Шпионы поневоле: как ФСБ мстит за отказ сотрудничать, кого сажают за измену родине и кто в МГУ получает офферы с Лубянки

Репортаж Евгении Котляр
27 сентября 2018 Евгения Котляр
48 282

От кого защищается Родина? Евгения Котляр познакомилась с людьми, которых осудили за измену родине и с родственниками тех, кто сейчас находится в Лефортово по подозрению в госизмене.  Как ФСБ вербует и почему просит «стучать» на иностранцев? Кого проще всего проверить на верность родине? И почему вирусологи из МГУ пользуются большим спросом на Лубянке?

«Слушай сюда, ты будешь мне стучать на всех, на кого я тебе скажу, и в первую очередь, на всех иностранцев, с которыми ты общаешься»

Владимир Мартыненко вспоминает свои первые разговоры с оперативниками ФСБ. Тридцать лет назад его пригласили в неприметное мурманское кафе и предложили сотрудничать.

Саннвика, тихий пригород норвежского Осло, наши дни. Пара сотен случайных зрителей меланхолично слушают русского тенора. Среди зрителей — жена Владимира, Елена. Год назад супруги Мартыненко получили статус политических беженцев и окончательно осели в Норвегии.

Владимир Мартыненко: "Да ты не понимаешь, что я тебя заставлю, ты будешь для  меня делать всё, что я тебе ни скажу". Я говорю: "не буду, а морду разобью сейчас, если ты рот свой не закроешь." Но мои слова не произвели впечатления.

Есть предложения, от которых невозможно отказаться. И если история певца из Мурманска Владимира Мартыненко, закончилась в Норвегии, то у 74-летнего физика Виктора Кудрявцева все только начинается.

Ольга Кудрявцева, жена Виктора Кудрявцева: И его сразу с кровати, будят, или что: "вставай". А он спрашивает у меня: "кто это?" Я говорю: "Ну кто? ФСБ".

Иногда отказать в дружбе оперативнику — это как изменить родине. Физик Валентин Данилов за госизмену отсидел десять лет. Сейчас он живет в Новосибирске, но обратно в науку Данилова уже вряд ли позовут.

Валентин Данилов: За 5 лет, то что я в академгородке, никто мне не предложил работу. Конечно нужно где-то искать работу, я этим занимаюсь, какие наши годы, всего 70 лет, что вы.. Жизнь только начинается.

Певец Мартыненко заинтересовал оперативников ФСБ из-за европейских гастролей и дружбы с иностранными политиками. Физики Кудрявцев и Данилов — просто были под рукой. Поиск шпионов и предателей для спецслужб — давно уже превратился в самый быстрый лифт к премиям и новым звездам на погонах. Спастись удается единицам.

В самом начале нулевых Владимир Мартыненко часто гастролировал по Европе. В одной из поездок к нему за кулисы зашла растроганная талантом певца из России Анна Ибрисагич. Депутат Европарламента и бывшая оперная певица. На общем фото довольные встречей Анна и Владимир стоят в кампании еще одного политика — шведского премьера Карла Бильта.

Владимир Мартыненко: И естественно, что эти люди чрезвычайно интересовали сотрудников ФСБ.

Стучать на своих новых друзей Мартыненко отказался, и надолго забыл о предложении оперативников. Только через семь лет в аэропорту «Домомедово» Мартыненко задержали и отвели в комнату для допросов.

Владимир Мартыненко: "Я полковник ФСБ такой-то такой-то, ты меня помнишь?". Я потом вспомнил, что это тот человек, который меня пытался вербовать, которому я отказался стучать. Берут у меня кофр, и говорят: обыск, вы обвиняетесь в госизмене, в форме шпионажа...

Сценические костюмы оперативников не интересовали. Они искали флэшку, которую накануне Владимиру Мартыненко передал знакомый.

Владимир Мартыненко: Он меня просил, чтобы я взял флешку и передал ее друзьям в Китай, он уже работал провокатором на ФСБ. То есть ФСБ дала ему эту флешку вероятно, для того чтобы он мне отдал, для того, чтобы создать это дело.

Больше двух лет в Лефортово и почти три года в колонии по статье о госизмене. Мартыненко, который всю жизнь пел, в Лефортово раскручивали на признание как матерого шпиона.

Владимир Мартыненко: "Ты не переживай, ты здесь вообще как свидетель. Ты просто понимаешь, мы тебя здесь закрыли почему, потому что ты реально пойми, ну вдруг на него кто-то работает или на китайскую разведку, они же тебя бац и все, ты же как свидетель не дойдешь до суда — тебя надо беречь".

Подсадные соседи по камере жаждали откровений о «шпионских делах» певца и советовали признаться в выдаче китайцам секретов новейших ракет С-400.


Владимир Мартыненко: Я вижу, что священник — это костюмированный ФСБшник, потому что то, что он говорит, как он говорит — это фактически ничем не отличается от этих следователей, которые пытаются тебя на что-то развести.

Адвокат Илья Новиков: Если принято процессуальное решение, оно уже едет по вот этим рельсам в сторону обвинительного приговора как по чему-то, что невозможно сдвинуть вообще ни в какую сторону.  Следствием по этим делам всегда занимается ФСБ, это их статья. Следственным органам слишком легко работать с этой статьей и подводить под нее случаи явно несерьезные или искусственно созданные.

Миша Кудрявцев, внук Виктора Кудрявцева: "Пап, что это за люди?" Оказалось, обыск, то се. Я с ними разговаривал, когда встал, сначала в кабинет зашел, там все книжки вывалили...

В дом Виктора Кудрявцева в подмосковном Королеве оперативники пришли рано утром.

Ольга Кудрявцева: "Где деньги, где драгоценности.." Я говорю: какие деньги, какие драгоценности?... Ну говорю, ищите, уже тут искать ничего, но если найдёте, говорю, хоть покажите. Ну, в общем, они тут искали, искали, но ничего не нашли — у нас даже золота ну совершенно дома нет, у меня крестик и то на серебряной цепочке.

Никаких сбережений у Кудрявцевых не было. Всю жизнь они проработали в государственном ЦНИИМАШ.  

Ярослав Кудрявцев, сын Виктора Кудрявцева: Это фактически был НИИ, но в котором разрабатывалось всё, что у нас летает в космосе. То есть, во-первых, в основном это конечно космические аппараты.

Примерно о таких технологиях говорил президент Путин в своем послании Федеральному собранию. Сын – Ярослав Кудрявцев, тоже доктор физико-математических наук, работает в другом НИИ. К нему на всякий случай, тоже пришли.

Ярослав Кудрявцев: Сказали: есть ли у вас что-то с символикой НАТО? Ценности там, деньги…

Уголовное дело против Кудрявцева-старшего возбудили по статье госизмена. Физика обвиняют в передаче секретной информации брюссельскому Фон Кармановскому научному институту. Притом, что это был совместный проект бельгийцев с российским Минобрнауки.

Ярослав Кудрявцев: Ему, я так понимаю, не дают даже намеков, на то, что же он такое там отправил, потому что..

Ольга Кудрявцева: Он говорит, покажите мне, я вам всё объясню! Они говорят нет, ты должен сам сказать всё.

Доступа к материалам под грифом совершенно секретно у Кудрявцева не было. Он курировал международные проекты, просто потому что знал язык.

Ярослав Кудрявцев: То есть вел он себя непредусмотрительно для шпиона — и мэйлом пользовался открытым, и канал связи какой-то дурацкий, такое впечатление, что он попал просто в какую-то подставку.

Адвокат Иван Павлов — один из главных специалистов по делам о госизмене. Виктор Кудрявцев— один из его подзащитных. 

Иван Павлов: Сам Виктор Кудрявцев отрицает, и говорит, что "не мог ничего отправить помимо того, что мы делали в открытом режиме в рамках проекта, за рамки проекта я не выходил. Все осуществлялось под руководством института". Просто вот обвиняют и все.

Соня Кудрявцева, внучка Виктора Кудрявцева: Пишет он про всякие бытовые моменты, потому что про другое не разрешается. Два письма, которы он первые написал, забраковали и отправлять не разрешили. Мне сейчас его не хватает на самом деле.

Массовой поддержки от коллег родственники не видят, но и не осуждают – с обысками домой приходили ко многим в НИИ. Люди запуганы, пару лет назад на 7 лет посадили начальника Кудрявцева, Владимира Лапыгина. Тот, кстати, сейчас работает в колонии библиотекарем, смена через смену с бывшим министром экономразвития Алексеем Улюкаевым — им явно есть, о чем поговорить.  

Если вы ученый, особенно молодой, у вас есть шанс избежать внимания сотрудников ФСБ. Это начать на них работать. Студентов вербуют прямо между парами, некоторых — дистанционно. Особенно это касается престижных вузов с традиционно хорошим образованием.

Сергей Силаев, выпускник биофака МГУ:  "Вирусологи! Четыре восклицательных знака. Работа в госструктуре". Скорей всего ФСБ, информации никакой. Попросили именно биохимиков со знанием вирусологии именно из МГУ, для чего просят прислать на почту телефон и резюме. При этом отдельно было указано, что «нужны очень адекватные, за которых можно поручиться».

Сергей Силаев с отличием закончил бакалавриат биологичечкого факультета МГУ. Вирусологи нынче товар штучный. Поэтому работу искать долго не пришлось. В закрытую студенческую группу «ВКонтакте» пришло заманчивое предложение поработать на ФСБ.

Сергей Силаев, выпускник биофака МГУ: Нацелены эти структуры на  довольно-таки профессиональные кадры. Это все-таки биологический факультет, и , соответственно, я знаю людей, которые там учатся и чему они там могут научиться.

Специалисты узкого профиля на особом счету у кураторов из ФСБ. Переводчики, программисты, дипломаты, и как мы недавно поняли — вирусологи.

Сергей Силаев, выпускник биофака МГУ: Первая ассоциация была с недавними событиями в Солсбери. И мои одногруппники согласились…первый коммент – командировка в Солсбери прилагается.

Раскрыть этот лубянский хедхантинг Сергей согласился только потому, что уже поступил в магистратуру за границей. Об опыте общения с вербовщиками из ФСБ не принято рассказывать. А зря.

Илья Новиков: Любые приглашения на беседы конфиденциальные, называйте это вербовкой, называйте это беседой – как хотите, они для вас не обязательны и как показывает опыт, если вы предадите историю огласке, сам факт такого разговора, приглашения, то, скорее всего, от вас отстанут, потому что вы станете бесполезная.

История о попытке вербовки пресс-секретаря «Открытой России» – Натальи Грязневич достойна методички для сотрудников ФСБ — «как делать не надо». Однажды утром в дверь Натальи позвонил мужчина с букетом.

Наталья Грязневич: Я открыла: стоял молодой мужчина. Ну, как молодой… Средних лет. Ну, лет сорок пять. Очень симпатичный такой, опрятный. Аккуратная стрижка, костюм.Я задавала такие очевидные для такой ситуации вопросы: кто вы? Откуда вы знаете, где я живу? Зачем вы пришли? Что это за цветы? А он так отвечал очень уклончиво. Не ответил конкретно ни на один вопрос.

Через несколько часов они договорились встретиться в «Шоколаднице» у метро.

Наталья Грязневич: Я говорю: "Так, а в какой организации вы работаете?" Он: "А я разве не сказал?" Я: "Нет, не сказали". Он говорит: "УФСБ, меня интересуют ваши зарубежные поездки". Прямо так и сказал. Видимо, да, им нужны информаторы.

Через два дня после этого Наталья написала подробный пост о беседе с незнакомцем в штатском в фейсбуке.

 

Владимир Воронцов, администратор паблика «ВКонтакте» «Омбудсмен полиции»: Федеральная служба безопасности занимается как оперативно–розыскной деятельностью с целью раскрытия преступления, так и с целью контрразведывательной деятельности. Если говорить о законе об ОРД, то не только сотрудник ФСБ вербуют агентов.

Создатель паблика «Омбудсмен полиции» Владимир Воронцов знает, о чем говорит — в прошлом он сотрудник центра «Э».

Владимир Воронцов:  Первое – это идеологические соображения, то есть такой идейный доносчик, типа в стране что-то не так и надо рассказывать, что происходит. Второй момент – это материальная составляющая, то есть за вознаграждение. И третий вариант мотивации – наличие контрматериалов в отношении самого вот этого агента. Либо ты начинаешь с нами сотрудничать и мы ход этой информации не даем, либо привлекаем тебя к уголовной ответственности.

Обучение мастерству доносов сейчас в России практикуется со школьной скамьи — тренироваться предлагают на мемах.  

Валентин Данилов: Как говорил Петр I — первый кнут доносчику. Пишут доносы, ну они и работают, не было бы доносов, они бы не работали. Ну а дальше, когда дело, главное..  дело легко начать — тяжело закрыть его.

Валентин Данилов отсидел за измену родине десять лет из назначенных четырнадцати. По его мнению, ФСБ обращает внимание на тех, кого указали добровольные помощники. После освобождения бывший директор теплофизического центра КГТУ по привычке ездит в новосибирский Академгородок, хотя работы для него здесь нет.

Валентин Данилов: Мне жена предлагала дворником где-нибудь пойти устроиться, на свежем воздухе. Но кое-что я здесь сделал, но не в официальных организациях, не в государственных, то есть в частных компаниях я был консультантом, работал, в общем-то..

В нулевых дело Данилова гремело на всю Россию. Тогда первый суд присяжных полностью его оправдал, но верховный суд по обращению Генеральной прокуратуры решение отменил.

Валентин Данилов: У меня был официальный контракт между институтом физики и политехническим институтом. Там, значит, всё делалось официально, так сказать. А потом вдруг возникли вопросы.

В поддержку Данилова собирали пикеты, за него выступали Виталий Гинзбург, Евгений Евтушенко, Владимир Войнович. Не помогло.

Валентин Данилов: Ученых можно обвинить в чем угодно, только не в том, что они идиоты. Если человек владеет какой-то тайной и хочет нанести какой-то ущерб стране, грубо говоря, подпилить столбики, на которых крыша крепится, потому что нанести ущерб стране, проживая в ней, это нанести ущерб себе автоматически. Так он спокойно может уехать за границу, все это рассказать. И остаться там, не возвращаться, это ничему не противоречит.

В тюрьме Данилова прозвали «профессором», и даже на зоне он продолжал работать над экологичными системами отопления.

Валентин Данилов: Жена спросила, а с кем ты сидел? Я говорю, ну как..с убийцами, с террористами, с наркодиллерами.. 

Но ФСБ интересуют не только ученые. Этим летом в Лефортово правозащитники обнаружили Антонину Зимину. Ее задержали в Калининграде по подозрению в госизмене. До 2016 года Антонина была директором Балтийского центра диалога культур — НКО занималась организацией выставок и конференций. Сейчас центр возглавляет муж Зиминой – Константин Антонец. Говорить с журналистами он отказывается. Рассказать про Антонину согласился рижский друг семьи, Руслан Панкратов. Сама Зимина в Лефортово говорила правозащитникам, что единственными доказательствами ее вины являются свадебные фотографии. Что конкретно заинтересовало на снимках спецслужбы — неизвестно. Но даже несмотря на близкую дружбу, Панкратов убежден — в ФСБ не могли ошибиться.

Руслан Панкратов: Такая организация как ФСБ, особенно такая организация как контрразведка, никогда с кондачка не работают. Это значит была четкая, ясная, проверенная, особенно хочу подчеркнуть, информация, которая проверяется даже не с двух источников независимых, а как минимум, с трех, если не с пяти. Знаете, такой замес, ну я бы не сказал брезгливости, но, знаете, горький вкус предательства, мерзости, разочарования и брезгливости может быть даже. Ну как так, такие отношения, личные отношения, и человек работает на геополитического врага — это, конечно, удар стал для нас всех. 

Один из самых ярких представителей «русского мира» в Прибалтике чувствует себя в кольце врагов — по словам Панкратова, на территории Латвии около 150 сотрудников ЦРУ, не считая агентов МИ6 и Моссада.

Руслан Панкратов: Если она проявила какую-то женскую глупость и нечаянно это сделала... я так понимаю, она не могла оговориться, скорей всего речь идет о том, что она целенаправленно сотрудничала, информировала этих людей.

По мнению защиты Зиминой, ее арестовали специально чтобы обменять на Марию Бутину, задержанную в Вашингтоне.

Из томской колонии певец Владимир Мартыненко вышел по УДО, отсидев пять лет — благодаря участию в конкурсе тюремной песни «Калина красная».

Теперь он распевается в лаконичных интерьерах своей норвежской квартиры. По мотивам своей истории Владимир написал книгу «Я русский шпион», в свободное от учебы время. Чтобы получать пособие, они с женой обязаны посещать курсы норвежского.

Владимир Мартыненко: Очень много сил, очень много энергии, я уже не говорю про школу. Школа это просто…  с норвежского на норвежский, для нас, для людей, которым уже за полтинник, это архитяжело.

В их новой жизни школа — один из немногих моментов, с которыми приходится просто смириться. Но есть и плюсы. Те, кто от внимания российских спецслужб уехали за границу, уверены, что теперь они в безопасности.

 

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю