Россия после поправок. Кандидат «Нет» стал главным противником Путина, власти не из чего строить «стабильность №2», Хабаровск — только начало

В гостях у Анны Немзер в программе «Политика. Прямая линия» — Кирилл Мартынов, редактор отдела политики «Новой газеты». Поговорили о новом законе о многодневном голосовании на выборах, причинах митингов в Хабаровске и мирном развитии протестов на Дальнем Востоке, точке кипения российского общества и росте протестных настроений, почему дело Ивана Сафронова, обыски в редакциях «МБХ-Медиа» и «Открытой России» и в квартире мундепа Юлии Галяминой начались сразу после голосования по поправкам и сможет ли власть построить новую стабильность после «обнуления». 

Всем привет, дорогие друзья. Это «Политика. Прямая линия» на телеканале Дождь. Меня зовут Анна Немзер, и сегодня у нас в гостях, в студии уже наконец, не по скайпу, не по зуму, Кирилл Мартынов, редактор отдела политики «Новой газеты». Кирилл, здравствуйте.

Здравствуйте.

Мы начнем с Хабаровска. Вообще как бы все, о чем сегодня будем говорить, это такая Россия после поправок, что проходят первые недели после голосования, и мы пытаемся понять, в каком мире мы оказались. Мир этот действительно сильно отличается от того, в котором мы жили раньше. Вот, например, пять дней идут протесты в Хабаровске, очень серьезные, очень такие внушительные, действительно производят впечатление, как минимум, своей длительностью. Я знаю, что вы сейчас проводили стрим «Новой газеты» с участием хабаровчан и Кирилла Рогова и говорили про это много, я немножко прошу прощения, что придется повторяться, но тем не менее, конечно, не поговорить про него мы не можем. Скажите, пожалуйста, как вам кажется… Вот все-таки мы имеем дело с ситуацией, когда людям показали и предъявили, в смысле продемонстрировали, очень серьезное обвинение, это не яхту какую-то нашли, и даже не хищение, и не какие-то финансовые, там предъявляют убийства непосредственно. Мы вообще знаем, что общество склонно скорее всерьез относится к такого рода обвинениям, и вот тут как бы такой массовый протест, когда люди говорят: «Нет, мы не верим!». Я таких прецедентов не помню, даже Улюкаев это была совершенно другая история. С вашей точки зрения, это что за действительно точка кипения, до которой люди дошли? И как бы откуда они берут ресурсы на такую уверенность в том, что нет, убийства не было, и все эти обвинения не обоснованны?

Для начала надо вспомнить или сказать, что это специальная механика, конечно, то есть эти обвинения против Фургала возникли не на пустом месте, не в смысле, что он непременно в чем-то виноват, это вопрос открытый, а в том смысле, что его во власть когда пускали, люди прекрасно знали, что в общем можно ему что-то предъявить, что он в общем у них, у наших спецслужб, у силовиков «на крючке». Это такая очень старая техника, она действительно всегда работала. Наверное, самый неприятный момент для многих наших знакомых это история Никиты Белых, в отношении которого эта схема была разыграна, и все сказали, ну вот да, такой губернатор проворовался, знаем мы, все они там такие воры. Здесь действительно обвинение предъявлено еще более серьезное, но мне кажется, что основная причина, что сильно изменился контекст, буквально даже за последние месяцы, а не только за последние годы. Потому что в российский суд, как самый справедливый и честный, мне кажется, давно никто не верит, кроме, не знаю, детей разве что, которые никогда ничего не читали в новостях и сами не сталкивались с тем, как у нас выносятся приговоры. Доверие к системе держалось на чем до последнего момента? Предположительно, на доверии к лидеру, к национальному лидеру, к Владимиру Путину, что вот он чего-то не знает, но он придет, он разберется, наведет порядок, бандитов-убийц от власти отстранит, заменит на каких-то приличных людей, даже если они в погонах будут, и в целом все будет в порядке. Когда вот этот зонтичный бренд под названием Российская Федерация и одновременно Владимир Путин, когда она начала как-то немножко потрескиваться и пошли какие-то разломы в этой конструкции политической, так же и вот эта схема с компроматом на Фургала, она тоже не сработала. То есть это, конечно, не случайно, не случайно эта старая схема, такая «чекистская» как бы, в кавычках, не случайно она дала сбой именно сейчас, потому что в целом идет перестройка, с одной стороны, политической системы Российской Федерации. Люди, которые находятся у власти, они стараются ее, разумеется, понятное дело, сохранить, они всегда только этим заняты, они видят, что в общем доверие к ним падает, и они пытаются создать из осколков того, что было, что-то другое. Мы об этом, я думаю, тоже сегодня будем говорить. Но попутно люди просто отзывают доверие, и то, что мы сейчас в Хабаровском крае видим, это просто отзыв доверия граждан в отношении Кремля. Вот как бы надо очень четко это понимать, потому что все это вмешательство в жизнь края со стороны силовиков выглядит исключительно как мера федеральных властей, направленная против граждан, которые два года назад сделали какой-то политический выбор, хороший или плохой, не важно. И что характерно, ничего ужасного с краем при Фургале не случилось.

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю