Как заставить Собянина допустить оппозицию, почему Набиуллина выступила против Путина, а Белоруссии грозит участь Грузии

Владимир Милов о том, как экономический кризис перерастает в политический
10 июля, 18:08 Анна Немзер
21 266

В свежем выпуске программы «Политика. Прямая линия» политик Владимир Милов из первых рук рассказал о том, какими методами мэрия Москвы не дает оппозиционным кандидатам попасть на выборы в Мосгордуму и чего боится Собянин. Также обсудили внезапный выпад Эльвиры Набиуллиной против экономической политики Владимира Путина, доклад ОБСЕ об убийстве Бориса Немцова, антигрузинскую кампанию Кремля и дела против инвесторов в России.

Всем привет, дорогие друзья! Это «Политика. Прямая линия» на телеканале Дождь. Меня зовут Анна Немзер, и у нас сегодня в гостях политик Владимир Милов. Владимир, здравствуйте, спасибо большое, что смогли к нам прийти.

Здравствуйте.

Мы, конечно, с Мосгордумы начинаем. Очень много новостей в этой связи. Последнее, что я проверяла: идут трансляции в фейсбуке у Елены Русаковой о том, как проверяются подписи. Очень много уже у оппозиционных кандидатов выявлено якобы нарушений, об этом мы сейчас поговорим.

Сегодня в Москве проходят пикеты за честные выборы в поддержку оппозиционных кандидатов. У Яшина, у Гудкова, у вас тоже какие-то происходят везде нестыковки. Гудков написал буквально пару часов назад, что в шести тысячах подписей нашли похожие, люди указывают год, они пишут «2019», находят похожее написание, не обращают внимания на то, что разные почерки, разные подписи. Вот утыкаются в эти четыре цифры и бракуют подписи по этому поводу.

Во-первых, я хочу спросить, как у вас с этим обстоят дела, потому что у вас была отбраковка, как я понимаю, на стадии ваших волонтеров, они немножко перестраховались.

Да, мы из-за этого не сдали в избирком, поэтому я сейчас не участвую в этих всех процедурах, но могу многое рассказать вам. У нас просто один из самых многочисленных округов, и из-за этого был один из самых высоких минимальных порогов подписей. То есть нам надо было на 700–800 подписей больше собрать, чем, скажем, Яшину или Соболь. И у нас все время была ситуация 50 на 50, мы чуть-чуть буквально, 123 подписи недобрали и из-за этого не сдались.

Но я прекрасно понимаю, что там сейчас в избиркомах происходит, не раз в этом участвовал. Если грубо говорить, то позиция наша, независимых кандидатов, такова, что если у избиркома к какой-то подписи появились претензии или вопросы, да, то ее надо признать спорной и проводить полное разбирательство, то есть изыскивать этого конкретного избирателя и, грубо говоря, спрашивать, подписывался он или нет.

Но избиркомы предпочитают такой лентяйский подход к этой ситуации: какому-то графологу что-то не понравилось, всё, мы пишем протокол, что эта подпись недействительна. Мы категорически против, и было даже решение Конституционного суда три года назад на эту тему, которое говорит, что надо исследовать весь комплекс доказательств, то есть в итоге искать реального избирателя и проверять, его это подпись или нет. Они хотят по-легкому, я так понимаю, всех вычеркнуть.

Если действительно, как в истории с Яшиным, там выходит, что они тратят на подпись меньше четырех секунд. Выходит как-то так, если взять количество времени и количество подписей, сданных от всех людей, которые их сдавали, то понятно, что они явно не настроены на какое-то тщательное разбирательство, а настроены они, в общем, убирать оппозиционных кандидатов, видимо, называя вещи своими именами.

Да. Там есть очевидный такой заказ на это дело, да, и здесь перекос по времени. Яшин там давал расчет, сколько они часов там провели.

Да, сколько часов они сидели и сколько подписей им было сдано.

То есть это очевидно говорит о том, что они, скорее всего, возились с его подписями, а вот эти все подписи официальных кандидатов и спойлеров так пролистали по-быстрому и ничего с ними не делали, да. Это объясняется просто.

Понимаете ли вы в данном случае стратегию мэрии? Мы видим, что действительно очевидно, что все проблемы на такой стадии, на сякой стадии возникают именно у оппозиционных кандидатов. Это уже очевидная картинка, спору нет. Какова стратегия мэрии?

Я думаю, что все объясняется одним словом ― страх. Были разные варианты: допустить, не допустить, поиграть в конкуренцию и так далее. Но у них возобладал природный инстинкт, страх. Яшин в Мосгордуме, Соболь в Мосгордуме, Гудков в Мосгордуме ― это опасно, это значит, что вся их кухня будет вынесена наружу.

То есть вместо того, как похорошела Москва, и вместо велодорожек заголовки будут такие: «Оппозиционные депутаты выступили против сокращения расходов на здравоохранение», да. И это будет очень неприятно Собянину, у него весь мир перевернется, красивая картинка уйдет, а все будут обсуждать вот это. И, конечно, он этого не хочет, поэтому он просто испугался, что появится реальная оппозиция в Мосгордуме, видимо, ведет к тому, чтобы всех снимать.

С вашей точки зрения, кто-то… Насколько я понимаю, у Юлии Галяминой не было, несмотря на то, что ей подсунули каких-то кандидатов-конкурентов, которые с похожими фамилиями, тем не менее у нее, насколько я понимаю, вот таких пока я еще не видела. Может быть, я что-то пропустила, подскажите мне. Я еще не видела, чтобы она написала о каких-то явных фальсификациях, о том, чтобы забраковали ее подписи.

Как вы считаете, есть ли у кого-то шанс на то, что все-таки кто-то из оппозиционных кандидатов пройдет?

Я сужу по Яшину. Для меня это такая лакмусовая бумажка, потому что у него наиболее идеальная ситуация. Он избранный глава муниципалитета, у него есть реальная поддержка, это видел весь город. Я, например, сидел в центре сбора подписей на Рождественском бульваре, где команда Навального за разных кандидатов подписи собирала. К нему реально стояли огромные очереди из жителей округа, это в его округе находится, да, они просто приходили туда.

И у него такое довольно умеренное количество подписей, сильно меньше, чем в нашем округе, например, да. То есть очевидно, что он собрал. И то, что к нему раньше всего начались такие жесткие придирки, это уже такая декларация о намерениях: по всем остальным мы примерно по такому же трафарету будем подходить. Галямина, может, просто не рассказывает, но я не сомневаюсь, что у всех реально сильных независимых кандидатов будут такие же проблемы.

Пропустят ли каких-то оппозиционных кандидатов, с вашей точки зрения, которые, может быть, не представляют такой существенной опасности, как Яшин, Гудков, Соболь? Например, кто-нибудь из «Яблока». Есть ли вообще шансы у кого-то в этой ситуации, относительно оппозиционного?

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю
Россия это Европа