Я хочу представить свою сегодняшнюю гостью, это Анастасия Васильева, лечащий врач Алексея Навального, лидер «Альянса врачей». Спасибо огромное, что нашли время.
Добрый день.
Анастасия, я хочу воспользоваться случаем, у нас совсем не было возможности разговаривать с врачами лично, по разным причинам, информация была в общем довольно короткой, все вели себя, очевидно, осторожно, и со стороны команды Алексея Навального, и уж понятно, со стороны государства. Я хочу задать вам, если можно, несколько вопросов медицинского свойства, чтобы мы поняли, какой путь вообще прошел Алексей и где там узкие места. Во-первых, давайте начнем все-таки с его нынешнего состояния. Нам известна радостная новость о том, что он пришел в себя полноценно, что он может вставать и гулять по комнате, что его восстановление практически полное, что он шутит, пишет посты в Instagram. Вам есть что добавить по этому поводу к нашему бытовому восприятию ситуации?
Нет. Все, что вы только что сказали, это все действительно так. Я надеюсь, что он быстро восстановится и вернется к своей работе сюда, в Россию.
Давайте тогда я начну с того места, где вы присутствовали или, по крайней мере, с той информации, которую вы могли услышать от команды. Вы с самого начала были на связи с командой? Что вам рассказала Кира Ярмыш, которая была, собственно, рядом с Алексеем, что она почувствовала? Как она поняла, что нужно бить тревогу? Что происходило в самолете с Алексеем Навальным?
На самом деле все это довольно широко уже обсуждалось, и то, что ему стало плохо в самолете, и в общем-то самолет приземлился. Дальше была вызвана «скорая», соответственно, «скорая» подъехала, его отправили в токсикологическое отделение. Там подошел к ним токсиколог, сказал, что один из самых лучших токсикологов Сибири и что все будет хорошо. Конечно, все переживали, Кира со мной, соответственно, связалась, рассказала эту ситуацию. Я тоже была в общем-то в шоке, и все сделали все возможное, чтобы максимально оказать ему быструю поддержку, медицинскую помощь. Мы тоже со стороны тоже должны были как-то контролировать то, что там происходит в больнице. Мне сейчас сложно в общем-то описывать то, что Кира чувствовала, потому что, наверное, это лучше она опишет.