Эпиляция элит, тайное послание Улюкаева Суркову, «съедение» Мединского

И влияние солнечного затмения на объем генеральских мозгов

Демоническая полемика антиподов — Станислава Белковского и Александра Невзорова продолжается. Сегодня в «Паноптикуме» Белковский и Невзоров поспорили о том есть ли в России наследственная аристократия, что означает традиция омовения ног в Великий четверг, были ли российские сухопутные войска в Сирии и есть ли они там сейчас, зачем в Прибалтике пугают российскими танками, зачем понадобилось переименовать партию «Правое дело» в «Партию роста», должен ли Мединский уйти в отставку и на другие злободневные темы недели. 

Как обычно, мы обсуждаем главные безумия недели. Я даже придумала идеальный вопрос для нашей программы. Он будет звучать так: «Это совпадение или случайность?». Буду задавать его теперь по любому поводу.

Белковский: Чтобы услышать, что это одно и то же.

Спасибо, что подчеркнули, вдруг кто не понял моей шутки. Итак, тема первая. Сегодня стало известно, что младший сын руководителя администрации Сергея Иванова станет вице-президентом Сбербанка, а депутат Мособлдумы Алексей Рогозин, по совместительству и совершенно случайному совпадению сын вице-премьера Дмитрия Рогозина, возможно (это было обсуждаемо пару дней назад), перейдет в Министерство обороны и займет пост замдиректора департамента имущества, которым ранее руководила Евгения Васильева.

Мне хочется понять природу этого феномена. Таким ли образом формируется в России наследственная аристократия? Что сделают дети с этим наследством отцов? Станислав Александрович, это совпадение или случайность?

Белковский: Это, как мы уже договорились, и совпадение, и случайность одновременно. Я вообще приветствовал бы этот процесс всячески, потому что при отсутствии из-за паралича вертикальной мобильности в последние годы в России скамейки запасных мы всегда переживаем по поводу того, кто окажется у власти. Не окажутся ли там какие-нибудь штатные кладовщики, массажисты нынешних правителей, администраторы публичных домов и так далее?

А здесь, когда уже становятся понятно, что родные дети приходят на смену своим отцам и матерям, это проливает на мою, в частности, душу бальзам спокойствия. Плохого наследства своим детям оставить никто не захочет. Это значит, что в последний момент, в последние 15-20 лет перед уходом от власти нынешняя политическая элита возьмется за ум и как-нибудь отрихтует Россию так, чтобы перед детьми не было совсем стыдно. Во-вторых, мы будем точно знать, кто будет в России у власти, и будем иметь представление о завтрашней России уже сегодня. Во времена моей юности, в конце восьмидесятых была хорошая реклама азербайджанского портвейна «Агдам»: «Завтрашнее похмелье уже сегодня». Вот это завтрашнее похмелье мы можем переживать уже сегодня.

В-третьих, все эти дети, безусловно, будут комплексовать по поводу всеобщих рассуждений о том, что всем своим счастьем они обязаны отцам. К чему их побудят эти развернутые комплексы? К тому, чтобы как-нибудь насолить родителям и доказать, что они проводят политику не предшествующего поколения, а свою, новую и независимую. В-четвертых, придут люди, которые никак органически не связаны с Советском Союзом и советской властью, которым не надо делать вид, что они видят в советском прошлом столько хорошего, сколько, по их фальшивой версии, видят их отцы.

Поэтому я целиком за наследственную аристократию. Я надеюсь, как всякий еврейский фрик и маргинал, что при этой аристократии я найду себе достойную роль шута.

Невзоров: Вы же националист и оплот православия.

А почему нельзя быть и тем, и другим одновременно?

Белковский: Именно по этой причине я еврейский фрик и маргинал. Еще не родился в России такой русский националист и оплот православия, который хотя бы отчасти не был еврейским фриком и маргиналом. Тем самым я могу претендовать на роль русского православного шута, что, конечно, будет одной из самых влиятельных позиций в системе наследственной аристократии.

Невзоров: Один был, его звали Нил Сорский.

Александр Глебович, вы тоже за наследственность?

Невзоров: Честно говоря, я не разделяю здесь вашей уверенности в том, что появится какая-то наследственная аристократия, и уверенности Белковского в том, что дети будут криво в ту или иную сторону продолжать дело отцов. Мы же знаем, что слово «Россия» переводится как «местечко, где дети за отцов отвечают и где все те катаклизмы, которые возможны и приближаются абсолютно отчетливо, сметут, разумеется, и детей тоже».

Зачем власть это делает? Вероятно, по той же причине, по которой дамы в свое время немножко переусердствовали с мини-юбками. Когда очень хочется показать, да? Но поскольку мы помним, что первые мини-юбки вошли в определенного рода конфликт с эстетико-гигиеническими требованиями, когда еще эпиляция не была тотальна и повсеместна. Минимизация юбки и отсутствие эпиляции наводили граждан на грустные ассоциации.

Здесь власть переживает примерно такую же историю. Эпилироваться они не научились, а юбки уже задрали, потому что очень хочется показать.

Как жаль, что я не догадалась сделать кодовым словом сегодня слово «эпиляция». Станислав Александрович, скажите, а что вы оставите в наследство своим детям? Понятно, что оставляют некоторые наши власть имущие.

Белковский: Подождите, все только начинается.

Невзоров: Они ничего не оставляют. Ребята, не обольщайтесь.

Белковский: В России вообще нет права собственности, да.

Невзоров: Во-вторых, вопрос к Белковскому, который только что чуть было не лишился ноги, как минимум бестактный, что он будет оставлять своим детям.

Белковский: Я сказал, что у меня есть несколько запасных конечностей. Они-то всяко достанутся моим детям, если не будут востребованы мной при жизни.

Невзоров: Вы не только русский националист, вы еще и арахноид!

Белковский: Я перевожу для не настолько образованных зрителей, это из семейства паукообразных, у которых примерно шесть ног.

Невзоров: Восемь.

Белковский: Да, шесть ― это у насекомых. Конечно, я паукообразный, я всю жизнь плету паутину. Вы знаете, что паук в доме ― это всегда один из положительных персонажей, что я отношу и к тебе. А что я оставлю своим детям из существенных активов, будет зависеть от моего служения на должности русского-еврейского националиста-шута, на которой и будет создано мое состояние. Блокирующий пакет «Газпрома», к тому моменту ликвидированного, я должен кому-то оставить, не обязательно детям. Он будет забыт на моей могиле, там будет стоять рюмочка водочки.

Понятно, в основном ноги. Александр Глебович, а вы?

Белковский: Конечности в широком смысле, у арахноидов это не так жестко дифференцировано.

Невзоров: Как задело про арахноидов!

Белковский: Раз в жизни вы сказали умное слово, которое я знаю, Александр Глебович. Относитесь снисходительно к человеку, по книге которого к вам будут заходить всякие люмпены, поскольку не люмпены купили билеты на ваше мероприятие.

Невзоров: Я могу сказать, что там был совершенно волшебный зал. Бывает зал, который требует…

Белковский: Капитального ремонта!

Невзоров: А вот еще чуть-чуть заковыристее, непонятнее в хорошем смысле этого слова. Замечательный зал, один из лучших.

Что вы оставите своим детям? В третий раз я вас спрашиваю, Александр Глебович.

Невзоров: А я в третий раз вам не отвечаю, Лика! И вы, будучи дамой необыкновенно наблюдательной и тонкой, могли бы это заметить. О, отвалилась конечность! Понятно.

Вам не хватает ног. Хорошо, тогда переходим к следующей теме. И она специально для вас, Александр Глебович.

Сегодня, в день Великого четверга, в Риме в центре временного размещения нелегалов Папа Римский совершит омовение ног мигрантов. Возможно ли, чтобы кто-то из представителей РПЦ (я не говорю о патриархе) все-таки совершил нечто подобное? Если это случится, изменит ли это ваше отношение к церкви, Александр Глебович? И кстати, это совпадение или случайность?

Невзоров: Это случается каждый год, и в РПЦ тоже, потому что чин омовения ног является обязательной частью православной ритуалистики. И не только в русской православной церкви, во всех других тоже. Никакого события, красивого знака в этом нет. Это давно превращено в нудную формальность, когда долго-долго намываются чьи-то ноги, а потом специальной губочкой с бормотанием всяких заклинаний патриарх или какой-нибудь другой архиерей эти ножки якобы моет. Это все делается в повторение той самой истории, которая приписывается Иисусу Иосифовичу.

Это еще не самая главная скрепа. Я бы сказал, что на днях гораздо круче, чем у Папы, чем чин омовения ног, наконец-то главная скрепа, ее художественный образ для меня сложился окончательно. Произошло это не где-нибудь, а в селении под названием Гнилуша. Я не выдумываю. Это Задонский район Липецкой области. Там, в селении Гнилуша, алтарник местной церкви, благочестивейший человек, почти всю свою жизнь простоявший на церковной службе, усердный покупатель свечек и целователь портретов Гундяева оказался еще и добряком. Он усыновил пять умственно отсталых детишек. Как недавно выяснил Следственный комитет по Липецкой области, пятилетнюю умственно отсталую девочку ему все-таки удалось долго-долго насиловать и растлевать в деревне Гнилуша.

Мы сейчас говорим вообще про Папу Римского.

Невзоров: Гнилуша, умственно отсталая, растление, алтарник. Разве не чудо?

Чудо бывает в разных областях, не только в этих.

Белковский: Не только в Липецкой.

Невзоров: Я по поводу того, что бы ни мыл Гундяев и что бы ни мыли себе все остальные попы, в конце концов, это вопрос внутрицерковной гигиены. Они, как вы знаете, вправе развлекаться любым доступным для них способом. Что касается их игр с мигрантами и со всякого рода беженцами, то игры пока, к сожалению, провоцируют большую кровь и массу всяких ненужных ситуаций по одной простой причине. До сих пор все сидят как идиоты и стесняются обозначить истинную причину терроризма. Она только религиозная, никакой другой нет.

Белковский: Разумеется. Неверие, маловерие, Александр Глебович. В этом и есть истинная причина терроризма.

Невзоров: Конечно. Никакой другой мотивации у террористов, кроме религиозной, не существует, и причина только в религиозности, выпущенной на волю. Вот и все. До тех пор, пока все будут цацкаться с религиями, духовностями и вообще со всех этой фигней, будет литься кровь, взрываться бомбы.

Александр Глебович, мне кажется, вы не услышали возражение Станислава Александровича. Он вам сказал, что истинная причина в неверии. Это про вас!

Белковский: Религии нужно отдаться всей душой и телом своим, конечно!

Невзоров: Пациент Русской православной церкви.

Белковский: Как настоящий пациент, я собираюсь ее распустить, как вы помните, и заявить Конфедерацию независимых приходов.

Невзоров: Многие пациенты хотели бы, чтобы им доверили ключи от их палат.

Белковский: Да, от трудов праведных не наживешь палат каменных. Это к вопросу о наследстве.

Станислав Александрович, мы слушаем вас.

Белковский: А я уже все сказал. Чин омовения ног Иисус Христос учредил, чтобы показать, что он готов к самоуничижению перед лицом своих учеников-апостолов.

Невзоров: До этого это делал Адонис.

Белковский: Кто только до этого не делал! Все критики религии здесь разрываются между двумя крайностями: с одной стороны, утверждают, что Европа стала слишком секулярной и антирелигиозной, поэтому у нее столько проблем, с другой стороны, она дает возможность выйти на поверхность религиозным чувствам, и поэтому у нее столько проблем.

Я все-таки склоняюсь к мысли, что Европа устоит перед наплывом мигрантов и всяческими террористическими актами. Главной силой, субстанцией, которая позволит ей выжить и победить, будет христианство, которое растворено в душе европейского человека, которое лежит в основе европейской банальности добра.

Невзоров: Я вроде бы уже тут праздновал…

Белковский: Что именно, помимо собственной презентации?

Невзоров: Что мне удалось, скажем так, все неолитические мыслишки подвытравить.

Белковский: Я укрепился в вере, что вы. Я просто чувствую себя Лазарем, что вы.

Давайте все почувствуем себя Лазарями и перейдем к следующей теме.

Белковский: Это не так просто.

Мы постараемся.

Генерал-полковник Александр Дворников рассказал в интервью «Российской газете», что именно он командовал российской группировкой в Сирии, и признал, что российские военные действовали в том числе и на земле, то есть сухопутная операция тоже была. Что это за феномен, он же синдром, когда представители российской армии признаются во всем, что они раньше отрицали? Как это устроено? Это совпадение или случайность, Станислав Александрович?

Белковский: Это, безусловно, совпадение. Подходы представителей российской армии совпадают не случайно с подходами высшего политического руководства страны, поэтому это не случайность, но совпадение. Сначала Владимир Путин в конце февраля 2014 года утверждал, что Крым не будет присоединен. Потом он изменил свою позицию, сославшись на то, что он совершенно не хотел присоединять Крым, никаких российских войск там не было, но народ Крыма очень этого захотел. Потом, на следующем этапе, выяснилось, что российские войска все-таки были, но они защищали волеизъявление народа Крыма.

В итоге дело докатилось до того, что никакого волеизъявления и не было, а просто российские войска вошли и оттяпали Крым. Чтобы украинские войска туда не вошли, устами вице-адмирала Белавенцева было сказано тогдашнему президенту Украины Александру Турчинову, что его самолет будет сбит при попытке приземлиться в Симферополе, что довольно пикантно по отношению к главе государства, в состав которого формально Крым все еще на тот момент входил.

Поскольку я знаю дух народа моего, ему священ пример царя его, как говорил известный военачальник в трагедии Пушкина «Борис Годунов», то, конечно, все генералы должны тут же обязательно признать, подобно преступникам, возвращающимся на место своего преступления, что, конечно, поскольку мы только что говорили, что сухопутных войск России в Сирии нет, сейчас мы должны признать, что они там были. Это были те самые силы спецопераций, которые были созданы в составе российский вооруженных сил при министре Сердюкове, которыми недавно командовал любимый телохранитель Путина Дюмин, ставший недавно исполняющим обязанности губернатора Тульской области.

Нужно показать, что мы не только всех обманули, но и сделали это с известным блеском. Никто не предъявит нам этого обмана, потому что он страшно продуктивен и ведет к большим позитивным историческим переменам. Сообщается, что сегодня сирийская армия взяла Пальмиру, отбив ее у Исламского Государства /Верховный суд РФ признал ИГИЛ террористической организацией. Ее деятельность на территории РФ запрещена/. Я нисколько не удивился бы, если бы узнал, что основу контингента тех сухопутных войск, которые брали Пальмиру, составляли российские силы специального назначения, потому что в неспособности сирийской армии взять Пальмиру самостоятельно мы убеждались на протяжении последнего года. В этом смысле с сирийскими войсками ничего не изменилось, а непосредственно в последние дни никаких бомбардировок Пальмиры российскими военно-космическими силами мы не наблюдали.

Подождите, вы утверждаете, что сухопутная операция не только была, но и продолжается?

Белковский: Да, мне представляется, что она продолжается. Российские войска не ушли из Сирии настолько, насколько это было анонсировано две недели назад.

Александр Глебович, вы согласны с этим или это случайное совпадение?

Невзоров: Нет, насколько я знаю, там все немножко не так, как пересказывает Белковский.

Расскажите, как на самом деле.

Невзоров: Белковский ухитрился абсолютно размазать тему до такого состояния…

Белковский: В действительности все не так, как на самом деле, да?

Это будет в следующей программе, я так понимаю.

Невзоров: Дело совсем не в этом. Даже никто не знает толком, есть эти российские войска, были они, штурмовали ли они что-нибудь? Я подозреваю, что просто не всякий генерал в состоянии справиться с собственной речью. Говорящий генерал ― это всегда немножко противоестественно.

Белковский: Это как еврей-оленевод.

Невзоров: Что он может отмочить в ту минуту, когда он видит перед собой камеру? Надо понимать, что генерал ― это всего-навсего чиновник в кубе.

Белковский: А не на Кубе, как можно было подумать.

Невзоров: К чиновничьему должностному параличу и интеллектуальному параличу в момент интервью еще прибавляется тяжесть звездочек на погонах. Он может ляпнуть абсолютно всё, что угодно. К этому все уже привыкли. У нас все могут ляпнуть что угодно.

Белковский: Здесь бы я не согласился с вами, Александр Глебович. Ляпнуть что угодно могут простые православные люди типа меня, но генерал не может ляпнуть, его выступление проходит предварительную цензуру. Оно отправляется в некие правящие органы «Российской газеты», которой он давал интервью.

Невзоров: Друг мой Белковский, вы недооцениваете силу генеральского слова и генеральской мощи. Дело в том, что не всегда генералу удается выступить под собственную фонограмму. Это было бы, конечно, идеально, если бы генерал имел возможность давать интервью под фонограмму.

Александр Глебович, вы утверждаете, что там не было российских сухопутных войск?

Невзоров: Я не знаю, я подозреваю, что этого вообще никто не знает. Были там российские войска или нет…

Белковский: В соответствии с принципом неопределенности, как мы знаем, мы можем установить или наличие российских войск, или их координаты.

Невзоров: Все надо воспринимать, как вранье.

Белковский: Но генерал только что стал героем России, у него мог дрожать голос от волнения.

Мы переходим к четвертой теме, продолжая говорить о Министерстве обороны и его представителях. В Министерстве обороны просят не плодить страшилки о планах России отправить танки в Прибалтику, Болгарию и Венгрию. Это заявление сделал заместитель министра обороны Российской Федерации Анатолий Антонов. Он также сказал, что в странах Балтии закричать «Русские идут, спасайтесь, пока можете» ― это очень старый трюк. Он работает, он доказал свою эффективность в получении от правительства более богатых стран Евросоюза большего количества расходов на оборону, а также в получении финансовой поддержки.

Представляет ли Россия опасность для этих соседей? Я знаю, что вы, Александр Глебович, очень любите эту тему. Поэтому не могу не начать с вас.

Невзоров: Я не могу сказать, что я прямо люблю. У меня традиционная ориентация, тему я не люблю, Лика.

Просто я знаю, что у вас особенные отношения со странами Балтии, поэтому я не могу вас не спросить, действительно ли Россия представляет для них опасность.

Невзоров: Я подозреваю, что Россия давно уже не представляет опасности ни для кого.

Белковский: Кроме себя, конечно.

Невзоров: Да. Я многократно об этом говорил. Другое дело, что это бряцание орденами, звездочками на погонах, ржавыми бомбами настолько традиционно, настолько въелось в стиль поведения и российского генералитета, и правительства, и вообще всего общества, что, конечно, они будут пугать. Но их, по-моему, уже никто не боится, кроме тех, кто хочет испугаться специально, как было справедливо отмечено, для того, чтобы получить какие-то лишние денежки.

Все же внимательно наблюдают. Когда мне говорят про некую военную мощь России, про то, что она способна кого-то запугать своими танками, я сразу подлейшим голосом напоминаю о том, что в 2016 году финансирование Северного Кавказа, в частности Чечни, увеличено до 1 миллиарда рублей в день, до 360 миллиардов с 240. Это всё говорит о военной мощи России на данный момент.

То есть денег давать не надо, я вас правильно поняла?

Невзоров: Кому?

На оборону. Если Россия не представляет опасности.

Невзоров: Не надо вообще ни от кого обороняться, пусть просто дадут денег! Какая разница? Хорошие люди имеют возможность себе что-то с этого оторвать. Давайте вместе понагнетаем и прокричим вместе о русской угрозе.

Белковский: Тогда нужно договориться о принципах распила европейской финансовой помощи. Зачем нагнетать бесплатно? Пусть замминистра обороны Антонов получит свои 10%.

Невзоров: Вы тогда нашу долю распила и должны определять, а мы их будем пугать из Дождя нашествием русских танков.

Я не поняла вашу точку зрения, Станислав Александрович. Надо давать деньги или нет?

Белковский: Конечно, значительная часть моего детства прошла в Прибалтике, поэтому я не могу быть равнодушен к этим странам. Я согласен с тем, что им надо давать деньги под любым предлогом.

Россия всегда представляет опасность для всех. Чем ржавее наше оружие, тем больше опасность. Речь идет об интеллектуальном оружии тоже. Как же не может быть опасной страна, которая дает миллиард рублей в день Чечне? Безопасная страна так не стала бы поступать, она бы перенаправила хотя бы часть этих средств в бывшие  советские республики Прибалтики.

Я призвал бы Евросоюз обращать внимание не на всякую ерунду типа заявлений российских официальных лиц, которые, как мы знаем, априори замешаны на лжи. Высказывания нашего политического руководства по поводу Крыма, интервью под фонограмму только что упомянутого генерал-полковника Дворникова, новоявленного героя России об этом красноречиво свидетельствуют.

Я призвал бы обращать внимание на серьезные научные факты. Например, давно установлено, что всякие вещи, связанные с повышенной российской воинственностью, вступлением России в разные войны, случаются, как правило, в годы юбилеев со дней рождения и смерти Михаила Юрьевича Лермонтова. Очередной юбилей, 275 лет со дня кончины, будет в июле этого года. Также известно, что кольцеобразное солнечное затмение очень способствует вступлению России во всякие конфликты горячие, холодные и средние. Ближайшее случится 1 сентября текущего года.

А по зороастрийскому гороскопу там что?

Белковский: По нему мы ждем марта 2017 года.

Вот куда должен быть нацелен аналитический потенциал Евросоюза равно с его бухгалтерией, решающей, когда и сколько выделить денег. Первый транш в начале июля, второй в конце августа.

Невзоров: Когда российский чиновник что-то заявляет официально и громогласно, возникает очень любопытная ситуация. Мы все начинаем отсчитывать, имел ли он в виду прямо противоположное тому, что он сказал, или все-таки то, что имел в виду, было прямо противоположным тому, что мы услышали, когда это сказал он?

Действительно, Белковский прав: все, что говорят они, всегда и без исключения вранье. Но это вранье очень многоступенчатое и сложное для понимания и восприятия. Мы-то по наивности еще начинаем делать какие-то выводы из того, что они говорят. Но мы уже запутались и никакого вразумительного вывода сделать не можем.

Белковский: Мы нет, но, опираясь на научную фактуру, годовщины Лермонтова и кольцеобразность солнечного затмения, можем вполне.

Невзоров: Влияние солнечных затмений на объем мозга российских генералов ― Белковский, вы в своем репертуаре.

Белковский: Объем мозга генералов не имеет никакого значения, поскольку решения принимаются не на их уровне. Кроме того, объем мозга никак не связан со скоростью принятия решений.

Невзоров: Приходится напрягать практически весь объем, включая древние структуры.

Белковский: Поскольку мозг человек используется на 10%, как утверждают многие ученые…

Невзоров: Он не используется на 10%. Если бы он использовался на 10%, то вы бы сейчас со мной не беседовали.

Я сейчас напрягу весь свой объем и попробую все-таки перейти к следующей теме.

Итак, партия «Правое дело», которую бизнес-омбудсмен Борис Титов собирается повести на выборы в Госдуму, будет переименована в «Партию роста». Об этом сообщила газета «Ведомости» со ссылкой на свой источник, близкий к руководству партии. По данным собеседников «Ведомостей», новое название предполагается утвердить на съезде партии 26 марта.

Вопрос у меня такой: не устарело ли это название, Станислав Александрович? Нет ли в нем какого-то скрытого вызова правящему режиму? И совпадение это или случайность?

Невзоров: Прежде всего это ложь, потому что уже никакого роста у них нет!

Партия же есть.

Невзоров: Я знаю, Прохоров  к этой партии никакого отношения не имеет.

Белковский: Это абсолютно прямой выпад в адрес правящей элиты, поскольку проблемы роста занимают нас очень основательно. Традиция, которую заложил Владимир Владимирович Путин, сводится к тому, что следующий президент должен быть несколько короче предыдущего.

Не случайно так высок интерес правящей элиты к росту ВВП, это очередная оговорка по Фрейду. Это понятие может толковаться двояко: не только как валового внутреннего продукта, но и некоего физического лица, чье имя нежелательно лишний раз упоминать всуе.

Невзоров: Физическое лицо не любит разговоров про рост. Вы впервые за всю свою телевизионную карьеру серьезно рискуете.

Белковский: Может быть, моя телевизионная карьера подходит к концу.

Вы спросили, не является ли это скрытым выпадом в адрес правящей элиты, я говорю, что это является открытым выпадом.

Невзоров: Друг мой, а имеет вообще сейчас смысл тратить ценное эфирное время на эту фигню?

Белковский: Моя телевизионная карьера заканчивается, как вы уже сказали. Дайте потратить немножко времени.

Невзоров: Я предлагаю устроить красивую тризну.

Белковский: По закону о рекламе мы не можем устраивать ее прямо в эфире, хотя я был бы только за.

Давайте перейдем к тризне, я вся ваша. Я выполняю любые ваши желания. Переходим к следующей теме.

Министр экономического развития России Алексей Улюкаев заявил, что динамику российской экономики можно оценить с помощью названия книги «Околоноля» Натана Дубовицкого, он же, судя по всему, Владислав Сурков. Это провокация, горькая правда, тайное послание Улюкаева Суркову, совпадение или случайность? Станислав Александрович, давайте опять начнем с вас.

Белковский: Это совпадение и случайность одновременно. Экономический блок правительства давно находился в латентной конфронтации с блоком внутренних дел администрации президента. Еще когда в начале 2015 года Минфин и Минэкономики рассуждали о возможности падения цен на нефть, как раз структуры внутренней политики настаивали на том, что этого быть не может, потому что обстановка на Ближнем Востоке обостряется и нет вообще никаких факторов, которые могли бы обрушить нашу нефть. Поэтому ясно, что, ссылаясь на роман Суркова, несколько забытый не только в истеблишменте и литературном сообществе, но и в русском народе в целом, где о нем и не вспоминали, Улюкаев делает что-то нехорошее Владиславу Володину, первому заместителю руководителя администрации президента, который по-прежнему воспринимает Суркова как определенного аппаратного конкурента.

Кто же виноват, что он не написал ни одной книги и не на что сослаться?

Белковский: Володин не написал ни одной книги? Мне кажется, если издать все методические рекомендации, инструкции партиям, движениям и будущим поколениям, то роман Суркова, он же Дубовицкий, «Околоноля» померкнет на этом фоне, в том числе и в смысле тиражей. Просто нужно подойти к этому творчески. Володин ведет себя излишне скромно, он всего лишь чиновник и не претендует на серьезное место в литературном мире и сообществе. Этому надо положить конец, переступить через себя и все-таки войти в мир большой литературы.

Александр Глебович, вы читали «Околоноля»? Похоже на российскую экономику?

Невзоров: Я вообще не читаю художественную литературу, но я могу сказать, что здесь не надо ничего читать, чтобы оценить предложенный вами факт по достоинству. Мне правда нравится ситуация. Мне нравится такое «Йес! Да! Получилось! Нам удалось загнать в абсолютную задницу ситуацию, которая, казалось бы, туда не загоняется». От жирных и тучных лет России, которые она переживала пять-восемь годков тому назад, все-таки это удалось. Все-таки это глубокое анальное проникновение состоялось.

Когда это говорит какой-нибудь оппозиционный или не оппозиционный публицист, это одно, но когда с такой гордостью и блеском в глазах об этом говорит человек, непосредственно отвечающий за финансы, это особенно пикантно. Мне это зрелище нравится, потому что я давно уже воспринимаю это все только как картину Босха и считаю, чем больше шевелятся все эти семизадые прыщавые уродцы, чем страшнее рожи они друг другу корчат и чем более дикие звуки издают, тем лучше.

Давайте я сейчас издам дикий звук, и мы перейдем к следующей теме.

Советник президента по культуре Владимир Толстой сказал, что на месте министра культуры Владимира Мединского он подал бы в отставку. Правда, он ни разу пока не был на этом месте. Произошло это после того, как ФСБ сообщило о возбуждении уголовного дела против нескольких руководящих работников Министерства культуры в связи с хищениями денег, которые были предназначены для реставрации памятников культуры.

Кто прав: Толстой или Мединский, который, кажется, не собирается в отставку? И вообще должен ли он туда собираться после того, что случилось, Александр Глебович?

Невзоров: Я уже говорил на эту тему. Мне не хочется повторяться, но тем не менее я охотно повторюсь. Для меня требование отставки Мединского звучит как кощунство, потому что это попытка вносить в это удивительное босховское полотно коррективы и пытаться одного из этих семизадых прыщавых уродцев замазать и пририсовать вместо него какого-то ангелочка. Это просто что-то бесстыдное. Сами не хотят насладиться этим зрелищем и нам не дают.

Я полагаю, что действительно ситуация с Мединским гораздо более многослойная и интересная, чем сейчас кажется. Как справедливо было отмечено, за такой пустяк, как 50 миллионов рублей, в отношении никого еще никогда не возбуждалось дело. Значит, основания совершенно другое. Но зачем так долго и сложно копать под вечно вспотевшего бедолагу Мединского с его лишней хромосомой, когда он просто снимается щелчком пальцев?

Может быть, по тем же причинам, по которым кошки долго играют с пойманными крысами. Крыса действительно вкуснее, если ее долго мучить, отпускать, зацеплять коготком, подтаскивать к себе, снова отпускать, нагонять, закусывать ей хвост. По моим наблюдениям за кошачьим миром, и мыши, и крысы действительно становятся для кошек значительно вкуснее. Может быть, Мединского просто готовят?

К чему?

Невзоров: К сжиранию. Я буду его оплакивать, потому что такой концентрации идиотизма мы больше не увидим, надо же еще найти такого хотя бы одного! Даже в России это будет нелегко.

Белковский: Я не буду оплакивать.

Невзоров: Белковский не будет оплакивать, потому что у него кончились слезы, о чем он мне недавно сообщил.

Белковский: Нет, слезы еще и не думали начинать, как говорил наш общий друг Винни-Пух.

Если что, я с вами поделюсь, у меня полна коробочка.

Белковский: Боюсь, ваша коробочка слишком мала, чтобы заполнить все слезные железы такого корпулентного человека, как я.

Я справлюсь. Так что по Мединскому?

Белковский: Владимир Ростиславович Мединский очень талантливый человек, он всегда найдет себе место. Это уже не повод его оплакивать. На мой взгляд, на министерском посту он отличался в хорошую сторону как минимум тем, что строго выполнял все кремлевские инструкции и действовал в русле генеральной линии партии, подобно Рабиновичу из анекдота, который колебался вместе с ней и тем соотносил себя с ней.

У Владимира Ростиславовича Мединского было две задачи. Первая ― произвести скрепизацию российской культуры, внедрить весь инструментарий духовных скреп.

Невзоров: Это деревня Гнилуша, умственно отсталая девочка- пятилетка?

Белковский: За деревню Гнилуша отвечает Министерство регионального развития, за умственно отсталых детей ― Минздрав. А Мединский отвечает за культуру. В Гнилуше мы не наблюдали никаких признаков культуры. Не надо смешивать разные федеральные ведомства в одно, хотя скоро это произойдет. Я уже высказал идею, что с учетом того, что все проблемы в России решает в основном Следственный комитет, а остальные ведомства их только создают, пора уже занимать правительство неким интегральным органом власти, который назывался бы «Причинно-следственный комитет».

Во-вторых, Владимир Ростиславович Мединский должен был разгромить старых директоров театров, музеев, убрать всех стариков из этой сферы, привести совершенно новых людей и поставить финансовые потоки культуры под правильный контроль, в чем он, возможно, несколько переусердствовал. Владимир Абрамович Кехман, а как же. Тем самым был поставлен чистый эксперимент по продаже кресла директора Новосибирского театра оперы и балета, что, безусловно, свидетельствует о невероятном экономическом росте в российской культуре. Кому нужен был пост директора такого театра еще десять лет назад?

Невзоров: Кстати, эксперимент блестяще получился. Когда Кехман появился в театре, то даже бывалые примадонны, которые были готовы ко всему, увидев банан Кехмана, сдались и немедленно признали, что весь их репертуар являлся отвратительным хламом, который нуждается в переработке.

Белковский: Кехман даже отрастил бороду, чтобы возглавить театр! Я как человек, который в свое время отрастил ее, чтобы завоевать почетное право быть в одной программе с Невзоровым, утверждаю, что это важно.

Владимир Ростиславович сделал все как надо.

Невзоров: С Кехманом красиво получилось.

Белковский: У него везде получилось красиво: и с увольнением главы Росархива Сергея Мироненко за то, что он озвучивал факты, известные последние 50-60 лет. Разница была в том, что это впервые озвучивало официальное лицо.

Невзоров: Я думаю, что на самом деле с Мироненко не такая простая история. Он еще ужалит в пяту, он сохранил и яд, и задор, и силу, и, кстати говоря, большую часть полномочий.

Белковский: Да, он же научный руководитель Росархива.

Невзоров: Рановастенько хороните его.

Белковский: Разве я хоронил Мироненко? Нет, вы меня с кем-то путаете, это был явно не я.

Невзоров: Я забываю, что вы сейчас начнете плакать слезами Лики Кремер.

Белковский: После того, как Владимир Ростиславович поднял российскую культуру на недосягаемые высоты, конечно, много желающих занять его место. Может быть, это и советник президента Владимир Толстой, называлась кандидатура Ирины Дмитриевны Прохоровой и так далее. В общем, все понятно, этот запретный плод, тщательно выращенный Владимиром Ростиславовичем Мединским, стал невероятно сладок для всех. Пожелаем им всем удачи, всем стать министрами культуры, а Владимиру Ростиславовичу ― им остаться. 

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю