МАКЕЕВА. Говорит и показывает Украина

Макеева
10 июня 2014
Поддержать программу
Поделиться
Часть 1 (17:14)
Часть 2 (14:59)
Часть 3 (08:12)

Комментарии

Скрыть

Украинские телепрограммы, которые вернут мир. Создатели программы «Королева бала» - продюсер Ольга Рудниченко и ведущий Тео Декан, звезда программы «Орёл и Решка» Леся Никитюк, а также руководитель продакшн-студии ОК Media Оксана Кучерова рассказали Марии Макеевой, какими они видят будущее сотрудничество российского и украинского телевидения.

Раскрою вам страшную тайну. По выходным я смотрю не только «Дождь», но и другие телеканалы. И всякий раз поражаюсь. Поскольку пока по одним телеканалам показывают исключительно украинские новости, в определённом ракурсе, по другим – тихо и спокойно крутят украинские же телепередачи. Совершенно в другом ракурсе. Довоенном. И настал какой-то удивительный момент, когда, как мне кажется, примирить народные массы и вообще что-то исправить в отношениях двух стран, напомнить о том, что и там, и там живут нормальные люди – способны едва ли не только вот эти чисто развлекательные программы, на развлекательных же телеканалах. Я имею ввиду три программы: «Барышня-крестьянка», «Королева бала» и «Орёл и решка». Но прежде чем посвятить этому целую программу, я решила провести небольшой тест и спросила вас, зрителей «Дождя» и пользователей твиттера:  
Какие украинские телепередачи вы знаете? Какие вам нравятся и почему?

Итак, что мы имеем. Опрос, конечно, не может претендовать на репрезентативность и проводился не социологами, но кое-какие выводы напрашиваются. Людей, которые, будучи в России, смотрят украинские телепередачи по украинским же каналам, больше, чем можно было предположить – и я, например, просто и не все упомянутые программы знаю. И наоборот, другая половина участников опроса и не подозревает о том, что на российском телевидении, да, о крамола и восторг, по сию пору существуют украинские передачи. Или просто не знают эти люди, что это украинские телепередачи. Или им стало очень неприятно думать, что они украинские. Или они бравируют тем, что им неприятно думать, что они украинские. Но это пусть психиатры разбираются, которые на посттравматическом синдроме специализируются.
И ещё один очевидный вывод: всеобщий любимец – это программа «Орёл и решка». И мне кажется, трудно было бы не заметить, что она украинская. Кроме того, кажется, это вообще лучшая русскоязычная программа о путешествиях всех времён.

Макеева: Вы сейчас уже не занимаетесь «Орлом и решкой». Но российская аудитория у вас именно с этой программой образовалась в больших масштабах, или как это было?

Никитюк: Да, по большому масштабу после того, как передача «Орел и решка» начала выходить в России.

Макеева: Вы бывали в России?

Никитюк: Я бывала в Петербурге, но только в рамках передачи. Еще хотела бы побывать в Туле – говорят, там пряники вкусные.

Макеева: Насколько вообще велики масштабы популярности? Вас российские зрители на улицах узнают и так же ли часто как украинцы? Разнится при этом реакция публики? Что говорят российские, украинские фанаты? Они вообще как-то отличаются?

Никитюк: Про масштабы моей популярности, судя по тому, сколько я предложений получаю от российских каналов, наверное, я популярна. В каких-то регионах точно. Я открыта для общения, у меня только в одной из соцсетей около 15 тысяч российских фанатов. Нормально общаемся, ничего не изменилось. Молодые люди и не молодые поддерживают, интересуются Украиной. Конечно, фриков везде хватает, особенно в интернете, которые пишут: «Наконец-то мы забрали Крым! Ха-ха!». Этого хватает.

Макеева: Они вам это пишут?

Никитюк: Да, мне это пишут.

Макеева: Вы контактируете с российской аудиторией в соцсетях, вы отвечаете на сообщения? Изменилось ли количество фриков за последние месяцы?

Никитюк: Фриков всегда хватает, независимо от каких-то движений, которые происходят. Я контактирую, я всегда открыта для общения, и если люди мне пишут, если им понравилось то, что делаю я, они оценили мою работу, я всегда готова отвечать на письма. Некоторые даже подарки присылают и так далее. Проблем не существует.

Да, конечно, были моменты, когда я защищала свою гражданскую позицию, общалась с людьми из России насчет политической ситуации в стране. Возникали такие моменты - «Ты бандеровка, мы сделаем твою куклу вуду и будем сжечь в центре Красной площади». Такое было, да. Есть такие люди. Но большинство людей, большинство моих фанатов – прекрасные люди, с уважением я к ним отношусь. Всегда меня поздравляют с праздниками, приглашают в гости, поддерживают. И очень много людей на стороне Украины.

Макеева: Вы говорили о предложениях, которые вы в большом количестве получаете. Вы их до сих пор получаете?

Никитюк: Да. Я их получаю буквально через день, через два из ведущих российских телеканалов, но дело в том, что я отказываюсь из-за своей гражданской позиции. Конечно, мне бы хотелось порадовать своих российских фанов, но я этого, к сожалению, сделать не смогу из-за официальной политики страны.

Макеева: А вы можете сформулировать, при каких обстоятельствах вы сможете допустить мысль, связать свое профессиональное будущее с Россией в том числе?

Никитюк: Мария, если телеканал «Дождь» мне что-то предложит, я с удовольствием подумаю. Больше вам скажу: я даже согласна сделать проект, где покажу Украину настоящую, не ту, которую людям показывают российские каналы, и не ту Украину, про которую рассказывает Киселев.

Макеева: Наверное, в вашей сфере среди ведущих и телеведущих, артистов, певцов много разговоров о российско-украинских отношениях именно в плане работы, карьеры, дальнейших перспектив. У кого-то есть ярко выраженная гражданская позиция, кто-то спокойнее или сдержаннее или поскрытнее относится. Вообще обсуждают то, как изменилось все за последние месяцы? Как себя украинский шоу-бизнес в этом контексте ощущает?

Никитюк: Я сейчас говорю о своей гражданской позиции, которую я буду отстаивать в любом случае, по крайней мере, до тех времен, пока все не наладится, пока граждане России не перестанут думать, что тут бандеровцы, что бьют друг друга и так далее. Про звезд шоу-бизнеса, вы, наверное, видели, как кто-то получает награды, кто-то выступает. Знаете, за те копейки, которые платит Россия, я лучше пойду работать торговым агентом.

Макеева: А что, украинским ведущим и артистам немного платят?

Никитюк: Насколько я ранее смотрела всякие юмористические шоу, много российских телеведущих рассказывало в шутку, что как хорошо работать с украинскими звездами, украинскими ведущими, какие хорошие люди – два зернышка в год и пять рублей в месяц.

Макеева: А что касается отношений к происходящему, к политической обстановке. В шоу-бизе украинском есть ли какой-то раскол или люди каждый сам за себя, кто-то имеет позицию, кто-то – нет, и по этому поводу разногласий глобальных не происходит? Или такой раскол, водораздел очевиден?

Никитюк: Нет, раскола никакого нет. Я думаю, все нормальные звезды шоу-бизнеса украинского являются патриотами. Если они и будут выступать, то в поддержку своего народа, в поддержку своих ребят, которые стоят на границах нашей страны сейчас. Поверьте, никто здесь, ни звезды украинского шоу-бизнеса, я сейчас говорю не как публичная личность, а как гражданин страны, я общаюсь с российскими фанами только, как гражданин своей страны… Потеряла мысль, ну у блондинок так всегда бывает.

Макеева: Вы говорили о том, что звезды сейчас с теми ребятами, которые охраняют границы страны.

Никитюк: 100%. Появилось очень много патриотических песен, стихов. Все это поможет нашим людям быть только сильнее, а наши люди очень сильные. Наш народ великий, честный и справедливый. Сейчас люди просто стоят за хорошую жизнь. Все выходили на Майдан, чтобы добиться хорошей жизни. Когда президент просто бросил и уехал и вывез все, что только можно и Украины, все деньги, которые были, это нечестно, это несправедливо. Вы знаете, оказывается, у него дома были золотые унитазы, золотые батоны. Я не знаю, что он их – ел?

Продолжаем обзор телепередач, которые спасут мир. Наш славянский мир. То есть украинских программ, которые показывают по российскому телевидению, и которые – что бы ни происходило в реальной жизни, в Украине и в отношениях наших двух государств, короче – что бы ни было, а всё равно невероятно популярны у российских зрителей. Хотя и программы-то не то, чтобы совсем из нереальной жизни. Например, «Королева бала». Трое ведущих – стилист, визажист и парикмахер – путешествуют по всей Украине, где в больших и маленьких городах и сёлах помогают школьницам готовится к выпускному балу. Когда-то подобная американская программа у нас тоже выходила. Но ей далеко до успеха украинской «Королевы» - «Королевы балу».

Макеева: Ольга, «Королева бала» - это же американский формат, американская программа изначально. Или как это было?

Рудниченко: Чуть-чуть все не так. Это британский формат, это американская традиция, которую британцы пытались у себя внедрить. К слову, у них это не очень получилось, как нам говорили разработчики формата. Потом этим форматом заинтересовался один из украинских всех каналов – молодежный, и предложили нам его адаптировать. Мы взялись за адаптацию и не пожалели, потому что действительно проект очень добрый, позитивный. Невероятно приятно было работать и дарить радость девчонкам.

Макеева: А что вам пришлось изменить в плане адаптации? Вы говорите, что у британцев не очень получилось, а у вас, по-моему, очень.

Рудниченко: У британцев там не очень получилось, я так думаю, прежде всего, с традицией. Мне просто неизвестно, может, у них более глубокие корни других традиций. Поскольку у нас не было ничего подобного, мы предложили ребятам дополнительный праздник, это и получилось, и прижилось. На самом деле проект уже три года существует, прекрасно ждут, встречают. Если в первый год было сложно договариваться со школами, с участниками, все-таки дети, переживали за реакции, за последствия, если не станешь королевой. Но хорошо, всем понравилось. Мы на второй год выбирали еще и короля. Как-то пошло.

Макеева: Тео, расскажите, как вы стали участвовать в этом проекте? Может быть, какая-то серия, город?

Декан: Прежде всего, нужно сказать, что я как специалист работаю уже более 15 лет. На кастинг я попал случайно, я пришел вместе со своей приятельницей, украинским дизайнером, она пробовалась на роль стилиста. Так сложились обстоятельства, что я упирался, и Оля со мной даже встречалась для того, чтобы не то что уговорить, по формату нужно было, чтобы специалист по макияжу был мужчина. Оказалось, что я им подхожу по каким-то параметрам. Так и сложилось это.

Я могу сказать, что я никогда не стремился попасть в телевизор, несмотря на то, что имею опыт – где-то лет с 20 я имел опыт телеведущего, но здесь я очень боялся девчонок. Потому что 16-летние девочки, здесь речь идет не о вкусе, красоте или о каких-то отдельных приемах стилистических, которые нужно применять, а о том, что это их первый бал, это серьезное мероприятие, и они к этому относятся ответственнее, чем даже самые крутые звезды, которые выходят на красную ковровую дорожку.

Что запомнилось мне больше всего: было больше 120 участниц, прошло через наши руки, я могу сказать, что мне запомнилось, если говорить о программе, о внутренностях, которые происходили, мне запомнилось больше всего то, насколько профессионально работали все службы, потому что это достаточно сложно работать на выезде. Чувствовать за собой таких людей, как Оля, например, наш продюсер, которая делала и первый сезон, и второй, и третий, все было для нас тяжело, мы переживали, и Оля как настоящий профессионал удерживала нас в том направлении, которое вы видите все. Я могу сказать, что заслуга успеха программы принадлежит ей, она вкладывала туда не только свою энергию, но и душу. Это мне запомнилось – сильная команда.

Что касается девчонок, я помню лишь один момент очень негативный, у нас погибла в программе девочка одна, после программы. Это запомнилось мне. Как оказывается, негативные эмоции запоминаются быстрее. Могу также сказать, что мне запомнилось пару девчонок, правда, не помню города, потому что мы иногда просыпались и не помнили, в каком мы городе. Девчонка после мероприятия подошла ко мне и сказала: «Ну что, я брови переделала. Нравится тебе?», а мне по сценарию необходимо было поговорить о ее бровях, у нее с ними была какая-то проблема. Вот тогда я осознал всю ответственность наших советов, всех наших действий по отношению к этим девчонкам.

Макеева: Ольга, сейчас программа не снимается уже, я правильно понимаю?

Рудниченко: Это был первый год, когда мы ее не снимали. Каналом было принято решение, что сейчас не ко времени. Просто процесс надо запускать очень рано, подготовительный период программы начинается в январе-феврале. Вы в курсе, какие события происходили в Украине в этот период, поэтому мы не смогли провести подготовительный период, договариваться было не с кем и не о чем, потому что умы людей заняты другим. Мы могли бы ее произвести, и это было бы хорошо, но в этот период это было просто нереально с точки зрения переговорного процесса, потому что многое в стране остановилось. Это первый год, но я думаю, что это будет исключением, и дальше проект будет жить.

Макеева: То есть вы надеетесь на возобновление этого проекта в следующем году?

Рудниченко: Да. С точки зрения телевизионной, он показал очень хорошие цифры. Возможно, это будет не этот канал, а другой, каналы заинтересованы, по крайней мере, были попытки производства этого проекта другими каналами, были запросы. Но они были уже просто поздно – в апреле, когда было нереально что-то сделать.

Макеева: У нас до сих пор показывают серии, отснятые в 2012 году. У вас вся география смазалась, а мы как раз на географию смотрим с интересом, где Крым не российский, а украинский, где ведущих встречают с овациями в Севастополе. Вы родились, я на вашей страничке в «ВКонтакте» посмотрела, на Донбассе. Бываете ли вы дома и бываете ли вы в России?

Декан: Да, действительно я родился в Донецке. Там живут мои родители. К сожалению, я не могу уделять так много внимания своей семье – родителям. Мои путешествия обычно связаны с работой. В последний раз я был в прошлом году весной, мы для журнала Vogue снимали очень большой арт-центр, который называется «Изоляция», я ездил туда как специалист по волосам и макияжу. Сейчас там была моя сестра в Донецке.

Разговаривая с родителями по Skype или по телефону, мы поддерживаем связь, у нас хорошие отношения в семье, я могу сказать, что я немного был обеспокоен, особенно в момент, когда в Донецке происходили такие действия. Я очень переживал за своих родителей, за сестру, там очень непонятные разговоры, вы знаете, там много дезинформации, надо это все фильтровать. Но я как обычный человек попадаю в состояние иногда паническое, задаю вопрос: «Где ты? Как ты?».

А что касается Крыма, я не знаю, русский он или не русский он. Если честно, для меня вообще этот вопрос не совсем ясный, потому что в моих жилах течет, по меньшей мере, четыре разные этнические крови – от еврейской, греческой до украинской и российской. Мне делали переливание, у меня еще и кровь какого-то человека там есть. Поэтому мне очень сложно осознать момент разделения, сепарации, поэтому для меня Крым – это как местность. А что касается моего отношения, ну Крым и Крым, как-то так.

Это 2012 год, наверное, у вас показывают первый сезон сейчас, у меня там прическа как горшок.

Макеева: Да, другая прическа, однозначно.

Декан: Да, я мастер перевоплощений. Я могу сказать, что Крым, что западная Украина, что вообще вся наша Украина, девчонки 16-летние радуются, у них выпускной, они волнуются. Их волнуют только ресницы, макияж, прически, платья и желание выиграть в этом конкурсе. Другое я ничего не могу сказать, потому что я нахожусь в том положении, в котором я не могу не то, чтобы разделять, я в принципе не разделяю ничто и ничего.

Единственное, что ограничивает людей - это их личное мировоззрение. Вот мое личное мировоззрение связано с тем, что, во-первых, я открыл для себя Украину с этим проектом. Могу сказать, что нет этого, что одни оттуда живут, другие – оттуда. Безусловно, существуют какие-то различия, но они культурные или связанные исключительно с тем, на какой местности ты живешь. 

Макеева: Киевские продакшн-студии, все, что связано  производством для кино, для телевидения, долгое время пользуется в России большой популярностью, спросом ввиду рентабельности – дешево и хорошее качество, и двусторонние контакты вроде бы в этой сфере мощно были и хорошо налажены. Как сейчас на этом фронте дела обстоят?

Кучерова: Безусловно, политическая ситуация откладывает свой отпечаток на сотрудничестве между российским и украинским рынком, тем не менее, оно продолжается. Оно немножко терпит изменения.

Макеева: Какие именно?

Кучерова: Не скажу, что жестче, но осторожнее относятся друг к другу российские и украинские стороны. Тем не менее, пока это сотрудничество есть. Особенно это касается телевизионной сферы, потому что телевизионный рынок и производство форматного продукта в Украине очень сильно, поэтому российским каналам это выгодно – заказывать у нас такой контент.

Макеева: А украинцы при этом охотно сотрудничают с российскими каналами?

Кучерова: Это то, о чем я говорю, что претерпевает изменения, накладывает отпечаток и политическая ситуация, потому что мы по-разному реагируем на то, что происходит в нашей стране. В принципе, сотрудничество есть, и украинский продакшн от этого не отказывается, потому что это другой рынок, интересный рынок, который дает очень широкие возможности и перспективы. По политическим амбициям мы не отказываемся от этого сотрудничества, но сотрудничество получается не простым.

Макеева: Вы сотрудничаете с российскими каналами, есть общие проекты. По-моему, это очень хорошо, потому что это дает какую-то надежду на то, что все придет в норму, а не в то, что происходит сейчас между нашими странами. Расскажите о каких-то совместных проектах, если это возможно?

Кучерова: Изначально мы делали проект для телеканала «Пятница», в котором ведущая была Светлана Пермякова, два сезона. После этого у нас было желание и возможность производить форматный телепродукт для телеканала «Пятница», но сейчас они сократили бюджет, и мы это производство отложили. В копродакшн, с русским продакшн «Мир реалити» мы делаем для телеканала «Ю» большой проект «Топ-модель по-русски» пятый сезон. Поэтому к украинским производителям и обратились москвичи, потому что у нас очень хорошо получается делать душевные реалити-истории. У нас популярны не звезды, а человеческие судьбы, поэтому этот опыт был очень важен для того, чтобы мы сделали в копродакшне это производство.

Макеева: Если предположить, мне бы не хотелось, чтобы это предложение было реальным, тем не менее, как вы считаете, Украина на этой отрасли, в этом рынке могла бы обойтись без российских заказчиков? Можно было бы так дальше жить, чтобы вообще не сотрудничать друг с другом, при этом все производство и эта отрасль продолжала бы существовать?

Кучерова: При хороших обстоятельствах все понимают, что украинский и российский рынок очень тесно связаны. Точно так же, как российские производители, производя киноконтент для российского рынка, прекрасно понимают, что они могут продать его на украинский. Мы так и существовали в последнее время, и очень бурно и плодотворно развивались эти отношения.

Наверное, было бы неплохо, чтобы эти отношения развивались дальше. Но сейчас активная стадия передела рынков. Украинский рынок пытается самостоятельно все замкнуть на себе, не опираясь на российские бюджеты, а российский аккуратненько себе представляет, как это – жить без украинского второго показа или продажи контента на украинскую территорию. Возможно, сейчас страны по-другому посмотрят на теле и кинопроизводство и будут их развивать автономно друг от друга. Не хотелось бы, но я понимаю, что, скорее всего, к этому мы склонны.

Напоследок – ещё, коротко, об одной программе, которую, к сожалению, перестали у нас показывать, и мне не удалось выяснить, будут ли снимать новые серии. Это программа «Барышня-крестьянка», где одна богатая украинка меняется на три дня местами с другой украинкой – с невысокими доходами. И, как правило, из сельской местности. Это удивительная программа, которая показывает, например, насколько активно жива в Украине настоящая крестьянская жизнь, и как много в Украине центров, и этим она отличается от России, где главный центр – Москва, и чтобы добиться настоящего успеха надо непременно быть в Москве (во всяком случае все сериалы и программы такого рода у нас – они про это).

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.