Пять экономистов о том, как дожить до конца года.

Прогнозы Мовчана, Зубаревич, Романчука, Табаха и Шибанова
Деньги
15:17, 12 января
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Насколько вырастут цены и ослабнет курс рубля, удержится ли ВВП на нуле, какими будут цены на нефть в 2016 году. Главные риски года и советы зрителям Дождя дают ведущие экономисты – Андрей Мовчан, Наталья Зубаревич, Сергей Романчук, Олег Шибанов и Антон Табах.

Допустим, у вас есть деньги. Что с ними делать в 2016 году. Советы экономистов

 

Прогнозы:

 

Андрей Мовчан: Начинать можно с курса рубля и стоимости нефти. Курс рубля завязан на два параметра: стоимость нефти и инфляция. Даже инфляция, скорее, здесь параметр вторичный, а первичный параметр — это объем денег в экономике, объем рублей, то есть эмиссионная активность. Инфляция просто отражает эмиссионную активность так или иначе. Если мы говорим о том, что нефть первую половину года следующего будет где-то ниже 40 долларов за баррель, она может даже до 30 сходить, учитывая, что заполнены хранилища в мире все, она может и немножко подняться обратно, но в общем она будет достаточно дешевой. А во вторую половину года, скорее всего, она несколько поднимется, потому что ее дешевизна вызовет рост спроса и сокращение предложения, в основном за счет Соединенных Штатов Америки, все-таки начнется сокращение добычи в этой ситуации. То и рубль, соответственно, в первой половине года будет, с точки зрения нефти более-менее стабильным, потому что мы уже где-то находимся, а во вторую половину года у него может быть даже давление наверх, в связи с тем, что нефть немножко подорожает. Но с другой стороны, у нас есть еще инфляционное давление, оно будет идти весь год, оно будет достаточно сильным, потому что денег в экономике не хватает. Они, соответственно, будут появляться больше, так или иначе, дефицит бюджета надо будет чем-то закрывать. Значит, либо будут резервы реализовываться, либо будет эмиссия производиться. И кроме того, надо выбирать падение рубля к доллару за предыдущие годы до конца, значит, инфляция скорее всего будет двузначной в будущем году. Оптимистический прогноз — 11-12%, пессимистический — 16-18% на сегодня. Вот это тот диапазон, в котором рубль, по идее, и должен находиться. С точки зрения монетарной модели рубля, мы получаем 70 плюс, скажем, 12-15% за год, значит, где-то 80, 80 с копейками рублей за доллар к концу следующего года. А с другой стороны, у нас есть достаточно серьезный дефицит бюджета, дефицит бюджета, порядка в конечном итоге, я думаю, порядка 5 триллионов рублей. Эти 5 триллионов рублей можно тоже только заместить, только напечатав либо выпустив деньги за счет резервов в экономику. Как только вы это делаете, у вас инфляция становится еще больше. Она начинает доходить уже процентов до 20, при этом есть еще догоняющий эффект по поводу рубля, то есть рубль может уйти и на 90 долларов, то есть рублей за доллар. Все время ошибаюсь в обратную сторону, как оптимист. И вот где-то этот диапазон 80-90, наверное, он в будущем году и будет устанавливаться к концу года, а уж какими траекториями, сказать сложно, потому что это будет зависеть от монетарной политики и движения цены на нефть.

 

Антон Табах: По поводу инфляции, она заметно будет ниже, чем в этом году, просто из-за эффекта базы, из-за того, что экономика входит в рецессию. Скорее всего, к концу года увидим инфляцию в районе 10%, скорее меньше, чем больше. Цена на нефть, базовый прогноз, коридор 35-50, причем в течение года он будет довольно сильно колебаться. Ну и соответственно из этого, при условиях более мягкой кредитно-денежной политики, курс от 60 до 80, опять же с отклонениями в ту или иную сторону, то есть колбасить будет сильно. Что же касается роста, то с учетом рецессии и при отсутствии больших факторов для выхода, скорее всего, будем ползти по дну в районе нуля.

 

Олег Шибанов: По макроэкономическим показателям на следующий год история довольно интересная, потому что опять у нас довольно сильно ВВП будет зависеть оттого, что будет происходить на рынке нефти. Если мы попадем в стрессовый сценарий, то есть средняя цена за год будет 35, то я думаю, мы увидим падение ВВП еще на 2-3%. Если эта цена все-таки несколько поднимется и будет параллельна 45, в среднем за год, тогда, наверное, мы будем около ноля видеть рост ВВП. Одновременно с этим связан и курс, когда мы смотрим на последнее поведение рублей за доллар, мы видим, что в принципе курс несколько отвязался от цены на нефть, он стал более свободным и более рыночным. Но при этом надо понимать, что, конечно, эта ситуация для дефицита бюджета не слишком хороша. Сейчас, скажем, баррель нефти в рублях стоит примерно 2500, это довольно мало с точки зрения наполняемости бюджета, с точки зрения собираемости налогов и вообще соотношения расходов и доходов федерального, в том числе, бюджета. Поэтому, я бы сказал, что мы увидим еще движение курса, если опять же, будет средняя цена на нефть где-то 35 за год, тогда, я думаю, курс где-то в районе 90 должен оказаться. Если мы увидим цену за нефть в среднем 45 долларов, тогда, я думаю, что курс может колебаться примерно в тех же границах, как сейчас, 65-75. Что касается инфляции, здесь история довольно печальная, потому что опять же, мы слышим от Центрального банка, что он ожидает инфляцию порядка 7%, но с другой стороны, не до конца понятно, почему. Деловая активность действительно не будет слишком бурной, мы понимаем, что ВВП, скорее всего, не будет даже расти, но при этом все равно инфляционные ожидания людей формируются на основании прошлой инфляции. И мы видим, что сейчас инфляционные ожидания на будущий год порядка 15%, то есть это довольно большое число. Мы скорее всего должны ожидать двузначную инфляцию, даже если не будет слишком сильного движения нефтяного рынка. С другой стороны, если нефть все-таки укрепится и снова будет 45 в среднем за год, то тогда, скорее всего, инфляция удержится в районе 8-10%. Если же все-таки нефть будет держаться очень низкой — 35, то я думаю, что инфляция достигнет 15%.

Наталья Зубаревич: Тренд очень понятный. Мы лежали на дне с июня до сентября примерно, в сентябре-октябре ну чуть-чуть, капельку поднялись и в ноябре опять небольшое ухудшение. Это означает, что дно будет бугристое, возможно, с некоторым дополнительным сползанием. С точки зрения основных показателей, острокритических изменений, скорее всего, не произойдет, поэтому я бы уважаемых зрителей пугать не стала. То есть потребление продолжает ползти, в ноябре было минус 13, ну где-то будет еще немного хуже. А доходы населения где-то будут на уровне минус 5, а зарплаты уже под минус 10, мы к этому привыкаем, адаптируемся и потребляем меньше. Промышленность, пожалуй, чуть-чуть еще поползет вниз, в целом по промышленности будет не 3-4, а может, несколько больше спад, минус 4-5. А он и был минус 5 летом. И по обрабатывающей промышленности, я считаю, что спад немножко усилится. Но риски основные тут для себя видят в занятости и в доходах, знаете, промышленность их особо как-то не интересует, только с точки зрения занятости. Забыла напомнить, еще будут ползти вниз, очень медленно, инвестиции, они и так ползут все эти годы, поэтому ничего удивительного. Значит, чего бояться. Мягкого, очень медленного продолжения снижения реальных доходов населения и реального потребления, мы все поджимаемся и поджимаемся. Второе — некоторого роста напряжения на рынке труда, но этот рост будет разнородным в разных отраслях, и я не думаю, что он будет взрывным. К этому нет никаких предпосылок, он будет ползучим. Дальше, вы должны понимать, что все те надбавки, которые вам делались, они уже резались в 2015 году и будут резаться и дальше. По бюджетам субъектов Федерации ситуация нехорошая, но ухудшаться она будет постепенно. Никаких обвалов в 2016 году, мне кажется, не произойдет. В каких регионах легче, поскольку я регионалист. По-прежнему, ситуация мягче в регионах с высокой долей пищевой промышленности — это юг и некоторые регионы Центральной России. Далее, пока еще все относительно неплохо в нефтегазодобывающих регионах. А вот кому бы я, пожалуй, сказала приготовиться, у которых был рост в 2015 году, это регионы военно-промышленного комплекса, с высокой долей таких отраслей. Больше такого праздника, как в 2015, бюджет им точно не приготовит. Федеральный бюджет стал чувствовать себя существенно хуже, то есть заказы-то сделать могут, вопрос, оплатят ли эти заказы. И тогда по цепочке пойдут задержки заработных плат. Далее, где будет еще относительно мягче, что называется. В тех регионах, где есть отрасли, которые в общем потихоньку начали импортозамещение, не потому, что они такие хорошие, а потому, что цены на импорт уже неподъемные, его не покупают. Чуть лучше, пока более-менее стабильно, в химии, в шинной промышленности, в фармацевтике более-менее ничего, вот это все можно добавить к пищевой промышленности. Вот такая картина. В регионах по-разному, хотя бюджетная ситуация будет ухудшаться практически везде, за исключением самых богатых нефтегазовых и с некоторой вероятностью, федеральных городов. Кому бы я приготовиться к проблемам посоветовала, это жителям больших городов, работающих в секторе рыночных услуг, любых рыночных услуг. Спрос на них сжимается, как бизнеса, так и населения, времена для услуг рыночных наступают неприятные.

Сергей Романчук: Отвечая на вопрос о том, каковы будут основные макроэкономические показатели России в будущем году — рост экономики, инфляция, курс, стоит отдельно остановиться, наверное, на самом главном факторе, это цена на нефть. Мы, в общем-то, уже привыкли в течение 2015-2014 годов, что именно этой переменной определяется то, насколько хорошо чувствуют себя финансовые рынки в России и экономика. Здесь возможны разные сценарии. Сейчас на рынке превалирует мнение, что цена на нефть будет продолжать падать, ввиду того, что противоречие основным экономическим законам предложение нефти при падении ее стоимости только увеличивается. И виноваты в этом, безусловно, страны ОПЭК и Россия, которые продают и стараются нарастить производство вне зависимости от цены на нефть. В этом сценарии уже практически уверены все, в том числе и Центральный банк, наши экономические ведомства. Но при этом другая группа аналитиков, которая больше связана с нефтяным сектором, указывает на то, что все-таки цены на нефть ниже текущего уровня на среднесрочную перспективу вряд ли будут выдержаны, потому что исходя из оценки себестоимости производства нефти, диапазон, приемлемый для компаний нефтяных на более долгосрочный период, это где-то 40-60 долларов за баррель. Они указывают на то, что неизбежно должны сократиться инвестиции в новую геологоразведку, бурение скважин, и все-таки предложение нефти на рынке начнет уменьшаться. Полагаю, что более вероятен сценарий, когда цена на нефть в следующем году будет выше текущих значений. Я бы охарактеризовал этот диапазон как 30-60 долларов за баррель, достаточно широкий, но думаю, что среднее около 45 долларов за баррель, естественно, не уточняя, какой это сорт нефти, там будут нюансы, какая-то нефть дороже, какая-то дешевле. Но в целом, скажем, для российской нефти это выглядит достаточно нормальным прогнозом именно в силу того, что, как и любой другой биржевой товар, в том случае, если уже достаточно долго продолжается тренд, и все уверены в том, что он продолжится, и это стало подавляющим мнением, очень вероятно, что случится разворот. Хотя если смотреть на более долгосрочную перспективу, безусловно, и со стороны спроса нефтяной рынок подвергается удару, меняется структура потребления, структура, скажем так, энергетического рынка, и естественно, нефть, как основной товар, который обеспечивал энергией человечество, уступает место другим альтернативным источникам энергии. Однако в случае, если вот все-таки случится то, о чем я говорю, какого-то апокалипсиса не произойдет в следующем году на рынке нефти, то нас ждет, в общем-то, достаточно спокойный, как мне кажется, год. Рубль будет колебаться в более узких пределах, чем это было в текущем году, скажем, диапазон 60-75 рублей за доллар вполне может устоять. И инфляция продолжит снижаться в соответствии с тем, что курс рубля не будет давать новых инфляционных шоков. Ведь в основном инфляция, которую мы видели в этом году, она была спровоцирована именно крупнейшей девальвацией рубля за все последние годы. Таким образом, скорее всего, инфляция будет ниже. Какой она будет точно, сказать тяжело. Вот Центробанк прогнозирует, что она наконец-то с 2016 года составит около 6%. Думаю, вряд ли будут такие оптимистические цифры, но скажем, в районе 8-10% вполне может быть, тем более, что экономика, скорее всего, либо продолжит падать, либо будет стагнировать, резкого отскока я пока не жду. Несмотря на то, что, казалось бы, должен быть восстановительный рост, все-таки в условиях продолжения той политики, которая у нас есть сейчас, очень трудно ожидать, что у нас вдруг появятся инвестиции в производство. Ну и говоря о будущем, наверное, стоит вспомнить о том, что год будет и политическим, будут выборы в Госдуму. Может быть, этот фактор тоже может оказать какое-то влияние на рынки, может быть, будут печататься все-таки дополнительно какие-то деньги. Может быть, лобби, которое выступает за то, чтобы попытаться накачать российскую экономику деньгами и таким образом спровоцировать экономический рост, если оно победит, тогда, наверное, картина такой относительной финансовой стабильности может быть нарушена, и мы можем увидеть какие-то более экстремальные величины. Но мне такой сценарий все-таки кажется менее вероятным, хотя мы уже привыкли, скажем так, к черным лебедям и таким плохим новостям. Очень хочется надеяться, что следующий год в этом отношении все-таки будет более спокойным и без таких вот отрицательных сюрпризов.

Андрей Мовчан: У нас есть несколько рисков. Если этими рисками пренебречь, если считать, что все будет достаточно гладко, то мы продолжим некоторое снижение, там минус порядка 2-3% ВВП в реальных рублях, в долларах это будет еще больше естественно. Минус процентов 10-12 по производству и минус больше, некоторые говорят до 50%, по капитальному строительству, минус 15-20% — по инвестициям. Я думаю, что мы увидим рост безработицы, может быть, даже процента на 2 в следующем году. Я думаю, что мы увидим резкое сокращение в сервисной части экономики, и это увидит каждый, как закрываются рестораны, как закрываются парикмахерские, как закрываются салоны красоты, снижается объем интернет-сервисов в стране. Это все, если не будет каких-то серьезных черных лебедей. Какие у нас могут быть черные лебеди на будущий год? Финансовая система может преподнести сюрприз, катастрофа нескольких крупных банков будет большим черным лебедем, это будет паника, это будет закачка больших денег в экономику, это будет резкий рост курса доллара к рублю, это будет проблема у вкладчиков этих банков, по цепочке и у предприятий, которые у него там деньги, и у кредиторов этих банков, потому что будут отношение меняться, и у игроков, которых через эти банки делают свои операции просто. Поэтому вот это вот может быть такая очередная проблема экономики, которая может и по ВВП ударить, и по рублю сильно. Другая проблема — это эмиссионное давление. То, что сегодня все больше и больше игроков на рынке, вернее, не совсем на рынке, а около государства хотят, чтобы государство начало печатать деньги, и похожие же игроки хотят, чтобы государство ограничивало валютно-обменные операции и экспорт капитала, и движение рыночного капитала, в преддверии выборов говорит о том, что есть высокая опасность, что государство пойдет на популистские шаги, деньги будут печататься, оборот валюты будет ограничен, экспорт капитала будет ограничен. Это еще один сильный удар по экономике, естественно еще более резкое снижение ВВП, это очень серьезные проблемы в банковской сфере, это дефицит, который к концу года появится товарный, и это, конечно, сильное падение курса рубля. Очень сильное, когда уже можно говорить о простом. Вот пожалуй два таких серьезных риска, третий риск — это риск больших военных операций. У нас страна теперь достаточно агрессивная и смелая, опять мы посылаем свои войска в разные точки земного шара, пока это не очень дорого для экономики, но чем черт не шутит, перед выборами, может быть будет красивый жест, новая война в Афганистане с талибами, с ИГИЛ (Организация признана террористической и запрещена на территории РФ), а это уже будут большие деньги, это тоже на экономике сильно скажется.

Олег Шибанов: Я бы сказал, что главными рисками для российской экономики, макроэкономическими рисками действительно является ситуация на нефтяных рынках. Мы видим, что, скажем, США, видимо, уберет свой запрет на экспорт нефти. Это не должно слишком сильно повлиять на предложение, потому что мы и так знали, что из США могли экспортировать разные другие товары переработки этой нефти, поэтому в принципе это цены не сильно сдвинет, но Иран, который возвращается на нефтяной рынок, будет возвращаться довольно бурно не только с запасами, но и с новой добычей. Поэтому скорее всего я бы ожидал, что вот этот сильный риск такой снижения цены на нефть, он должен реализоваться. И мои как раз ожидания в том, что 35 — это более правильное предсказание на среднюю цену на нефть за год, чем 45. И вы знаете, здесь довольно трудно понять в какой момент это произойдет, но для российской экономики, скажем, если мы думаем про рынок рубль-доллар, то здесь как раз большие риски начнутся во второй половине года, потому что в первой половине у нас небольшие внешние выплаты по внешнему долгу и по процентам, у нас довольно приличный торговый баланс, он, видимо, будет оставаться все равно довольно хорошим, в основном из-за продолжающегося снижения импорта. Именно поэтому я думаю, что в принципе первые полгода мы не увидим каких-то серьезных затруднений, мы увидим такое медленное спокойное угасание российского роста. То есть это будет скорее всего опять же, примерно как в этом году, порядка 0%, минус 1%, а вот во второй половине года мы можем увидеть довольно сильное снижение именно из-за того, что рынок нефти, скорее всего, именно во второй половине года может отреагировать еще дополнительным предложением со стороны Ирана и, может быть, других стран. Поэтому, с точки зрения обычного человека, если мы уже не про макроэкономические риски говорим, я бы, конечно, довольно внимательно отслеживал происходящее на рынке ритейла, то, что происходит с торговыми сетями, с продажами конечных товаров потребителям, потому что скорее всего мы должны ожидать дальнейшего снижения реальных зарплат. То есть мы должны видеть номинальный рост зарплат, но при этом существенную инфляцию, которая будет весь этот рост уничтожать, и поэтому я бы, конечно, с точки зрения обычного человека, следил за тем, какие есть перспективы на рынке труда. Он, видимо, будет достаточно плохим, видимо, мы получим увеличение безработицы на еще несколько, по крайней мере десятых процента, и я думаю, что мы выйдем за пределы 6,5 к концу следующего года. Поэтому для обычного человека, который просто работает и не думает о судьбах страны, ему, конечно, нужно следить за этим и стараться все-таки свои сбережения тоже не тратить слишком сильно, а наоборот стараться иметь какую-то подушку безопасности.

 

Сергей Романчук: Действительно, мы обсудили главные факторы — это цены на нефть. Риск, который в целом также многие отмечают, то, что Федеральная резервная система перешла к циклу подъема ставки, мне кажется тоже слишком переоцененным, многие о нем говорят, но мне кажется, что он уже достаточно учтен в ценных финансовых активах. И, скажем, траектория увеличения ставки, подъема ставки, она вряд ли будет отличаться от того, что мы сейчас прогнозируем. Таким образом значительного влияния на переток капитала между различными странами это не принесет. Безусловно, мне кажется, основные риски, за исключением цен на нефть, у нас лежат именно в политической плоскости, в общем-то как внутренней, так и внешнеполитической, но самое главное, что и то, и другое, оно, конечно, оказывает влияние на инвестиционную привлекательность. Основной риск, мне кажется, — это у нас как раз в ничегонеделании, потому что структурные реформы оказали влияние на то, что экономика российская стала близка к стагнации, еще до того удара, который нанесли цены на нефть.

 

Советы

 

Сергей Романчук: Говоря о каких-то индивидуальных стратегиях, стоит выбирать их не исходя из прогнозов аналитиков, а исходя из собственной жизненной ситуации. В том случае, если накопления, сбережения вы хотите потратить внутри страны, например это инвестиции в недвижимость, мне кажется довольно безопасно все-таки будет хранить в рублях, более высокая процентная ставка, она примерно отбивает, будет отбивать инфляцию. А скажем, роста рынка недвижимости в ближайшие годы я, например, не жду. Хотя тут тоже можно ошибиться, но в любом случае, выбирая такую накопительную систему, с точки зрения курсовых колебаний, вы будете больше защищены. Если же речь идет о том, что вы ориентируетесь, скажем, на импортные товары или какое-то потребление вне страны, туристические поездки, может быть, недвижимость за рубежом, безусловно, нужно выбирать валюту, то есть здесь надо в основном отталкиваться от собственных целей сбережений. Мне как представляется важным не делать большое количество движений, не пугаться, например, не совершать множество валютных операций, так как тут предсказать курсы, как он будет дальше меняться, практически невозможно, тем более для непрофессионалов. И мне кажется, стоит озаботиться тем, чтобы, скажем так, повышать свою квалификацию, находить точки роста. Все-таки определенную положительную роль девальвация сыграла — конкурентоспособность российской экономики в этом смысле повысилась, но безусловно, риски остаются высокими, и в этом основная проблема, которая сейчас стоит перед страной. Пожелаю, чтобы эти риски уменьшились, и думаю, что такое пожелание небезнадежно.

 

Андрей Мовчан: Вы знаете, среднестатистическому жителю давать советы сложно, потому что жители все разные. Есть двадцатилетние девушки с хорошим образованием, а есть пятидесятилетние крестьяне, которые сажают хлеб и собирают, и их в общем очень сложно сравнивать. Но в целом, если говорить про общие процессы, еще недавно я бы сказал, сбережения надо хранить в долларах, сейчас я уже начал в этом сомневаться, потому что наши власти, похоже, решили, что те реформы, которые могут сегодня сделаться, — это реформы, которые ведут к увеличению налогообложения. Похоже, что они всерьез решили обесценивание рубля положить в налогах, то есть если вы вложили деньги в доллары, а потом поменяли эти доллары по более высокому курсу, то они попросят с вас подоходный налог, потому что количество рублей стало больше. Это вообще очень интересный способ пополнения бюджета — вы можете резко обесценить валюту и обложить налогами все валютные вклады, резко обесценить рубли. Поэтому вот за этим надо следить, потому что может оказаться, что сегодня они возьмут 13%, завтра они с этого будут брать 30%. Борьба с валютными вкладами, видимо, будет вестись в той или иной форме, значит, соответственно надо быть осторожным, следить за законодательством, но тем не менее доллар, конечно, останется хорошим инструментом для вложений. С точки зрения зарабатывания денег в это время, здесь кризисные рецепты всегда одни и те же: надо делать то, что очень нужно, то, потребность в чем не исчезает, даже когда люди меньше зарабатывают, то есть это, не знаю, дорогие стрижки, например, будут меньше требоваться, а лечение людей, особенно от таких частых болезней, будет требоваться так же или больше, потому что люди будут нервничать и больше болеть. И частный врач, наверное, будет продолжать зарабатывать, если он хороший врач, а хороший парикмахер теряет доход. Тренировки в спортзалах, наверное, будут пользоваться меньшим спросом, а дешевая еда вкусная будет пользоваться даже большим, потому что люди из дорогих ресторанов будут потихоньку перекочевывать в дешевые. Услуги такси спросом будут пользоваться, потому что людям все равно надо ездить. Соответственно, как и в тяжелые времена, как эмигранты в Америке, скажем, начинали с работы таксистами часто, так вот, многие могут, наверное, в России попробовать делать то же самое. Очень сложно говорить о каких-то более конкретных советах, надо будет приспосабливаться к более низкому уровню жизни. Те, кто постарше, жили в 90-е, помнят, как это бывает.

 

Наталья Зубаревич: Не делать рискованных трат, не залезать в кредиты, искать подработки, аккуратно менять рабочее место, потому что могут быть проблемы. Это для тех, кто в секторе услуг, это народ как бы шустрый, более мобильный и, в общем, выкручиваться придется всеми доступными ресурсами. А вот занятым на больших промышленных предприятиях мне посоветовать особо нечего, потому что если там будет сжиматься госзаказ или оплата госзаказа, ну что? Будете сидеть без зарплаты или будет сокращение занятости. Тут хороших решений нет. Тут крутись-не крутись, а если город относительно небольшой, то и работы в нем альтернативной нет. И не уедешь на вахту или в отходники, потому что по всей стране спрос на труд сжимается. Поэтому, может, картошки больше сажать, я это всегда говорю.

 

Антон Табах: Важно помнить про максимальное страховое возмещение в случае банкротства банка и отзыва лицензии, 1 миллион 400, и не держать больше денег с процентами. И скорее рубль пока все-таки остается худшим вариантом для сбережений, чем валюта. И доллар лучше евро, по фундаментальным причинам, и самое главное, ситуация в этом году на рынке недвижимости была не очень хорошей, в следующем году она с высокой вероятностью будет чудовищной. Поэтому недвижимость — это объект для жизни, но никак ни средство сбережений.

 

Олег Шибанов: В следующий год, к сожалению, я не ожидаю ничего положительного практически ни в одном, я думаю, рынке. И действительно, некоторые отрасли экономики будут затронуты сильнее, скажем, банковская сфера уже в этом году испытала довольно серьезные трудности. Когда мы смотрим на прибыльность банковской системы, мы видим, что там в основном это Сбербанк, он получил порядка 80% прибыли всей банковской отрасли, все остальные банки какие-то не очень значительные суммы. То есть по итогам 11 месяцев это порядка 40 миллиардов с чем-то рублей. Я думаю, что по итогам года это будет где-то 50 миллиардов, потому что декабрь традиционно достаточно прибыльный месяц. Но я боюсь, что банковский сектор в следующем году будет увольнять довольно сильно. Что касается того, где могут появиться какие-то ростки развития экономики, где люди могут найти какую-то дополнительную занятость, я бы сказал, что это постепенное развитие фрилансерства. Это та история, когда люди самозаняты, когда они помогают другим исполнять какие-то краткосрочные задачи, это непостоянная занятость. Потому что мои ожидания, конечно, что практически везде мы увидим либо стабильную, либо несколько ухудшающуюся ситуацию, где нового дополнительного найма почти не будет. Но с другой стороны, это не повод разочаровываться в происходящем, это скорее повод подумать о том, куда вы можете выйти дополнительно, и где найти, может быть, развитие своих способностей. И конечно, я как человек, связанный с образованием, всегда напоминаю, что можно пытаться найти какое-то улучшение своего человеческого капитала, получить какие-то дополнительные сертификаты, получить что-то, что позволит вам конкурировать на рынке труда лучше, и это позволит вам опять же продвинуться больше, чем те, кто вас окружает. Поэтому мой совет — это, конечно, любые виды курсов, необязательно платные, может быть, какие-то бесплатные тоже, которые позволят вам просто улучшить свои способности, и может быть, лучше понимать, например финансовую сферу, например, программирование. Эти вещи постепенно доходят и до российской экономики и я думаю, будут важны в дальнейшем. 

 

Фото: DepositPhotos

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.