Щепой, как правило крыли, или соломиной, уже потом появилось железо. И мы с отцом, отцом инвалидом построили свой дом. Мне было 12-13-14 лет, мы три года собирали и строили дом…

Собчак: Но вы при этом, парадоксально, но при этом вы насколько я понимаю, были веселым ребенком. Вы же в КВН решили в какой-то момент начать играть уже в студенческие годы.

Зюганов: Я кстати, участвовал в самодеятельности, писал сценарии. В общем, выступали мы с Иваном Хабаровым, ставили …

Собчак: Вы писали сценарии к фильмам.

Зюганов: Да. Я в армии стенгазету писал в стихах. Многие ребята знают. Но вдруг понял, что я далеко не Лермонтов и Пушкин и перешел на прозу.

Собчак: Может быть, что-то прочитаете, какое-то стихотворение сейчас?

Зюганов: Нет уж. Нет.

Собчак: Почему? Вы любите стихи, поэзию любите?

Зюганов: Очень люблю поэзию. Очень.

Собчак: Можете процитировать ваше любимое стихотворение?

Зюганов: Вот вы посмотрите мой следующий ролик, будет чудный Пушкин в исполнении моей команды. Вы нас ролик следующий увидите.

Собчак: А кто. Удальцов будет, что ли исполнять?

Зюганов: Все будут читать. И нобелевские лауреаты.

Собчак: Я вас любил: любовь еще, быть может…

Зюганов: Да, да, вам очень понравится.

Собчак: А какое стихотворение Пушкина?

Зюганов: Вы посмотрите.

Собчак: То есть, Александр Сергеевич косвенно, получается, тоже поддерживает вашу программу?

Зюганов: Не просто участвует. «Взойдет она звезда пленительного счастья». Вот посмотрите, вам понравится.

Собчак: Слушайте, а про КВН мне очень интересно. Все-таки мне кажется, для мужчины умение рассмешить женщину - это очень важное качество. Вот вы можете меня как-то рассмешить?

Зюганов: Попробую чуть попозже. КНВ, вообще говоря, - это способ самовыражения прекрасный. Самый творческий вид искусства, в котором надо уметь делать все.

Собчак: Вы были капитаном, побеждали в капитанском конкурсе…

Зюганов: Да, был капитаном, я не проиграл ни одной схватки, и в армии был капитаном, как ни странно, и в университете был капитаном. У нас Курбан, декан факультета говорил, что интеллект троечника на физмате выше, чем у отличника на историко-литературном, и когда мы сражались с ними, то они нам всегда проигрывали. Я поражался, хотя ребята одаренные, многое умели делать, но наша команда была гораздо интереснее.

Собчак: Слушайте, а вот я к юмору. Ведь юмор же все по-разному воспринимают. Вот я…

Зюганов: Я, по-моему, принес... У меня вышло несколько сборников анекдотов. Называется сборник…

Собчак: Вы как Трахтенберг уже практически, у вас анекдоты, сборники?

Зюганов: Нет-нет, мои лучше. Мои можно всем детям показывать, читать перед сном.

Собчак: «Новые 100 с хвостиком»?

Зюганов: Да, новые, четвертый сборник. Смотрите, какие иллюстрации

Собчак: Какой-нибудь можете ваш любимый анекдот?..

Зюганов: Любой анекдот. Я вам подарю.

Собчак: Подождите, что значит «любой», Геннадий Андреевич? Стихи в ролике, анекдот любой. Про себя расскажите анекдот. Ваш любимый.

Зюганов: Про себя?

Собчак: Да. Про вас же наверняка есть.

Зюганов: Но он политический, не будете возражать?

Собчак: Не буду возражать.

Зюганов: Приходит Путин в Думу. Отчитался и пошел в парикмахерскую. Там красивая блондинка стрижет, сама ножницами: клац-клац, зюг-зюг, клац-клац, зюг-зюг. Он говорит: «Кончай. Ваш Зюганов вот тут уже у меня сидит». Она говорит: «А мне очень удобно: я – зюг - у вас все волосы дыбом встают, так удобно стричь». Ну что вы не улыбаетесь? Хороший анекдот, интересный.

Собчак: Слушайте, у меня другая ваша…

Зюганов: Еще один анекдот для грустных.

Собчак: Давайте.

Зюганов: У меня есть серия веселых и грустных.

Встречаются, говорит:

- Что ты такой злой?

- Работу потерял, кризис. А ты что веселый?

- Слона купил. Такое счастье, детей катает, огород поливает, бревна таскает. Не нарадусь.

- Ну, продай мне.

Сторговались, через месяц опять злой.

- Что случилось?

- Да ну тебя, к черту с твоим слоном. Все вытоптал, заборы завал, всех перепугал, с соседями сужусь.

Он говорит:

- Мужик, с таким настроением ты слона никогда не продашь.

У вас должно быть хорошее настроение.

Собчак: Это тоже практически политический анекдот.

Зюганов: Не знаю, но мне он нравится.

Собчак: Вы себя в этих политических реалиях чувствуете таким слоном или все-таки это не имеет отношения к современной политике?

Зюганов: Почти бегемотом чувствую.

Собчак: Слушайте, мне кажется, что, говоря языком метафор, для того, чтобы продать слона молодежи, нужно дать какой-то, это самое важное, мне кажется сейчас в любом случае.

Зюганов: Сегодня?

Собчак: Да. Как-то говорить с молодежью на одном языке. Дать понять, что на самом деле, вот тот маленький Гена Зюганов молодой, жгущий и как бы вот полный сил, он с молодежью.

Зюганов: С удовольствием. Я недавно в МГИМО был, кстати…

Собчак: А что вы делаете, чтобы оставаться молодым в душе? Ведь многие обвиняют вас и я думаю, вы часто слышите эти слова и даже в эфирах федеральных каналов о том, что вы, Зюганов, старый уже, на покой ему надо, баиньки. Бабушки все спят в это время. Вот как вы к этому относитесь?

Зюганов: Ксюш, ну эту байку 15 лет крутите, она всем уже осточертела, и надоела.

Собчак: Я точно 15 лет не кручу, я еще 15 лет назад была подростком.

Зюганов: Во-первых, я вас приглашаю на прогулку в Домбае. И если вы меня догоните на тяжелых маршрутах, я признаю, что вы победили.

Собчак: А как вы отдыхаете, кстати?

Зюганов: Я очень люблю. Я встаю очень рано, встаю в пять примерно. Обязательно час занимаюсь своими любимыми цветами.

Собчак: Вот кстати, то что вы встаете в пять, вы извините, это уже тоже признак возраста, потому что люди к старости они рано встают.

Зюганов: Нет-нет, что вы. Ну и ложусь я после двенадцати, если так уж. Мне много не нужно спать. С другой стороны, я люблю физкультуру. У меня есть свой способ, я учился у индийских йогов, занимался с Шалинскими монахами.

Собчак: Подождите, подождите. Вы меня сейчас, Геннадий Андреевич, еще чуть-чуть, и я проголосую за КПРФ. Вы про йогу давайте…

Зюганов: Стоп-стоп, это единственный способ хорошей гимнастики.

Собчак: Ваша любимая асана какая?

Зюганов: У меня много таких, очень много.

Собчак: Ну как, в Шавасане стоите?

Зюганов: Да, все умею. Я изучал, кстати…

Собчак: Нет, подождите, подождите, это, знаете, не Платон, где вам удастся сейчас соскочить как-то бочком, бочком. Не получится. Давайте, про йогу вы зря начали этот разговор.

Зюганов: Стоп, стоп. Успокойтесь. Я знаю ваши увлечения и интерес. Вы занимались хатха-йогой, а я радж-йогой занимался.

Собчак: Радж-йога, прекрасно.

Зюганов: Я занимался с двумя профессорами на мадрасском взморье.

Собчак: Но вы можете показать какую-нибудь сану, может быть самую такую, в которой вам легче всего медитировать?

Зюганов: Приглашаю вас на наше занятие. Я покажу вам весь комплекс.

Собчак: Нет, ну подождите, вы только что в Домбай, прогулка вместе, чем у нас плохо? Нас смотрит молодежь, люди, которые может быть. За вас могут проголосовать. Нужно подать им пример.

Зюганов: Не могут, а проголосуют обязательно.

Собчак: Йога - это прекрасная практика.

Зюганов: Обязательно проголосуют.

Собчак: Вы можете показать какую-то позу, асану, в которой вы себя хорошо чувствуете?

Зюганов: Могу. В следующий раз.

Собчак: А почему не сейчас? Вот смотрите, вам кажется, что не время, не место, камеры снимают. Нужно же быть современным, вы же меняетесь, Геннадий Андреевич.

Зюганов: Не зацикливайтесь на этом. Еще раз хочу сказать, чтобы работать по 15 часов и поддерживать себя в форме, в хорошей форме… У меня 150 суток командировок бывает - это перелеты, сон, другая еда и прочее. Я по 9 часов иногда стою на ногах, выступаю. Поэтому вы хотели узнать, я вам сказал, что у меня есть свой секрет, а вы хотите его сразу разоблачить. А то Жириновский переймет и мне будет трудно с ним соперничать.

Собчак: То есть, ваш секрет в том, что вы занимаетесь йогой?

Зюганов: Второй секрет - я 5-7 километров обязательно пешком хожу. И если нет возможности, по кабинету, вниз по лестнице.

Собчак: На работу пешком ходите?

Зюганов: И на работу ходил от Белорусского на работу много лет пешком. И считаю, что это идеальный способ хорошего отдыха. И тот же Толстой сказал: «Самые лучшее способы выражения мысли ко мне приходят, когда я хожу». Вот когда я хожу, я ношу ручку и блокнот: я сочиняю интересные выступления, готовлю свои доклады. Я сам всегда пишу для себя. У меня нет спичрайтера, который за меня пишет. И еще один секрет…

Собчак: Простите, Геннадий Андреевич, у нас девушка. Прежде чем вы расскажете ваш секрет, давайте, у нас просто интерактив, у нас девушка хочет задать вопрос. Добрый день.

Девушка: Добрый день.

Собчак: Здравствуйте.

Алина: Меня зовут Алина. Я хотела бы задать такой вопрос о главной цели вашей жизни современной. Хотели бы, чтобы ваши внуки или дети пошли по вашим стопам в каком-то смысле?

Зюганов: Знаете, Ксюша, человек может быть счастлив только вместе со своим народом и страной. Я никогда не думал, что мы попадем в нынешнее болото. Поэтому я буду счастлив, если буду уверен, что будет нормальная страна, будет безопасная жизнь, будет достойная учеба и многое другое. Я прекрасно понимаю, что происходит. Я на Кавказе разводил дерущихся и воюющих, разнимал в Средней Азии и помогал Прибалтике. Я не могу смотреть, как страна корчится…

Собчак: Геннадий Андреевич, вы как настоящий йог, вы должны знать, что на самом-то деле счастье может быть и внутри нас.

Зюганов: Обязательно, да.

Собчак: Это какое-то иногда может быть дистанцирование от ситуации?

Зюганов: Гармония должны быть между тем бытом, который существует и внутренним состоянием. Но, многое зависит от духовного состояния. Я считаю, вы тут абсолютно правы. Поэтому я все делаю, чтобы мои друзья верили в свою судьбу. Имели осуществимые надежды. Чтобы они радовались ясному солнцу и чистому небу, чтобы они знали свою державу. Вот я счастлив тем, что я видел этот весь мир везде практически, от Дальнего Востока до Балтики я был везде. Я считаю, что у нас удивительная страна. Кто ее видел и знает, тоже счастлив, что родился в России, и будет жить всегда.

Собчак: А после скольки лет жизнь начинает убыстряться, крутиться?

Зюганов: Да она не просто.

Собчак: С какого возраста?

Зюганов: Знаете, вот в молодые годы я ощущал, что все время что-то прибывает, вот все время. Вдруг не было, а отстроили после войны деревню. Не было - построили чудный клуб. Не было - появилась дорога. Не было, приехал в Орел, все дома разбиты, вдруг - город красивее становится, появился парк, многое другое. Все время что-то прибывало и радовало.

Собчак: Хорошо, сейчас же уже другое время в вашей жизни.

Зюганов: Нет, нет такого ощущения, сейчас убыстряется ритм жизни, но на душе становится уныло и пасмурно и не только у нас одних. Я это видел в Европе, видел в Азии.

Собчак: Ну вот смотрите, вы опять про Европу, про Азию.

Зюганов: Но я понимаю, у вас задача другая.

Собчак: Мне же про вас интересно. Мне про вас интересно. Я просто смотрю на вас, вы взрослый человек уже старшего поколения, скажем так. Мы ничего о вас не знаем, вы очень закрытый человек. Мне хочется постараться…

Зюганов: Нет, абсолютно открытый. Самый удивительное, все написано, все рассказано.

Собчак: Это не так.

Зюганов: Обратите внимание.

Собчак: Вы о смерти часто думаете?

Зюганов: Я где-то в юношеском возрасте, ну в общем, шел из районного центра и провалился на болоте под лед, пока вылез на берег, там метров 50, сыпался лед, я из последних сил. Потом 10 километров шел обледеневший в холодный мороз, и потом после этого полгода пришлось на ноги вставать. Вот я тогда понял, что такое здоровье, что такое состояние. Когда врачи отказались, я отцу сказал: «Давай что-то делать». И я должен сказать, приехали к простому сельскому фельдшеру, звали его Кулемин, он сказал: «Я его поставлю на ноги». Стоп. Я понял, что такое воля, что такое знания настоящего человека, и я сам вылазил в течение года и вылез. Вот тогда я размышлял и о смерти, и о том, что ручку уронишь и просишь ее поднять кого-то. Я понял, и с тех пор все делают для того, чтобы поддерживать себя в хорошей форме. И учу своих и близких, и друзей. И вон у меня… Вы Сашу Ющенко знаете, мой пресс-секретарь?

Собчак: Я знаю Сашу Ющенко.

Зюганов: Вы знаете, как он сдает норматив для того, чтобы работать со мной?

Собчак: Геннадий Андреевич, вы все о форме, и говорите о здоровой форме, а я хочу о содержании поговорить. Ведь независимо от вашей формы, от того, сколько вы бегаете, сколько занимаетесь йогой, все равно жизнь конечна. Вы взрослый человек, во взрослом возрасте, и неужели вы не думаете о том, прожив большую яркую жизнь, будучи политиком много лет, имея огромное количество возможностей, неужели нет этой усталости и желания не через политику, а через какие-то другие вещи, может быть, отойдя от этой политики, себя реализовывать?

Зюганов: Извините, Ксюша, вы опять…

Собчак: Действительно, гуляя, занимаясь йогой, уходя на покой.

Зюганов: У меня очень много интересных увлечений. Я, например, вырастил не одно дерево, а целый сад. У меня и сегодня огромная пасека, 30 семей.

Собчак: Вы не боитесь, что жизнь уходит?

Зюганов: Нет, не боюсь, в этом плане не боюсь. У меня 8 внуков растут, и я перед Богом, природой, и своей страной в этом отношении прав. Вот ваш любимый Прохоров понимаешь, 47 лет ходит в девках.

Собчак: Он не мой, Геннадий Андреевич.

Зюганов: Ходит в девках 47 лет, понимаешь, не слышал детского…

Собчак: Про Прохорова мы еще вернемся. У нас интерактив. Добрый день. Здравствуйте. У нас сообщение здесь, вопрос от Рустема. Верите ли вы в Бога? Рустем Адагамов, повторяет анкету Пруста практически.

Зюганов: Сейчас вам не понравится мой ответ. Я считаю, что Вера, Надежда, Любовь и мать их мудрость Софья - это четыре опоры, на которых стоит любой человек. Если их нет, то и тебя нет. Поэтому без любви, без веры, не существует человека. У меня вера шире и больше, чем просто Всевышнего.

Собчак: Вас раньше никогда не замечали со свечками в храме, в каких-то православных храмах, а сейчас это начало происходить.

Зюганов: Не замечали со свечкой, перед вами, наверное, сидит один из не многих, кто изучил Библию, я изучил ее. Я изучал Коран, когда мирил в Чечне враждующие кланы. Я бы…

Собчак: Слушайте, у вас, вы простите, Геннадий Андреевич, но у вас какими-то такими, говорим о смерти - вы про здоровую форму, про Библию - вы изучили Библию и Коран. Мне ощущения ваши от этого интересны. Вы в храм приходите ставить свечку, почему вдруг? Столько лет этого не было.

Зюганов: Я в храм хожу, потому что это наша культура. Это наша уникальная история, это наша судьба.

Собчак: То есть вы как на экскурсию туда ходите?

Зюганов: Я когда увидел в Библии нагорную проповедь Иисуса, положил рядом моральный кодекс, кстати, коммунизма. Он списан оттуда почти слово в слово. А если вы откроете послание апостола Павла к Фессалоникийцам вы ахните: там и главный лозунг коммунизма - кто не работает, тот не ест.

Собчак: Я это все уже читала на вашем сайте, Геннадий Андреевич.

Зюганов: Вам это не нравится.

Собчак: Мне хочется…

Зюганов: А я почувствовал…

Собчак: Я просто это уже все читала, Геннадий Андреевич.

Зюганов: Не важно, что вы читали. Ну, тогда не задавайте вопросы. А что вас волнует?

Собчак: Ну почему? У вас не может же на каждый вопрос быть ответ, который вы уже практически заучили. Вы мне симпатичны, мне искренне хочется понять, что у вас происходит внутри, как вы думаете и чувствуете по этому поводу. Вот вся эта история с походами в церковь, тяжелый ли для вас это был выбор и решение. Вот после стольких лет, когда КПРФ абсолютно с этим…

Зюганов: Не было тяжелого выбора. Для меня было и во многом естественен. У меня по отцу дед был уникальный человек: он преподавал в церкви, в церковной школе. Он великолепно образованным был человеком. У него восемь было детей, жили в дальней деревушке. Он перед Богом и судьбой страны дал обед выучить всех детей. Все 8 получили высшее образование.

Собчак: Геннадий Андреевич, просто это выглядит как некая сделка с совестью. Все-таки коммунизм и вера в Бога, поход в церковь - это всегда в мозгах людей не ассоциировалось как нечто общее.

Зюганов: Это наша культура, это наша вера, это наша традиция, это наша душа, наши песни…

Собчак: Коммунизм всегда ассоциировался с атеизмом. В советские времена у вас же не было такой позиции. Вы же не ходили в советские времена в церковь.

Зюганов: Ходил всегда. В детстве бабушка водила, смотрел, изучал, интересно было. Потом осознал, прочитал многое. Я кстати, один из не многих, кто выступал и в советское, и потом, за свободу совести. Я долго ждал.

Собчак: Подождите, мы же следили за вашей карьерой. И вот этот переход в православие, он произошел…

Зюганов: Кстати, меня никогда не упрекали, хотя знали, что я очень терпимо отношусь ко всем верующим. И кстати, мы давно приняли изменения в свой устав, у нс свобод совести гарантирована. В компартии 30 % сегодня верующих. Я считаю, это хорошо.

Собчак: Слушайте, а хипстеры у вас есть в КПРФ?

Зюганов: Как?

Собчак: Хипстеры есть в КПРФ у вас?

Зюганов: Кто-кто?

Собчак: Хипстеры.

Зюганов: Кто такие?

Собчак: Вы не знаете кто такие хипстеры?

Зюганов: Не знаю.

Собчак: Это молодые люди, вы прямо сейчас практически. Потеряли 40 миллионов избирателей, это молодежь, которая живет такой активной жизнью, модные люди, которые, как правило, представляют собой креативный класс, занимаются какими-то креативными специальностями, модно одеваются…

Зюганов: Стоп. Мне очень понравилось, что вы стали по-русски…

Собчак: Делают лук. Вот у нас, кстати, звонок, может быть это хипстер. Здравствуйте, молодой человек.

Молодой человек: Здравствуйте.

Собчак: Вы случайно не хипстер?

Молодой человек: Нет.

Собчак: Жалко, но не важно. Задавайте свой вопрос.

Молодой человек: Геннадий Андреевич, а почему вы боитесь показаться слабым или незнающим? То есть даже пример с теми же цветами. Почему нельзя было ответить Ксюше: «Да, я в первый раз вижу эти цветы. Понятия не имею что это»? И вы все время пытаетесь сменить тему и рассказывать о каких-то достоинствах.

Собчак: Ты тоже это почувствовал.

Молодой человек: Просто когда вы все время так говорите, пропадает доверие к вам.

Собчак: Вот-вот. Геннадий Андреевич, даже по этому вопросу можно я дозадам его?

Зюганов: Ксюша, одну минуточку.

Собчак: Нет, одну секунду, Геннадий Андреевич.

Зюганов: Вы пригласили на беседу.

Собчак: Пожалуйста, я очень слабая женщина, пожалуйста.

Зюганов: Я вас регулярно вижу и слышу. Пригласили на беседу. Вот парень задал вопрос и прочее, так далее. Дайте, я отвечу.

Собчак: Хорошо. Давайте.

Зюганов: И относительно ваших хипстеров, в принципе. Я очень хочу, чтобы вы со мной по-русски говорили. Очень хочу.

Собчак: А я что не по-русски говорю?

Зюганов: Объяснили кто это такие на хорошем русском языке.

Собчак: Так смотрите, я же с удовольствием объясню и на русском и на любом другом. Вопрос не в этом, вопрос в вашей реакции. Человек может не знать кто такие хипстеры, он может не знать что это за цветы. Не это важно. Важно, что вы почему-то реагируете на это так, как будто это ваша слабость, как будто вы…Мы же не хотим вас уязвить. Вы сразу говорите, не знаю и что? Кто эти люди? Почему такая реакция? Вы боитесь чего-то не знать?

Зюганов: Одну минуточку. Почему реакция, могу сказать. Потому что ровно 15 лет, 15 лет из меня пытались сделать того, кем я никогда в жизни не был. Когда пошел на выборы, издавались в чужих странах газеты.

Собчак: А кто вы есть, Геннадий Андреевич?

Зюганов: Я простой, нормальный русский человек, который любит страну, который знает ее хорошо, который всю жизнь работает, который верой и правдой служит своему делу.

Собчак: Почему этот человек не может чего-то не знать? Почему вы боитесь чего-то не знать?

Зюганов: А никто не говорит, что не может знать. Я многого не знаю…

Собчак: Геннадий Андреевич, парень этот очень правильно заметил, что про цветы или про хипстеров…

Зюганов: Допустим, правильно заметил.

Собчак: У вас реакция на это, как будто ну вот знаете, вас в чем-то уличили. Вы правда можете чего-то не знать.

Зюганов: Вот кстати, вчера, вы НТВ смотрели рекламный фильм о Путине? Смотрели?

Собчак: Нет, я не смотрю рекламные фильмы о Путине.

Зюганов: Вот, а зря.

Собчак: Более того, мне не стыдно в этом признаться. Ну не смотрела. И что?

Зюганов: В этом фильме опять вытащили сюжет с Ходорковским и говорят, что у меня заводы теперь, раньше были на Кипре и счета, а теперь в Сирии. Это на государственном телевидении, в ходе выборной кампании. А до этого Караулов на мне упражнялся ровно 10 лет. 46 спецопераций провели. Даже мой родной дом, который я вместе с отцом построил, забрались эти загрибки, бандиты, притащили туда скульптуру Ленина, спилили ей голову. Мою навинтили и три месяца показывали. И вы хотите, чтобы я после этого сидел и думал, что вы там скажите.

Собчак: То есть вы боитесь, что что-то используют против вас?

Зюганов: Я не боюсь, я ничего не боюсь. Я в этой жизни уже ничего не боюсь. Мне сто раз угрожали, двести раз допрашивали.

Собчак: Почему же такая реакция идет?

Зюганов: А реакция вполне нормальная, защитная, человека, которого в принципе…Почему сейчас не хотят с нами дискутировать основные оппоненты?

Собчак: Не то что дискутировать, вас просто меньше всего показывают, потому что вы самая большая угроза, наверное, из представленных кандидатов.

Зюганов: Нет, ну почему не желают? Ни Ельцин, ни Медведев….Не угроза, абсолютная не угроза. Я наоборот, и вы не найдете никого, кого я репрессировал.

Собчак: Хорошо. Давайте не будем сваливаться в политику. То что вы наоборот, это важное признание. Я почему-то тоже так думала.

Зюганов: Вы сами туда полезли.

Собчак: Давайте про другое. Есть еще одна тема, она чуть-чуть связана с политикой, но она все-таки про другое. Вот смотрите, абстрагируясь от КПРФ, от коммунистических идеалов, тем более что мы уже столько даже говорим о вере, о терпимости. Вот есть страна, большая страна, современная в 21-м веке. И на главной площади этой страны посередине этой площади, лежит труп. Просто труп в странном состоянии. И вы…

Зюганов: Вы не собирались же лезть в политику.

Собчак: Подождите секундочку.

Зюганов: Занимаетесь провокациями откровенными.

Собчак: Нет, это не провокации. Я хочу вот…

Зюганов: Откровенная провокация.

Собчак: Я хочу вас что спросить. Вам не кажется, что в принципе, вот эта конструкция, когда по середине площади лежит труп человека, не важно какого и не важно какие он разделял политические взгляды. В этом есть что-то такое абсолютно языческое.

Зюганов: У вас есть что-либо поинтереснее?

Собчак: Чем труп на площади?

Зюганов: Тогда слушайте, я вам отвечу на этот вопрос. Слушайте, желательно не перебивайте. У каждой страны есть своя судьба и свои истории. Примерно с таким же вопросом, как вы сидите, сидел господин Немцов в кабинете у Путина, когда он был президентом. И предлагал все раскапывать и растаскивать. Я говорю, давайте мы тогда определимся, с чего мы начнем. Если вам нравится раскапывать, от Москва реки самые древние захоронения. Давайте там покопаем. В двух соборах. Нет, опять не хотите.

Собчак: У нас просто четыре минуты осталось в эфире.

Зюганов: Вы задали грязный вопрос, задали вопрос, я закончу. В двух соборах кремля за 300 лет со временен Ивана Калиты похоронены все царские особы, включая семьи.

Собчак: Что для вас…

Зюганов: На Красной площади 400 с лишним человек похоронено.

Собчак: Геннадий Андреевич, пожалейте, меня, пожалуйста, у нас 4 минуты.

Зюганов: Я не вас жалею, я отвечаю зрителям. Потому что вы задали абсолютно грязный провокационный вопрос.

Собчак: Почему грязный, это в центре нашего города. То что он лежит, это не грязно?

Зюганов: Если так вы задаете, то это не ваш город. Это не ваш город.

Собчак: А как нужно задавать?

Зюганов: Потому что наши отцы и дети это решение приняли на съезде. Его подтвердили все республики и губернии. Это воля наших предков. Там рядом похоронен Жуков со своими генералами, которые победили, Гагарин со своими товарищами. Жаль, что вы эту передачу тоже стаскиваете в то же болото, в котором пытаетесь кормить в последнее время всю страну.

Собчак: Не стаскиваю. Давайте все-таки мириться. И поговорим.

Зюганов: Я не хочу мириться, но советую вам, если вы взялись без политики, не занимайтесь грязью.

Собчак: Я не в политике. Я журналист, я вам просто задаю вопросы, которые меня интересуют.

Зюганов: Если вы хотите что-то раскопать, и тогда вы организуете Чечню на Красной площади. Я думаю в Чечне вы не были, вы не знаете.

Собчак: Хорошо. Давайте все-таки сменим тогда тему. Уйдем от этого.

Зюганов: Да, пожалуйста. Давайте завершать.

Собчак: Вы появились в Twitter, Facebook.

Зюганов: Завершать давайте.

Собчак: Да, у нас 4 минуты все равно осталось. Почему вдруг вот неожиданно во всех сетях и что для вас это такое?

Зюганов: А почему вдруг? Я уже во всех сетях работаю 15 лет. У нас 81 сайт свой, мы 200 газет выпускаем.

Собчак: Вы сами пишете в Twitter?

Зюганов: Я пишу все сам, все свои речи, доклады, отвечаю на вопросы.

Собчак: А что вам нравится в Интернете? Вы смотрите вообще ролики…

Зюганов: Мне нравится оперативность информации, нравится, что я могу ответить на вопросы своих друзей, я это делаю почти каждый день. Мне нравится смотреть оценки моей работы.

Собчак: А вы смотрите какие-нибудь интернет-ролики?

Зюганов: Смотрю с удовольствием.

Собчак: Какие?

Зюганов: Просмотрел все ролик просмотрел, которые связаны с выборной тематикой. Понравились многие ролики, советую наши посмотреть.

Собчак: А вы знаете что такое троллинг?

Зюганов: Знаем.

Собчак: Что?

Зюганов: Следующий вопрос.

Собчак: Следующего вопроса не будет. Троллинга тоже. Я у нас в конце программы, я решила, что я буду наши гостям дарить книгу каждый раз. Вот для вас зная о вашем философском образовании, я решила подарить книгу вам Николо Макиавелли.

Зюганов: Спасибо. Хотя я ее изучил 30 лет тому назад. А я вам подарю вот анекдоты.

Собчак: У нас хороший обмен с вами.

Зюганов: Да. И моя серия ЖЗЛ вышла книга, многие вопросы, которые вас волнуют, я думаю, вы не читали, там посмотрите.

Собчак: ЖЗЛ не только, кстати, у вас вышло, но и продается.

Зюганов: Вышли три книги одновременно. Моя, обо мне, о Путине и Примакове.

Собчак: О Путине продается пока лучше. Но, Геннадий Андреевич…

Зюганов: Но моя была на всемирной выставке.

Собчак: Я вас поздравляю с выходом книги. Желаю вам удачи в вашей политической деятельности. Сейчас для наших зрителей подготовлен сюжет. Мы с вами будем прощаться, но я думаю, сюжет мы вместе посмотрим с удовольствием. Оставили, правда, мне, какого-то подонка из всего персонала ДОЖДЯ. Но что получилось, то получилось. Очень неквалифицированный был специалист. Давайте посмотрим.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.