«Это были три группы профессионалов уровня спецслужб, а не разочарованные ветераны или ультраправые националисты». Главред Agentura.ru об убийстве Немцова

3 марта 2015 Мария Макеева
99 494

Ни арестов, ни чётких версий и мотивов — тишина. Через несколько часов после убийства Немцова Следственный комитет озвучил основные, на взгляд следователей, версии: политическая деятельность, конкуренция в бизнесе, исламско-экстремистский след и убийство на почве личных неприязненных отношений. Поначалу в МВД уверенно говорили, что стреляли в Немцова из машины, потом, когда появилось видео с камер наружного слежения, стало понятно, что это не так. Но новых пояснений от правоохранительных органов не последовало. 

Версии, тем временем, множатся. Их выдвигают все: от Навального и КПРФ до зрителей Дождя. Игорь Севрюгин изучал мнения, а главный редактор портала Agentura.ru Андрей Солдатов выдвигал свои предположения.

Макеева:  Главный вопрос, который все задают, наверное — это про снегоуборщика и его водителя, кто главный свидетель? Скажите, а какие у вас самого возникают вопросы в связи с этими многочисленными, все открывающимися и открывающимися обстоятельствами этого дела? Какие вы вопросы, возможно, себе задаете и обсуждаете с коллегами?     

Солдатов: Я не очень сильно сфокусировался на камерах. Собственно, первые сутки все обсуждали, почему камеры подключены, почему они выключены, а почему  именно в этом месте совершено преступление, учитывая такое количество камер. Это было хорошо видно по делу об убийстве Анны Политковской, когда камеры все якобы сняли, ничего понять было нельзя. Меня с самого начала смущало только одно обстоятельство, и мне кажется это самое важное во всей этой истории. Это то, что как минимум три группы были заняты в этой операции: группа киллеров, группа  наружного наблюдения и люди на машине. Немыслимая координация между ними, то, что преступление было совершено в точно рассчитанный момент по времени и по месту. Это уровень, которого очень давно не было видно в России. Это сразу же для меня лично отбрасывает версию о том, что это могли сделать какие-то разочарованные, я не знаю, злые ветераны или какие-нибудь ультраправые националисты.

Макеева:  Почему, собственно говоря? Разочарованные ветераны не могли сбиться в три организованные группы?

Солдатов: Дело в том, что для такого рода операции нужна такая координация на уровне базовой подготовки…

Макеева:  У нас прерывается звуковой сигнал. Андрей, если я вас правильно поняла, вы говорите о том, что все свидетельствует о том, что это очень высокий уровень подготовки. Гораздо выше, чем могли бы, скажем, организовать ветераны. Вот то, что стрелявший мог совершить 6 выстрелов за 4 секунды из пистолета Макарова, и при этом не попасть в спутницу Немцова, вроде бы они даже в обнимку шли, и ее легко могло задеть — это вызывает какие-то вопросы? Это может быть такой удивительной случайностью, или вам это тоже кажется странным, как и многим, кто обсуждает это преступление сейчас? 

Солдатов: Вообще-то это свидетельство профессионализма.

Макеева:  Вот этот таинственный свидетель Виктор М., который шел в 80-ти метрах от пары, в него тоже никто не стрелял. Это тоже вроде бы как-то странно. Если то, что четко был убит тот человек, в которого целились, и никакого не задело, это может быть свидетельством профессионализма, как сказал Андрей. Как в таком случае нападавший не боялся свидетелей, которые его могли видеть в лицо? Насчет Анны, она говорит, что нет, но есть еще двое человек, которых мы не знаем, но которых, хочется надеяться, видели следователи. Кто-то считает, что нет никакого следствия в принципе, оно просто не ведется. И Немцов, как ельцинский соратник, в каком-то смысле часть семьи Ельцина, был убит показательно, с целью отвадить от неправильных мыслей сторонников дворцового переворота. Мы начинали выпуск с того, что Алексей Навальный выложил свою версию, в которой он обвиняет российские власти, и опровергнуть эту версию могло бы расследование и его какие-то результаты. Андрей, вот по поводу свидетельствования профессионализма, по поводу 6 выстрелов за 4 секунды, и того, что никто больше не задет. Как при этом нападавший не боялся оставлять свидетелей? Это тоже легко объясняется?

Солдатов: Вообще в это время, насколько я понимаю, мост должен был быть достаточно пустынным, видимо, это было рассчитано, плюс это обработали группы наружного наблюдения. Они проверили, что расстояние между Немцовым  и ближайшими пешеходами достаточное, чтобы выйти и подойти к пешеходной дорожке, выстрелить в спину и скрыться в машине. Поэтому, я думаю, здесь все-таки действие профессионализма, чем какой-то случайности или безудержной отваги. Я в конце 90-х работал криминальным репортёром, и даже тогда я не помню такого высокого уровня профессионализма, хотя тогда это была эпоха заказных убийств, и они происходили очень часто.

Макеева:  А это вообще, тот уровень профессионализма, если это уместно говорить в отношении киллера, который вообще бывает?

Солдатов: Да, такие вещи происходят, такая подготовка — этому учат в спецслужбах, не только в наших, и в наших тоже, в нескольких, по крайней мере, спецслужбах этому могут научить. Другое дело, что в базовую подготовку, например, военную, то, что сразу все говорят, что могли приехать какие-то ветераны, воевавшие на Донбассе, рассерженные на Немцова, и организовать в центре Москвы такую операцию, с таким количеством людей — вот в это я точно не верю.

Макеева:  Почему? А если человек раньше был в спецслужбах, он что, уволившись, сразу потерял все навыки? Он после этого мог стать ветераном, может быть, несколько месяцев как ветеран, он все помнит, организовать группу и т.д.

Солдатов: Дело в том, что для этого необходима довольно большая группа людей. Это преступление нужно готовить достаточно длительное время. Я не говорю, что это обязательно действующие сотрудники, я говорю, что обязательно свидетельство уровня подготовки в спецслужбах. Но, учитывая, как плохо удавалось бывшим сотрудникам того же спецназа ГРУ, сразу приходит на ум Квачков, организовать что-либо без проникновения  агентуры ФСБ, без того, чтобы у них все провалилось и т.д., у меня большие сомнения, чтобы бывшие могли  хорошо что-то действительно организовать, если они давно уволились.

Макеева:  То, что у Кремля убивают человека, в окружении камер, при трех как минимум, не считая водителей, проезжавших мимо, машин свидетелей. Ничего — ни версии, ни мотива, ни задержаний каких-то. Какой вывод тут можно сделать или это совершенно нормально просто еще мало времени прошло?

Солдатов: Вывод, конечно, однозначный. Я думаю, что в данном случае Милов прав, что абсолютно символично как с выбором места, так и времени.  Конечно, в другое время убить Немцова было намного проще. Мы знаем, как часто сейчас проходят марши протестов, но совсем не так часто, как это было в 2011-2012 годах. Например, через неделю после марша «Весна» убийство можно было бы организовать намного проще. И намного проще было бы организовать это в другом месте. Понятно, что это был символический акт, и были брошены серьезные силы, для того, чтобы это сделать именно так, как это было сделано. Я думаю, что это послание одновременно нескольким адресатам. Кроме оппозиции, которая очевидно является адресатом, это еще и послание в Кремль, что такие вещи теперь происходят. 

Фото: АР

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю