Интервью Кудрина Дождю: о переносе выборов и аресте активов в Европе

18 июня 2015 Михаил Зыгарь
48 506

Глава Комитета гражданских инициатив и бывший министр финансов Алексей Кудрин в четверг, 18 июня, в интервью главному редактору Дождя прокомментировал свое выступление на Международном экономическом форуме в Петербурге, где он заявил о важности проведения досрочных президентских выборов.

Зыгарь: Добрый вечер. Мы заканчиваем первый день Петербургского экономического форума. И сейчас к нам присоединился глава Комитета гражданских инициатив Алексей Кудрин. Спасибо большое, Алексей Леонидович, что после долгого и тяжелого дня нашли время. Я вас поздравляю, вы сегодня похитили просто повестку первого дня форума, стали главным ньюсмейкером. Удалось вам то, что вы задумали?

Кудрин: Все мои выступления, мое участие в форуме – это желание приблизить будущие структурные реформы, без которых наша страна обречена на стагнацию и на отставание в мире, на превращение во второсортную страну. Структурные реформы нельзя откладывать. И, собственно, одно из моих предложений, которое было связано с тем, чтобы быстрее пройти цикл выборный, электоральных выборов, быстрее перейти к реформам и было связано с тем, что я предложил обратить внимание на опыт Казахстана, где были приближены выборы и реформы.

Зыгарь: Знаете, я с очень многими людьми сегодня разговаривал по поводу этой вашей идеи. Потрясающие, конечно, реакции. Поделюсь с вами таким очень любопытным, экзотическим анализом, что ваша затея заключается в том, чтобы убедить президента, что ситуация в экономике такая тяжелая, что к 2018 году она станет такой плохой, что говорить об убедительной победе будет довольно трудно, поэтому лучше сейчас организовать выборы, потому что черт его знает, что будет дальше. Более того, говорят вот эти люди, которые ходят здесь, в Ленэкспо, идея в том, чтобы убедить Путина, что не нужно сейчас идти в президенты, нужно сейчас пойти обратно в премьер-министры, собрать команду реформаторов в составе Кудрина, Грефа – вот ту золотую команду реформаторов и, мол, снова как в первый срок заработать. Что вы про это думаете?

Кудрин: Повторяю, первой моей главной целью - провести быстрее выборы и приступить к структурным реформам. Это была главная цель. Я не исключаю, что некоторые другие факторы тоже этому способствуют. Прежде всего, высокий рейтинг президента Путина. Всегда, знаете, ждать от хорошего лучшего – тяжело. Рейтинг может снижаться. Второе. Конечно, экономическая ситуация может ухудшаться. То есть, она не будет, может быть, и сильно ухудшаться, но она и не будет сильно улучшаться. Я говорю именно о стагнации. И когда усталость от стагнации будет накапливаться, то, действительно, сложнее будет проводить выборы. Мне кажется, здесь сочетается много интересных моментов. Но уж точно я не имел в виду, что Путин может пойти на пост премьера. Это исключено, я считаю. Все сегодня понимают и, в том числе, в результате прежней такой рокировки, что все-таки все у нас определяет президент и политика президента, включая выборы команды правительства. То, что могут быть реформы, набраны новые команды после выборов, я думаю, что это, скорее всего, так и произойдет.

Зыгарь: То есть, это подкоп под нынешнее правительство. Как вы думаете, отреагирует ли завтра на вашу идею Путин, когда будет выступать, и вообще знаете ли вы его реакцию на вашу идею?

Кудрин: Нет, я не знаю реакцию на мою идею. Это вообще-то экспертное предложение.

Зыгарь: Да, Евгений Гонтмахер тоже об этом упоминал на днях.

Кудрин: Я не думаю, что он будет это даже комментировать.

Зыгарь: Тем не менее, вот эта такая прорывная идея, она, казалось, затмила сегодня другую важную новость, которую обсуждали - это новость про арест, собственно, активов, счетов во Франции, Бельгии. Как вы считаете, к чему это может привести? Насколько это вообще опасно и где могут быть вот те активы, которые могут быть арестованы, и чем это грозит нашей экономике?

Кудрин: Во-первых, сам факт, что ряд стран перешли к принудительному выполнению решения международного суда, которое является обязательным для России – это уже негативный факт для нашего инвестиционного климата. Я уже в одном из выступлений сказал, что Россия имеет обязательство по выполнению решений международного суда. Больше того, во всех кредитных соглашениях, эмиссионных выпусках акций и облигаций обычно записывается, где решают спорные вопросы акционеры, инвесторы, бизнес-партнеры. Как правило, выбирается какая-то международная юрисдикция. Очень важно, чтобы Россия придерживалась этих правил, способствовала тому, чтобы бизнес всегда решал свои юридические вопросы, в том числе, в данном случае и вопросы государства с акционерами, в данном случае «ЮКОСа». Я не хочу предвосхищать никаких событий, каждый должен действовать в соответствии со своими полномочиями, но, в общем, нужно выполнять международные соглашения, в которых участвует Россия.

Зыгарь: Но разве вот этот Рубикон еще не пройден, то, что уже пошли аресты, значит, что Франция и Бельгия не верят в то, что Россия будет выполнять решение международных судов?

Кудрин: Нет, ну так это уже произошло, что невыполнение имеется. Вопрос: что дальше? Всегда можно уточнить, вернуться к этим вопросам. Мировая практика очень богатая на этот счет, так что никогда не поздно уточнить свою позицию и смягчить, или пойти на компромисс по решению каких-то вопросов с кредиторами, или в данном случае с акционерами. Это всегда возможно и позже.

Зыгарь: Вы наверняка хорошо себе представляете структуру нашей собственности за рубежом. У нас вообще есть вот эти активы на 50 млрд, которые у нас конфискуют гипотетически?

Кудрин: Я хорошо представляю нашу собственность за рубежом - ее практически нет. В данном случае я это знаю по судам с фирмой Noga, в свое время такая была. Там я занимался более подробно, хотя там были суммы существенно меньше. У нас практически нет государственной собственности, за просто исключительными случаями. То, что относится к дипломатической собственности - не подлежит такому аресту. В других случаях - это, повторяю, единичные случаи. Вот другое дело в том, что это приведет к возможным арестам какого-то имущества. Потом, когда разберутся, что оно не относится к государству, я думаю, оно с ареста будет сниматься. У нас, в основном, собственность государственных компаний за рубежом. Это не одно и то же, что государственное. Это акционерное общество. У них есть, в том числе, и другие акционеры, не только государство. Если арестовывается имущество «Газпрома», «Аэрофлота» или «Роснефти», то страдают и иностранные акционеры.

Зыгарь: То есть, они пока не под ударом?

Кудрин: В этом смысле государственная собственность – это такое очень узкое понятие. У нас практически нет объектов государственной собственности.

Зыгарь: Но, по крайней мере, это значит, что больше не стоит ждать, не знаю, выставок «Эрмитажа» за рубежом, гастролей Большого театра? Культурный обмен наверняка пострадает.

Кудрин: Гастроли вряд ли пострадают, а вот, действительно, собственность выставок каких-то может.

Зыгарь: Последний, наверное, вопрос по поводу единства либеральной команды. Как вы можете оценить ваше внутреннее взаимодействие? Потому что за последнее время много было разных оценок именно с либерального крыла. Одни ваши коллеги говорят, что, в общем, кризис пройден, что все, мол, уже налаживается. Вы, наоборот, говорите, что мы в середине шторма. Кто прав и это видимое разночтение, или оно действительно существенное?

Кудрин: Я знаю, что именно те, кто в правительстве обычно хотят больше положительных новостей.

Зыгарь: Выдают желаемое за действительное?

Кудрин: Да. Вопрос: в какой степени? Я тоже, когда был членом правительства, не акцентировался на самых негативных факторах, но, может быть, и ситуация не была такой острой. Я в 2008 в 2009 году не скрывал никаких проблем, наоборот, наши меры антикризисной политики были рассчитаны еще на более серьезные вызовы. То есть, мы имели «План Б» на более серьезный кризис. Потому что я не предполагал в 2008-2009 году, что цена на нефть быстро вернется на высоту. Я думал, что мы засели на цену 40-45 долларов года на три. Но оказалось, что это было всего 3 месяца, потом цена выросла к концу года до 90. Вот этого я не мог предположить, поэтому мы закладывались на более серьезный кризис. И нигде не скрывали этого и прямо об этом говорили и в Парламенте. Сегодня, мне кажется, что положительная динамика первого квартала всех немножко успокоила. Вот сейчас уже и Министерство экономического развития сказало, что второй квартал будет хуже, но общее среднее снижение в течение года будет чуть поменьше, чем раньше ожидалось. Это действительно.

Зыгарь: Большое спасибо, Алексей Леонидович. Удачи вам и всего хорошего.

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю