«В Крым не собираюсь, о „Новороссии“ знаю по слухам». Националист Константинов внезапно вышел на свободу в другой России

Лобков. Вечернее шоу
16 октября 2014
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Сегодня один из редких дней, когда человек, обвинявшийся в тяжком убийстве, и не просто гражданин, а известный националист, дело которого тянулось два года и курировалось ФСБ, был отпущен на свободу. Чертановское правосудие не чета Басманному: за один день обвинение было переквалифицировано в статью 213 — хулиганство, которая ,как тут же выяснилось, подпадает под амнистию, и не потребовалось дополнительных бумаг для того чтобы Даниил Константинов оказался на свободе. Он был отпущен в зале суда и уже через несколько минут общался с корреспондентом Дождя Владимиром Роменским.

Руководствуясь статьями 307 и 309 УПК РФ, суд приговорил признать Константинова Даниила Ильича виновным в совершении преступления, предусмотренным статьей 213 частью 1 УК РФ и назначить ему наказание в виду лишения свободы сроком на три года с отбыванием наказания в колонии-поселении. На основании пункта 3 постановления Государственной Думы федерального собрания РФ об объявлении амнистии в связи с 20-летием принятии Конституции РФ от 18 декабря 2013 освободить Константинова от назначенного ему наказания. Меру пресечения в виде заключения под стражу отменить, освободить из-под стражи в зале суда.

Лобков: Даниил, меня поразил этот случай, потому что это первый случай на моей памяти, когда дело переквалифицируется самим судьей, и тут же наступает амнистия. Как вы считаете, что случилось сегодня в суде? Не было ли там телефонного права?

Константинов: Я думаю, что в суде случилось следующее. Уголовное дело, которое было сфабриковано против меня известными силами, развалилось уже второй раз в суде. Причем во второй раз развалилось в большей степени, чем в первый. Те кураторы, которые вели это дело, понимали, что вынести обвинительный приговор в данных условиях невозможно, а если возможно, то это приведет к большому общественному возмущению. Поэтому, на мой взгляд, был найден некий компромиссный вариант, при котором Константинова выпускают из тюрьмы, но при этом осуждают по какой-либо статье, дают ему судимость. И на этом разговор заканчивается.

Лобков: А вы вообще били потерпевшего?

Константинов: (Смеется) Павел, меня на месте преступления не было вообще. 

Лобков: Тогда возникает вопрос, кто же его убил. Получается, что все дело надо рассматривать с самого начала и с самого начала вести следствие, потому что ведь кто-то же убил этого человека.

Константинов: Я очень сомневаюсь, что это дело будут рассматривать и расследовать с самого начала. Помяните мое слово. Видимо, никому в определенных структурах это делать в действительности не нужно и не нужно было все эти два с лишним года.

Лобков: А вы останетесь в руководстве националистического движения, учитывая то, что и государство сейчас так благоволит, можно сказать, националистам, традиционалистам? Будете ли вы продолжать свою политическую деятельность?

Константинов: Я подумаю, что делать дальше. Сейчас сложно это сказать. Оперативное сопровождение по моему делу очень сильное. Как известно, в нем участвовали и Центр «Э», причем федерального уровня, и определенные подразделения ФСБ. И как будет дальше складываться ситуация с моей семьей, вообще непонятно пока. Сказать сложно.

Лобков: То есть вы боитесь, что таким образом, выпустив вас на свободу, вас предупредили, подвесили на крючок, что если что-то произойдет на каком-то, допустим, собрании, марше и так далее, то тут же вам все могут вспомнить?

Константинов: Предупредили меня очень давно, задолго до того, как было возбуждено уголовное дело против меня. Я этим предупреждениям не внял. Я давно уже ничего не боюсь. Тем не менее, надо понимать, что наш противник обладает колоссальными ресурсами, практически всеми ресурсами государства, с которыми тягаться очень сложно. Я даже не знаю, как это будет выглядеть дальше, честно говоря. Вот сегодня впервые вышел на улицу после примерно трех лет заключения, для меня это было шоком. Я отвык даже от улицы. Поэтому говорить о политических планах сложно. Что касается благоволения государства к националистам, то я как-то сомневаюсь, например, по вчерашнему аресту Александра Белова.

Лобков: Может, к одним – да, к другим – нет. Посмотрите, все ваши мечты сбылись: Крым в составе России, есть «Новороссия», есть ополчение, куда многие ваши коллеги поехали, многие оттуда вернулись живыми, многие – нет. Как, кстати, ваши планы на это, на новую реальность?

Константинов: Мои взгляды пока не могут полностью сформироваться, потому что я своими глазами эту новую реальность не вижу.

Лобков: Ну вы поедете в Крым или в «Новороссию»?

Константинов: Пока не собираюсь я ни в Крым, ни в «Новороссию».

Лобков: Но что такое «Новороссия», я думаю, вы знаете, несмотря на судебные стены.

Константинов: Конечно, по слухам знаю.

Лобков: Вы сочувствуете этому движение – не сочувствуете?

Константинов: Да я не могу пока ответить на этот вопрос, потому что то, что происходит на Донбассе, для меня неизвестно. Приведу вам пример. В Крыму я был последний раз несколько лет назад, что там происходит сейчас, мне неизвестно. В Донбассе я не был никогда, поэтому на эти вопросы мне ответить сложно.

***

Денис Зацепин, адвокат: Это с учетом того, что ему было переквалифицировано на деяние средней тяжести и назначено наказание в виде трех лет, это дало возможность суду по собственной инициативе применить амнистию.

- Как вы думаете, почему суд проявил такую инициативу?

Денис Зацепин, адвокат: Понимаете, в такой ситуации уже надо человека отпускать. 2,5 года держали по убийству, а потом выходит судья и говорит: «Знаете, по убийству следствие ничего доказать не смогло. Ну вот тут как-нибудь натянем на хулиганство». Надо было освобождать, вот и освободили.

Даниил Константинов: Спасибо всем большое за поддержку, за внимание, спасибо, что не оставляли все это время. Это очень ценно, я никогда этого не забуду. Спасибо всем большущее.

- Как вы думаете, почему такое решение суда?

Даниил Константинов: Скажем так – это маленькая победа. Дело в том, что те, кто курировал это дело, поняли, что судить по такому делу человека нельзя, ну и выпускать уже нельзя, потому что это имеет очень большие последствия для тех, кто вел это дело долго. Поэтому, наверное, было вынесено такое компромиссное решение, с одной стороны, признать человека виновным, осудить, и в то же время немедленно освободить, прекратив весь этот процесс.

- Чем вы теперь будет заниматься?

Даниил Константинов: Я не знаю. Пока отдыхаю. Я еще не освоился. Это слишком сильное ощущение, чтобы его передать.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.