Депутат Дмитрий Гудков про законопроект о «нежелательных» организациях: «Ни один инвестор не придет в страну, где без суда и следствия могут закрыть иностранный бизнес»

20 января 2015 Мария Макеева
2 766 1

Мария Макеева обсудила последние думские новости с депутатом Дмитрием Гудковым.

Макеева: Дмитрий, давайте начнем с нежелательных иностранных организаций. Ваш коллега сказал, что не звучит замечание, опрокидывающее концепцию законопроекта, так он выразился. У вас такие замечания есть? Вы пытались ему возражать сегодня в Думе. Я слышала, но в целом мне показалась, что сама идея этого закона для многих была неожиданностью. Закон от кого вообще исходит по вашим сведениям – от двух ли этих депутатов или, может быть, от администрации президента, силовых структур?

Гудков: Давайте по порядку. Во-первых, разберемся, что это за закон, потому что замечания – это слишком мягко сказано. У меня не замечания, у меня совершенно другие непарламентские слова приходят в голову, когда я прочитал концепцию этого закона. Депутаты хотят дать право Генеральной прокуратуре без суда и следствия закрыть бизнес любого иностранного инвестора в России. Без суда. И речь идет не только о некоммерческих организациях, но и о коммерческих.

Макеева: Пликин сказал, что коммерческих не коснется, я это четко слышала во время обсуждения.

Гудков: Обратите внимание на формулировку. Написано: иностранные и международные организации. Сюда, поверьте, попадают как некоммерческие, так и коммерческие. Это первое. Второй момент – Генеральная прокуратура будет сама определять, что такое нежелательная организация. При этом критериев нежелательных организаций не прописано никак. Например, там есть такая размытая фраза, что «если организация угрожает обороноспособности, безопасности или основам конституционного строя».

А теперь представьте, Дмитрий Гудков завтра в газете «Ведомости» напечатал статью о необходимости конституционных реформ в стране и изменении Конституции. Завтра генеральный прокурор может запросто внести газету «Ведомости» в нежелательные организации, потому что это покушение на основу конституционного строя. Поэтому это закон, который просто добивает инвестиционный климат в нашей стране, несмотря на то, что президент и премьер на каждой встрече говорят о том, что мы должны создать нормальные условия для того, чтобы к нам приходили иностранные инвесторы. Теперь ни один инвестор не придет в коррумпированную страну, где без суда могут закрыть бизнес в любой момент просто решением генерального прокурора. Вот о чем этот закон.

Отвечая на ваш вопрос, внесен он, конечно, депутатами, но подготовлен он в недрах администрации, даже говорят, Совета безопасности России. И в кулуарах Государственной Думы говорят о том, что, например, компания Apple может стать объектом атаки в случае введения каких-то новых санкций против России.

Макеева: Один из депутатов от партии ЛДПР говорил: «Да что же это такое, почему мы продолжаем пользоваться телефонами», - как раз компанию Apple и упоминал. Но при этом не выражал желания депутатам сдать телефоны, не призывал их к этому, а призывал каким-то образом ужесточить законодательство. Для создания реестра, говорилось о том, что это только реестр, есть уже закон об иностранных агентах. Если нарушен кодекс уголовный, то этим должны заниматься силовые структуры. В конце концов, ФСБ должно ловить шпионов. Зачем это нужно? Какова дальнейшая цель? Вряд ли это депутаты, ваши коллеги, это себе формулируют так, как добить инвестиционный климат в России. Они хотят в конечном итоге чего? Даже если их поправят, законопроект же не отменят полностью. Они хотят расширить полномочия спецслужб? Какова цель законопроекта?

Гудков: Это вы правильно сказали. Второе – установить порядок несудебных разборок с иностранными компаниями. Третье – продемонстрировать Западу, что нам есть, чем ответить. А, в-четвертых, этот закон всегда можно использовать в случае, например, люди захотят выйти на митинг несанкционированно, как, например, с Навальным это было. Будет призыв в Фейсбуке, дальше генеральный прокурор спокойно может закрыть любую сеть на основании этого закона, потому что это будет подрывать основы порядка, если пользоваться этой формулировкой. Все, что угодно может быть. Мы не знаем, что завтра в голову придет сотрудником Администрации президента или депутатам.

Вы прекрасно понимаете, что происходит последние несколько лет: появляется масса бредовых инициатив. Мне кажется, депутаты в последнее время участвуют в конкурсе идиотизма, предлагая все больше и больше запретов, предлагая все больше и больше каких-то репрессивных инициатив. Поэтому это может быть использовано как угодно. Сам факт, что это однозначно повлияет на инвестиционный климат в стране – это даже не сомневайтесь. Наш инвестиционный рейтинг сейчас предмусорный, но завтра он будет запросто мусорным.

Макеева: Это относит нас уже к другому законопроекту, который будет в первом чтении рассматриваться в конце этой недели. Это к вопросу о том, что депутаты иногда принимают какой-то запретительный закон, а потом неожиданным образом начинают свой же запрет отменять, по крайней мере частично. Я о законопроекте, который возвращает рекламу на кабельные телеканалы, конечно, отрадный для Дождя, но явно направленный против зарубежных СМИ, насколько я понимаю. Сделано все так с учетом ограничения иностранного участия, запрета рекламы при трансляции иностранного контента, чтобы никогда в жизни иностранные телеканалы на территории Российской Федерации не имели возможности вещать.

Гудков: Во-первых, вся эта история изначально коммерческая и связанная с фамилией Лесин. Он долгое время лоббировал создание некоей монополии, которая будет контролировать все рекламные потоки. Поэтому когда пропорции стали уменьшаться в пользу маленьких телеканалов – вот такой законопроект он пролоббировал. Дальше, как вы знаете, с Лесиным произошла отставка. Во-первых, он вступил в конфликт с отраслью, насколько я знаю, и сейчас пытается развернуть весь этот процесс, но опять с учетом того, что постоянно звучат призывы и лозунги в Государственной  Думе, что России объявлена война. Вот, я думаю, под этим соусом и попытались запретить иностранную телевизионную продукцию. Хотя, насколько я знаю, как мне говорили профессионалы, элементарно можно эти запреты обойти. Например, сократить программу, переписать, на монтаже добавить какие-то дополнительные кадры – и это уже будет собственная продукция.

Макеева: Есть, вроде бы, вообще безусловно отрадное думовское событие, оно грядет – это то, что дали ход и будут рассматривать в пятницу ваш законопроект, отменяющий сроки давности для проверки диссертаций на плагиат?

Гудков: Рано радоваться, потому что пока поддержал комитет по науке, где большинство все-таки за оппозицию. И речь идет действительно о законопроекте, который мы разработали вместе с юристами диссентера, которые борются с плагиатом в диссертациях. Мы предлагаем привести законодательство о науке в соответствие с гражданским кодексом, чтобы интеллектуальная собственность на научную работу была приравнена к такой интеллектуальной собственности как кино, музыка и т.д. Чтобы эта собственность защищалась бессрочно, чтобы не было никаких сроков давности, чтобы можно было в любой момент доказать наличие плагиата в тех или иных работах.

В пятницу  будет первое чтение и все будет зависеть от позиций «Единой России». Хочу напомнить, что в ходе заседания комитета именно единороссы голосовали против этого законопроекта, несмотря на поддержку экспертов ВАКа, высшей аттестационной комиссии, которая там присутствует, несмотря на то, что более трех  тысяч ученых обратились с просьбой к премьер-министру Медведеву поддержать подобную инициативу. Тем не менее, все будет зависеть от фракции большинства. И я не уверен, что все так хорошо.

Макеева: Я не хотела с вами на такой грустной ноте прощаться. Я этому законопроекту желаю всяческих удач. Дмитрий, спасибо.

Фото: nstarikov.ru

Другие выпуски
Популярное у подписчиков дождя за неделю