Франц Клинцевич о россиянах с оружием в Украине

Репортаж Дождя
10 апреля 2015
Поддержать программу
Поделиться
Теги:
Украина

Комментарии

Скрыть

Депутат Госдумы Франц Клинцевич, которого называют главным организатором доставки ополченцев в Донбасс, – о войне в Украине и «Антимайдане» в России.

Франц Адамович, почему вы решили поддержать то общественное движение, которое сформировалось в начале 2015-го года и провело свои первые акции в феврале — Антимайдан?

Франц Клинцевич: Люди мои когда участвовали в этом процессе, я просто сказал, что, наверное, это правильно, потому что это соответствует некому моему менталитету. И на самом деле больше всего эти идеи были связаны с Димой Саблиным, с которым я давно дружу, знаю хорошо и так далее.

- Давайте так: вы лично были в курсе создания этой организации не как представитель какой-то политической силы или структуры, а как человек, у которого есть личные отношения с Саблиным?

Франц Клинцевич: У меня личные отношения с Саблиным, с которым когда были вопросы и так далее, я сказал: «Вот люди, занимайтесь, делайте, я считаю, что это правильно». Потому что когда появляются в России люди, представляющие какое-то другое государство, которые говорят, что они — представители Майдана, и они возле Государственной думы сделают Майдан, понимаете, я вас смею заверить: мне скоро 60 лет, не дай Боже, чтобы я взял палку и даже с мальчишками 20-летними, я их буду крушить палками, я не позволю в своей стране создать то, что было сделано в Киеве.

- Были ли вы свидетелем событий в Киеве?  Приходилось ли вам в течение этого долгого процесса бывать там с визитами и наблюдать своими глазами, что там происходит?

Франц Клинцевич: Нет, к сожалению. Не был в Киеве ни разу, скажу больше: с точки зрения организации я, как офицер, всегда занимался специальными, в том числе, психологическим операциями, я очень хорошо понимаю и представляю, как людей оболванивают, как приводят в соответствующее состояние, как их используют, как используются проблемы, возникшие в стране, недостатки, именно поэтому сегодня афганцы принимают участие в этой ситуации.

Я тогда в Крыму был, когда начинались эти вещи, потому что было обращение моих афганцев, чего греха таить — солдат, которые когда-то служили со мной, там была нужна очень серьёзная медицинская помощь отдельно взятым людям.

- Вы остались как наблюдатель, и в силу этого уже не могли уехать оттуда?

Франц Клинцевич: Ну я остался уже как депутат, мне сказали: «Вот будет», я сказал: «Я уже здесь». И я остался как наблюдатель, мои коллеги привезли удостоверения наблюдателя. И я был как наблюдатель дальше, когда уже проходил референдум.

- И вы ездили по участкам?

Франц Клинцевич: Ездил по избирательным участкам, наблюдал, как это происходило. Невероятная активность и притом реакция людей — люди реально радовались, у людей реально был праздник. Дети, женщины красивые, одетые. Люди пришли на праздник. Я не знаю, если бы я был пьющий человек, я, наверное, просто не просыхал бы.

- Вы, как глава крупнейшей у нас организации, в которую входят люди с боевым опытом — вы, наверное, сразу с началом столкновений на юго-востоке Украины стали получать сигналы от ваших организаций в регионах о том, что люди сочувствуют тому движению, которое поднялось там, внутри Украины, на Донбассе?

Франц Клинцевич: Я скажу вам больше: когда начались процессы, люди не то что сочувствовали, мне предстояло делать усилия для того, чтобы максимально ограничить инициативу захождения людей вот туда с точки зрения участия в ополчении добровольцами. Там же можно было бы, когда пошел вот этот вал людей, были бы сотни тысяч людей, если бы я этими процессами занимался бы так, искусственно.

- То есть вы могли направить туда сотни тысяч?

Франц Клинцевич: Да, повлиять на этот процесс. Но я понимал, что по этому поводу нет ни установок, ни указаний никаких и т.д. Это добровольное решение людей, начало людей — это движение. Притом моя позиция была некая больше сдержанность, чем вот такая инициатива. Но я понимал этот момент: мне стоит перебрать с этой сдержанностью — я лишусь авторитета.

- Да, тонкий политический момент для вас.

Франц Клинцевич: Да, лишусь авторитета среди этих людей в своей организации.

- Что Франц Клинцевич не с нами, он…

Франц Клинцевич: Он устал, он ушел, ему это не нужно, ему это навредит и т.д. Я не ставил ни перед кем запреты и т.д. Говорил: «Это лично ваш выбор, я это понимаю». Но я еще это дело понимал, потому что мне было легче, это связано с родственниками, мне никто не мог предъявить претензий в плане того, что мы там процесс организовывали и т.д., чтобы помочь раненным, погибшим. Все равно я понимал, что этим людям надо помогать.

- К вам стекается такое огромное количество данных, наверное, вы — один из тех людей, которые могут сделать оценку: какое присутствие россиян сейчас там, на территории самопровозглашенных республик?

Франц Клинцевич: Много, много. Если бы не было этих людей, то там было бы сложно ребятам. Было бы сложно шахтерам, было бы сложно коммерсантам, тем, кто там живет, работает. Правда. Там была серьезная такая поддержка.

- А товарищи, особенно бывшие боевые товарищи, звали туда поехать с ними, посмотреть, что вообще происходит? Были же, наверное, такие инициативы?

Франц Клинцевич: Да, конечно, были инициативы, звонки, разговоры. Но в данном случае мои поездки туда были связаны только с одним — я все-таки первый замруководителя фракции, где-то там засветится, кто-то будет и т.д. Я просто могу подставить людей. Завтра скажут: «Ну, Клинцевич поехал, значит, даны какие-то установки» и т.д. И так на Россию слишком много грязи всякой и т.д. Многие не понимают, что сегодня многие процессы из того, что происходит на юго-востоке, они связаны только с тем, что власть не то что организовывает, власть просто не мешает людям. Посмотрите по гуманитарной помощи. У меня афганцы Урала только что собрали 19 вагонов гуманитарной помощи.

- Эта деятельность организовывается через какие-то государственные структуры, общественные приемные?

Франц Клинцевич: Это общественные организации, но завязано на МЧС, у меня четкая установка работать с МЧС, согласовывать, делать эти вещи, чтобы это было прозрачно и контролируемо государством. Это очень важно, потому что где война, там всегда много бардака. Там всегда много злоупотреблений, к сожалению.

- Ну и власть — это один из тех механизмов, который может это структурировать и держать это под каким-то контролем.

Франц Клинцевич: Конечно, конечно. Ориентироваться только на тех людей, кто находятся при власти.

- Если вернуться к разговору об общественных движениях внутри страны, мы говорим о том, что чтобы это эффективно происходило, это должно курироваться как-то со стороны власти. Вот есть некое кураторство?

Франц Клинцевич:  Все, что связано с Антимайданом, там же полностью инициатива, вот эта внутренняя инициатива людей снизу. Инициатива снизу.

- А что для них является главным мотивирующим фактором — ощущение внешней угрозы, ощущение потенциальной нестабильности?

Франц Клинцевич: Сопричастность с событиями, которые происходят. С нежеланием создать в стране процессы вот эти деструктивные, которые произошли на Украине, которые просто ухудшили жизнь людей, которые приведут  к большим серьезным угрозам, в том числе, и к военным конфликтам и так далее. Именно поэтому люди поддержали инициативу, которая пришла снизу. Я считаю, что эта инициатива — она, на мой взгляд, правильная.

- Спасибо, Франц Адамович, что нашли время с нами встретиться. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.