Белковский о том, почему Путин — пантеистический бог

И как Кехман влип в «Тангейзер», а Рогозин — в Норвегию
19 апреля 2015 Павел Лобков
54 873
Часть 1 (23:58)
Часть 2 (19:01)

Станислав Белковский и Павел Лобков поговорили о том, как «Путин сам спровоцировал Норвегию на санкции», а «Рогозин испортил жизнь своему народу» и в чем главная проблема России.

Лобков: Те, кто внимательно следит за прямой линией, могут расслабиться — мы ее затронем в минимальном объеме, потому что Стас и так работал спичрайтером на Владимира Владимировича Путина, но не будем повышать его зарплату в шестом подъезде. Главное у нас сегодня тогда, если мы не очень касаемся прямой линии…

Белковский: Прямая линия — это смерть на кардиограмме. Знаешь, когда кардиограмма становится прямая, прямая линия — это смерть.

Лобков: Опять ты сворачиваешь на свое любимое. Вот смотри, сегодня знаки нового болотного дела опять проявились. Не сегодня, а вчера-позавчера. Во-первых, Наталья Пелевина — женщина видная, которая, в общем, с помощью некоторых адвокатов, которые ранее работали на Игоря Ивановича Шувалова, в журнале Barron's в 2012 году инициировал публикацию о тайной империи Шувалова. Журнал уважаемый, потом пришлось опровергать это все дело, а именно, способом переводов этих офшоров…

Белковский: Ну, опровергать пришлось не публикацию, а чувство вины компенсировать пришлось путем переводов в какие-то новые юрисдикции. Публикация-то вся была правдивая, основанная на реальных событиях.

Лобков: Она одна из таких ярких деятелей оппозиции, которая не была на Болотной площади, не финансировала Болотную площадь, митинг даже — в кошелек ни одной копеечки не положила, и тем не менее, ее обвиняют в финансировании Болотной площади, уже таскали на допросы. Она под подпиской о невыезде. Сегодня из Томска приходит сигнал о том, что те, кто выходили год назад, ну их было совсем немного в Томске — те же 8 человек, которые на Красной площади стояли во время оккупации Чехословакии, что их тоже всех перетаскали уже не на допросы, а в суд, и пенсионеркам по 30 тысяч рублей присудили за организацию массовых беспорядков в Томске, которые были год назад, оказывается.

Вот мне интересно. Болотное дело, оно же вот только потому, что существуют провинциальные следователи, которые приехали сюда, обросли семьями, насколько я знаю, у них отдельный этаж в Сантехническом переулке, им нужны чины и звания, и система просто работает сама по себе уже, либо система получает сигналы. Я, как биолог, считаю, что здесь уже важен муравейник, а не муравей. Здесь уже важно, что система стала самоорганизовываться, ей нужны новые жертвы, просто чтобы оправдать собственное существование.

Белковский: Я, как системный программист, а не биолог, считаю, что и то, и другое, что нужно интегрировать эти версии в одну. Болотное дело становится уже таким, мне кажется, могучим брендом в истории современной России, типа как собака Баскервилей, где один из персонажей говорил: «Болото иногда издает странные звуки», на что Шерлок Холмс отвечал: «Нет, это был крик живого существа». Так вот, из болота издают странные звуки, и это был крик живого существа. Ты очень правильно сказал про дело Шувалова.

Дело в том, что адвокат Павел Ивлев, который изначально запустил документ об абсолютной безупречности Игоря Ивановича Шувалова как государственного служащего, который с 1996 года не работал нигде, кроме как на государство, и неожиданно заработал несколько сот миллионов долларов, работая на это государство, он тоже подвергся обыскам в квартире его родителей в Химках, Московской области, когда эти документы были обнародованы. Но сейчас, видимо, дело дошло и до Натальи Пелевиной, тем более, что здесь есть совпадения интересов, поскольку Наталья Пелевина, с одной стороны, связана с лагерем Ходорковского через Павла Ивлева.

Лобков: Павел Ивлев сначала был, собственно, архитектором этой системы офшоров для Шувалова.

Белковский: Я не знаю, был ли он архитекторов офшоров, он был юристом адвокатской конторы АЛМ. АЛМ — это Александр Леонидович Мамут, который был основателем этой конторы. Потом эта АЛМ стала АЛМ-Фельдманс и перебазировалась на Кипр. Ведущим юристом этой всей истории был Павел Ивлев. С течением времени он переполз в лагерь Ходорковского, и стал ближе к Ходорковскому, чем к остальным людям, чем к остальным партнерам этой компании и клиентам ее. Хотя среди клиентов был и Березовский, и многие другие знаменитые люди. И вот, собственно, здесь совпадение интересов, что, с одной стороны, мочат людей Ходорковского, и мы видели, что был обыск в «Открытой России» на прошлой неделе. Причем, здесь есть несколько версий. Есть официальная версия МВД, согласно которой обыск проводился с целью изъятия экстремистских материалов, призывающих к выходу на улицу на несанкционированный митинг.

Есть версия, заявленная самим Михаилом Ходорковским, о том, что обыски связаны со съемками фильма про Рамзана Кадырова. И я немножко знаю эту историю — да, фильм действительно снимается, и все-таки я не считаю, что обыски связанны со съемками фильма про Рамзана Кадырова. Обыски связаны с попытками найти инфраструктуру финансирования оппозиции. Как прежде правоохранительные органы, назовем их так, пресекли финансирование Навального, вызвав на допрос всех, кто перечислил хотя бы 100 рублей.

Лобков: В Петербурге, кстати, сегодня происходит подобное. Томск и Петербург, сегодня в Томске вызывают всех, кто были по болотному делу на акции протеста, а в Петербурге вызывают всех, кто с не анонимных счетов, то есть через привязанные к телефонам аккаунты посылал со своих Яндекс.кошельков деньги на избирательную кампанию Навального прошлого года.

Белковский: Да, совершенно верно. То есть вызывают всех, кто финансировал Навального, давая понять, что только вздумайте хоть 100 рублей дать Навальному.

Лобков: Как в американских детективах: мы идем не за людьми — мы идем за деньгами.

Белковский: Мы вас всех прижучим. Одновременно были внесены поправки в действующее законодательство, которое существенно ограничивает возможности краудфандинга, то есть сбора денег с людей. В итоге, собственно, каналы финансирования Навального были прикрыты на априорной стадии. То же самое сейчас происходит с Ходорковским. Тем самым, власть признала Ходорковского очень важным оппозиционером. Я думаю, что Михаил Борисович должен быть этим польщен.

Лобков: То есть Пелевина, скорее всего, в этой ситуации оказалась как человек Ходорковского, потому что к болотному делу ее привязать очень и очень сложно.

Белковский: Ну, болотное дело — это вся наша Россия, потому что ты, как уроженец города Ленинграда, должен знать, что этот город построен на болоте. И Владимир Владимирович Путин тоже построен на болоте, поэтому болотное дело — это философия современной России. Вот то, что делает Путин — это есть болотное дело в самом широком смысле этого слова.

Лобков: Сегодня еще одна новость, которая широко обсуждается — это неприезд Александра Григорьевича Лукашенко на Парад Победы. Надо отдать должное, что он никогда не приезжал на Парад Победы, потому что он сам — Верховный главнокомандующий, у него звезда такого размера, я видел, я был на одних учениях, где был Лукашенко, у него звезда — как морская, хотя, Белоруссия, по моим последним сведениям, не имеет выхода к морю, но у нее, как у морской звезды, лучи свисают по мощным плечам Александра Григорьевича, потому что она не помещается, это явно морская звезда.

Вот он здесь в военной форме. Очень богато изукрашен Александр Григорьевич. И как же можно упустить такой повод как 9 Мая, чтобы в таком виде не появиться перед своим народом, который теперь Александр Григорьевич ведет в Европу. Но один раз можно было, что называется, и пропустить, учитывая недостаточную заполненность главной трибуны. И у меня сложилось такое ощущение, что теперь и Владимир Путин заявит о том, что он не пойдет на праздник Победы. И это не скажется на эмоциональной напряженности и торжественности мероприятия, как заявит его пресс-секретарь Песков.

Белковский: Да, по старому принципу: если не знаешь, что делать — ложись спать. У Путина такой принцип: если не знаешь что делать — посылай Медведева. Мне кажется, что Медведев будет исполнять обязанности президента на Параде Победы. Нет, Путин, конечно, там будет. И то, что Александр Лукашенко в прежние годы не был — на это никто не обращал внимания. А сейчас, когда не явился никто, и присутствие Александра Григорьевича, нашего союзника, нашего — это в смысле Российской Федерации по Евразийскому экономическому союзу было бы весьма показательным и символичным. Вот, Александр Григорьевич решил продать свое неприсутствие несколько дороже, чем это было в прежние годы, а он это умеет идеально делать.

Лобков: То есть, с одной стороны, он пожурил кого надо: всякие там «пятые колонны», дежурный камешек послал в европейский огород, картофелину. Но, тем не менее, Александр Григорьевич показал. Он это показал все-таки?

Белковский: Конечно. Он должен был это продать, и он это продал. Он это умеет блестяще делать. Но все равно как я бы сейчас заявил, я не пойду на прием в Букингемский дворец, а туда меня никто и не приглашал.

Лобков: Еще сегодня замечательная история. Две истории одновременно. И я коротко изложу, чем похож Владимир Кехман на Дмитрия Рогозина. Дело в том, что и у того, и у того проблемы. Разного сорта проблемы. У Кехмана проблемы с кредиторами, причем с очень важными кредиторами, такими как Сбербанк, у Дмитрия Рогозина проблемы с тем, что он заявил себя как жесткого сталинского наркома. И вроде как построил целый «Дальстрой», почти как легендарный Берзин, только его именем корабли еще не называют. «Дальстрой» — это такая главная империя была ГУЛАГа, которая, собственно… Магадан, Колыма — все это и есть «Дальстрой». И таким хозяином «Дальстроя» выступил интеллигент Рогозин, представив себя как жесткого сталинского наркома, расстреливает, правда, он исключительно через твиттер всех своих врагов.

Там забастовки, там ничего сделать нельзя. И неожиданное таинственное бегство Рогозина с криками: «Арктика будет нашей» в норвежский Шпицберген, где при помощи захвата Арктики, где, собственно, Рогозина никто не искал, даже власти Норвегии узнали об этом через журналистов, он в ушанке, распугивая белых медведей крестом и иконой, он символически утвердил мировое господство, при этом оставив все проблемы там, в Комсомольске.

Кехман повел себя примерно так же. Со своими бананово-лимонными проблемами он переместился в Новосибирский театр, привлек на себя внимание, сказал: «Новосибирск наш». И мне кажется, что их судьбы, Рогозина и Кехмана, удивительным образом стали похожими. Похоже ли будет у них будущее?

Белковский: Ну, давайте обсудим это дело. Дмитрия Олеговича Рогозина я неплохо знаю, он — журналист по образованию, поэтому все, что он делает — это репортаж, главным героем которого уже много лет является он сам, больше никто. А единственным читателем этого репортажа является супруга Татьяна, которая для него главный критерий оценки его действий. Если Татьяне нравится, что Рогозин делает — это хорошо. Не нравится — это нехорошо. Дмитрий Олегович сегодня совершил гениальный ход, он действительно отправился на Шпицберген, а если ты знаешь, Шпицберген — это… хотя, он формально находится на территории Норвегии, он под юрисдикцией Норвегии, но он регулируется Парижскими конвенциями о Шпицбергене 1920 года, в соответствии с которыми ряд стран имеют права доступа на Шпицберген, в частности…

Лобков: Но, правда, никто не хочет, потому что уголь никому не нужен, а оттуда возить его очень дорого. Поэтому это, скорее всего, российское присутствие. Не военное, там нельзя быть военным, российское присутствие. Там шахтеры, видимо были.

Белковский: Да, и как это называется по-норвежски? Свальбард. И это единственное место в мире, где законодательно запрещено умирать, поскольку бактериальная флора Шпицбергена так бедна, а воздух так чист, что трупы не разлагаются, поэтому там нет кладбища. Поэтому если ты собрался умереть, ты должен немедленно покинуть Шпицберген. А если ты все-таки умер, не покинув Шпицберген, тебя принудительно оттуда депортируют уже после смерти. Это уникальное место. Поэтому Дмитрий Олегович отправился на Северный Полюс, при этом он испортил жизнь своему русскому народу, не шпицбергенскому с медведями, потому что уже сегодня королевские представители Норвегии заявили, что возможно ограничение на въезд в Норвегию всех русских людей, после того как Дмитрий Олегович совершил.

Лобков: Ступил на норвежскую землю, находясь под санкциями.

Белковский: Норвегия не входит в Евросоюз.

Лобков: У него нет визы.

Белковский: Да, он мог безвизово въехать по Парижским конвенциям 1920 года. Но Норвегия не входит в Евросоюз, она входит только в НАТО. Но она присоединилась отдельно к санкциям против России в октябре 2014 года, причем, спровоцировал это лично Владимир Путин. Когда он вводил продовольственные антисанкции так называемые, по ошибке его сотрудники, видимо, работая в интересах компании Volga Resources Геннадия Тимченко и «Русское море», и всех прочих, которые регулируют импорт рыбы из стран Евросоюза и приравненных к ним, они вписали ему в бумажку, что нужно тоже ввести антисанкции против Норвегии, хотя Норвегия в этот момент санкции против России не вводила, ибо она не подчиняется правилам Евросоюза и не обязана соблюдать лояльность Брюсселя и Берлина. И Норвегия когда увидела, что она против нас санкции не вводила, а антисанкции продовольственные, направленные на запрет импорта рыбы из Норвегии, выгодные лоббистам соответствующего профиля, она ввела санкции против нас. Это было гениальное решение — спровоцировать Норвегию на санкции.

Сейчас Дмитрий Олегович Рогозин совершил второй этап — он спровоцирует Норвегию на особый визовый режим с Российской Федерацией. Ну, Дмитрию Олеговичу не привыкать, он сдал свою партию «Родина», он был 3 дня, по-моему, секретарем генерального совета «Единой России» даже. И тогда еще Юрий Лужков и Минтимер Шаймиев, которые были у власти, они убедили Путина, что это решение безумное — и Дмитрия Олеговича сместили.

Лобков: Он даже был главой…чуть ли не стал главой парламентской партии. И, кстати, он начал движение по борьбе с нелегальными эмигрантами, в чем мог бы перехватить пальму первенства у Белова-Поткина, который сейчас находится, насколько я понимаю, в психиатрической клинике.

Белковский: Он и хотел перехватить пальму первенства у Белова-Поткина. Но не получилось, потому что по инициативе Владислава Юрьевича Суркова Рогозина сместили с поста председателя партии «Родина», причем за несколько дней до смещения Рогозин призывал своих соратников активно бороться за сохранение статус-кво, а потом их конкретно слил. А сейчас он слил всех россиян. Ну Бог с ним, с Рогозиным.

Лобков: Ну, суть у них общая с Кехманом.

Белковский: Да. «Суть бы личная за нашу славу общую», — как сказал бы поэт Борис Абрамович Слуцкий. Владимир Абрамович Кехман влип более конкретно. Он устроил жуткую интригу, как мы теперь уже окончательно понимаем, с Новосибирским театром и запретом «Тангейзера», отрастил бороду, чтобы казаться православным.

Лобков: Тоже взял ушанку и крест в руки.

Белковский: Да, нанял митрополита Тихона-Емельянова — я это говорю абсолютно в христианничьем и православном смысле, чтобы тот наехал на Новосибирский театр, получил Новосибирский театр, запретил «Тангейзера». А все прахом пошло. Потому что после этого Герман Оскарович Греф, председатель правления Сбербанка, заявил, что Кехман ведет себя за гранью добра и зла, общий объем претензий — 6 млрд. рублей. В Следственном комитете находится несколько уголовных дел. И если христианнейший, бородатейший Владимир Абрамович Кехман не сядет в ближайшее время, я буду крайне удивлен.

Лобков: Смотри, 90-е годы, поставки фруктов на первый стол города Петербурга.

Белковский: Ну, помнишь, как говорилось еще на прямой линии с президентом несколько дней назад, которую я комментировал, порошок — это хорошо. Есть еще представления, что Владимир Абрамович Кехман — по части импорта порошка, который хорошо.

Лобков: Да, импортозамещал. Понимаешь, человек, который связывается с Владимиром Путиным, как мы понимаем, у Путина должен какой-то выбор быть. Греф, знакомый ему по коридору петербуржской мэрии, или Кехман, знакомый ему, может быть, по каким-то местам, где они встречались после работы.

Белковский: На мой взгляд, поскольку Владимир Владимирович Путин находится в эмпиреях и общается с Богами, его аудитория — это Барак Обама, Ангела Меркель, он не будет вмешиваться в этот конфликт.

Лобков: И можно рассчитывать на объективность?

Белковский: Да, конечно. Я спрашивал одного нашего очень известного заключенного, не будем называть его имя: «А вот как заключенные на зоне оценивают справедливость выносимых приговоров?». Он мне ответил: «70% заключенных на зоне считают, что их посадили за дело, 25% считают, что их посадили за дело, но слишком строго наказали, и только 5% заключенных считают, что их приговоры фальсифицированы». Поэтому проблема судебной системы Российской Федерации не в том, что она выносит неправосудные приговоры, а она очень часто выносит правосудные приговоры. Проблема в том, что эта система в принципе открыта для внешнего вмешательства: как административного, то есть звонков вышестоящих лиц, не представляющих судебную власть, а представляющих власть исполнительную, как правило, так и для коммерческого подкупа. Что вот это, в отличие от Высокого суда города Лондона не исключено. Но это не значит, что она выносит сплошь неправосудные приговоры. Поэтому в случае Владимира Абрамовича Кехмана, я думаю, Герман Оскарович Греф свое дело знает туго. Но я хочу сказать, что это «Тангейзер» восстал из грота. Я попросил бы очень осторожно относиться к культурным явлениям.

Лобков: Тем более, к древней германской мифологии, к блуждающему сюжету, который прошел, в отличие от Владимира Абрамовича Кехмана, через века и, немного видоизменяясь, попал во многие произведения. В отличие от Владимира Абрамовича Кехмана, который пока еще не попал ни в одно произведение.

Белковский: Он обязательно попадет в какой-нибудь «Тангейзер-2», который будет восстановлен в Новосибирской опере, когда будет происходить сбор средств на помощь заключенному Владимиру Абрамовичу, фамилия которого не раскрывается в интересах правосудия.

Лобков: Все-таки обещал я не трогать прямую линию, чтобы ее божественные очертания не исказить, но все равно я сегодня почти плакал, читая сообщения «Интерфакса», меня часто слеза пробивает. Вот было такое село Вершино-Биджа, там плакала дама, которая плакала, что дома сгорели, никто им не помогает, просила о помощи Владимира Путина. Сегодня приходит сообщение «Интерфакса»: «Из соседнего села Зеленое, которое находится в 12-ти километрах и которое позже тоже погорело, в Вершино-Биджа на 12 километров отправлены стройматериалы, а также гвозди, цемент, строительные инструменты и сельхозинвентарь в виде гуманитарной помощи». То есть, представляешь себе — две деревни. И, тем самым, как замечает источник «Интерфакса» в правительстве республики, жители села Зеленое проявили неравнодушие к проблемам своих соседей. Для того, чтобы жители одного села проявили неравнодушие к жителям другого села и послали им гвоздь, для этого нужно, чтобы кто-то вышел на прямую линию и чудесным образом поплакал президенту. А сколько еще таких сел неплаканных?

Белковский: Кроме гвоздей нужно было послать еще крест, на котором был бы распят кто-нибудь ответственный за случившееся.

Лобков: Лично полпредом Рогожкиным, естественно, а распят оппозиционер должен быть.

Белковский: Полпред Рогожкин — это бывший командующий внутренними войсками МВД Российской Федерации, который является полпредом в Сибирском федеральном округе.

Лобков: И не очень счастлив, я думаю.

Белковский: Ну, военнослужащий всегда счастлив, ибо всякий рыцарь, как известно, мечтает умереть за короля. «Куда послали — туда и посол», — знаешь, такая пословица. Так вот, Рогожкин заявил, что все подожгли оппозиционеры.

Лобков: Потом он исправился после звонка из Москвы.

Белковский: Я думаю, что Сергей Борисович Иванов, руководитель администрации президента, объяснил, что не всякий полпред должен рассуждать об оппозиции. Для этого есть специально обученные люди, сидящие непосредственно в Кремле и в его окрестностях типа Совета Федерации, Государственной Думы и т.д. Он исправился и сказал, что это оппозиционер в широком смысле, который оппонирует власти в целом.

Лобков: Но меня здесь волнует социально-психологический аспект. Представляешь, две деревни, да. С легкостью ли расставались неравнодушные жители села Зеленое со своими гвоздями?

Белковский: Я думаю, что безо всякой легкости, поскольку уровень индивидуализма в постсоветской России превысил все мыслимые и немыслимые пределы, поскольку наступил отходняк после советского коллективизма — это все понятно. Но это еще раз подтвердило, что Владимир Путин является пантеистическим богом, он пронизывает все.

Лобков: Он может перемещать гвозди из одного села в другое через эфир.

Белковский: Но не Дождя. Хотя, может быть, в следующий раз и стоит переместить гвоздь, например, через этот стол и показать, что мы тоже не лыком шиты. Хотя, мы, конечно, не пантеистический бог, и даже в подметки его замечательных ботинок не годимся.

Лобков: Ну, давай еще новость сладкую. Как говорят в нашем креативном пространстве в рамках текущего проекта, данного проекта — они всегда выражаются таким языком эти хипстеры все, которых я очень люблю. В рамках проекта «Крым наш» сегодня было заявлено о том, что в Крыму будет Силиконовая долина, как я понимаю. Новая Силиконовая долина, там будет хайтек. Не знаю, каким образом туда будут сгонять, так же, как на космодром «Восточный» рабочих, только будут туда сгонять айтишников или привлекут какими-то менее дикими красотами. Но, тем не менее, там Силиконовая долина, и перед тем, как мы уйдем на рекламу, я хотел бы показать один ролик, который был снят энтузиастами Крымнашева, которые пришли туда первыми, еще до того, как там звучали фанфары, до того как поселились там федеральные ведомства. Вот что примерно происходит с теми объектами, которые когда-то в таком революционном угаре были отобраны у украинских собственников.

Лобков: Это была нарезка мнений, которые крымские активисты сняли по поводу объекта, который строил то ли Коломойский, то ли Тарута. Объект, из-за которого прорвало огромный коллектор, по которому фекалии стекли в Черное море. Надеясь на «зеленых человечков», стройку остановили, условного Коломойского или Таруту выгнали, но вот через некоторое время возник некто — и стройка возобновилась. А это каких-то 8 восьмиэтажных домов. Замечательная была фраза: «У нас же в России такого не бывает, чтобы фирма, не получившая разрешение, могла что-то строить». Они какую-то небесную Россию себе представляли, которая придет, а пришла совсем другая Россия.

Белковский: Пришла именно та Россия. Сейчас Крым отмечает год своего абсолютно добровольного, как мы знаем, вхождения в состав Российской Федерации.

Лобков: Не иронизируй, правда, добровольного.

Белковский: Да, конечно, абсолютно. С помощью «зеленых человечков», «вежливых людей» и самого вежливого и зеленого из них — Владимира Владимировича Путина. И он теперь понимает, где он оказался, куда влип уважаемый Крым. Вот Алексей Чалый, глава Севастополя, является ярким примером представителя политической элиты Крыма и актива, который активно, прошу прощения за тавтологию, и последовательно выступал за переход Крыма в состав России. Мне тоже кажется, что он тоже понял, что он влип. У  меня нет убедительных доказательств, но по его поведению это достаточно очевидно. Несколько месяцев назад приезжал спикер Государственной думы Федерального собрания РФ Сергей Евгеньевич Нарышкин.

Лобков: Историческую правду утверждать. Он обычно историческую правду утверждает.

Белковский: Нет, утрясал противоречия между Чалым (Чалый сейчас — председатель законодательного собрания Севастополя) и губернатором Севастополя генералом Меняйло. Заодно обсуждались вопросы о скорейшей законодательной интеграции Крыма в правовое поле России.

Лобков: Судя по всему, коррупционная интеграция произошла полностью.

Белковский: Нет, еще далеко не полностью, она еще в процессе. И вот Чалый неожиданно сказал Нарышкину, что, знаете, в связи с ограниченностью бюджета города Севастополя надо ограничить поездки высоких федеральных чиновников за счет принимающей стороны. Вот в украинском политическом пейзаже, где Крым находился предыдущие 23 года, это можно сказать, абсолютно ничего тебе не будет. Ты можешь сказать это спикеру парламента, президенту, кому угодно. Но Чалый забыл, что он уже находится в российском политическом пейзаже и нарочно устроил форменную истерику, у Чалого были неприятности, потому что нельзя большому начальнику такие вещи говорить, абсолютно. Вот борьба между Чалым и Меняйло, которая сейчас происходит в Севастополе, она отражает, скажем, понимание ряда людей, которые способствовали присоединению Крыма и  Севастополя к России, что они оказались в той….

Лобков: То есть революция уже пожирает своих детей потихонечку?

Белковский: Она пожирает своих отцов, а также чужих детей, как говорилось, не где-нибудь, а в бессмертном романе Василия Павловича Аксенова «Остров Крым». То есть неожиданная элита Крыма поняла, что она оказалась в такой политической реальности, в которой она совершенно не собиралась оказываться. Вот, к примеру, Олег Зубков, легендарный деятель крымского зоопарка.

Лобков: Я видел видео с его зоопарком, честно говоря, на меня произвело это такое тягостное достаточно впечатление, потому что не резвятся серны в бетонных мешках. То есть он по-своему понимает жизнь животных. Там такой, я бы сказал, зоопарк строго режима.

Белковский: Зоопарки бывают всякие, я не биолог в отличие от вас с Зубковым. Я просто говорю, что это легендарный человек, который пережил всех президентов Украины, сделал свой объект культовым в Крыму. Он был, между прочим, личным другом Виктора Ющенко, бывшего президента Украины. Когда Зубкова избили по какой-то причине, может быть, это сделали его же обиженные животные копытами, то в 2006 году Ющенко на пресс-конференции касался этого дела об избиении Зубкова и долго рассуждал о том, что он хорошо знает Олега Зубкова, и расследование будет проведено в полном объеме. Так вот, Олег Зубков, который тоже поддержал в прошлом году присоединение Крыма…

Лобков: Да, кстати, он стоял на той площадке открыточного вида, я не знаю, можем ли мы это показать, это открыточный вид, где они все стоят, все очень красиво, сзади панорама, то есть безупречная операторская работа.

Белковский: Олег Зубков был на этой прямой линии, но слова ему не дали. И теперь понятно почему — потому что Зубков собирался жаловаться.

Лобков: Вот смотри — отъезд, это явно с квадрокоптера. Крым — какой он наш, как все замечательно. И тут сейчас появятся совершенно свободные люди, которые свободно расположились. Смотри, какие у них не напряженные лица, расслабленные, умиротворенные, как все невыстроенно, как все спонтанно. И вот среди них стоит Олег Зубков, по-моему, сзади стоит. Свободно, как будто чайку попить.

Белковский: А чаек у них в карманах, во фляжках, чтобы не нервничать.

Лобков: Микрофона не получил.

Белковский: Да, после чего он, собственно, разразился форменной истерикой, заявил, что жить в составе России невозможно, что у зоопарка отнимают его инфраструктуру с целью построить на его месте что-то другое. И что вообще у него есть проект переезда в Днепропетровск, и что Игорь Валерьевич Коломойский пресловутый, который является исчадием ада абсолютным, он да, предлагал ему перевезти весь зоопарк вместе с животными в Днепропетровск. И он бы это сделал, но, ты говоришь, что Коломойский ушел в отставку, и поэтому проект завис. Кроме того, Зубков пожаловался, что также ликвидируется крымский дельфинарий, владелец которого закупал дельфинов непосредственно в Японии в качестве энтузиаста.

Лобков: Там же коса пошла косить хорошо. Мне рассказывали мои источники, что те ополченцы, которые там еще остались какие-то, вот эти идеалисты с безумными мозгами, которые боролись против того, чтобы там были заборы по всему Крыму, они зачастую видят, приезжают через неделю, видят новые заборы, бог с ними, с заборами, мы это видели уже на конкретном примере. Что зачастую обнаруживают странные фуры, они вдруг видят, пытаясь их не пропустить в Керчь, чтобы контрабанда не шла, вдруг обнаруживают, что за ними просто присылают людей на черных BMW с корочками великих структур.

Белковский: Это масонские ложи, видимо, и т.д.

Лобков:  Это и масонские ложи.

Белковский: Это масонская ложа охраны.

Лобков: Да, которые, оказывается, отвечают за этот трафик весь, в лучшем случае, если там действительно….

Белковский: Вся борьба с контрсанкциями идет через Крым

Лобков: Через Крым.

Белковский: Контрабанда через Украину, через Крым в Россию.

Лобков: Энтузиасты поняли, что приходят  в положение «пятой колонны», потому что Крым уже давно не их. И вот Зубков тоже стал «пятой колонной», получается?

Белковский: «Пятая колонна» — это национал-предатели, к которым, и принадлежу я.

Лобков: Вы с Зубковым теперь?

Белковский: Нет-нет, рядового нацпреда, я не претендую на руководство «пятой колонны». «Шестая колонна», как сейчас принято говорить в околокремлевских средах — это либеральные политические элиты, которые сомневаются в необходимости пожизненного пребывания Владимира Путина у власти. А вот крымские ополченцы, Зубков и  все прочее —  это уже «седьмая колонна». Поэтому предлагаю ввести «седьмую колонну», такое понятие — «седьмая колонна».  Поскольку в России все проблемы принято решать методом расширения числа и спектра административных структур, предлагаю сейчас учредить «седьмую колонну» и принять в нее всех упомянутых персонажей поголовно. Так или иначе, Крым понял, где он оказался. Это абсолютный сюжет Василия Павловича Аксенова. Все великие писатели — пророки. Идея общей судьбы закончилась тем, что, как мы помним, главного героя Лучникова арестовали.

Лобков: Где-то на лодке.

Белковский: А любовницу его сожгли из огнемета. Все, товарищи, «час настал, крылами бьет беда и каждый день обиды множит».

Лобков: Выбор был тяжелый, у них же был выбор между Небесной Россией и рептилоидами, которые правят на Украине. Потому что нам недавно всем стало известно, что великая Мария Дэви Христос, которая была в свое время, по-моему, при фашистском режиме Ющенко она была арестована и посажена.

Белковский: Она была арестована при нацистском режиме Кучмы еще.

Лобков: При нацистском режиме Кучмы, потом вышла из тюрьмы.

Белковский: Да, вышла из тюрьмы при Ющенко. Я напомню почему: она была главой тоталитарной секты, назовем это так, она называлась ЮСМАЛОС. Это расшифровывалось так: Иоанн с вами, это ее муж, Мария Дэви и что-то там еще. В 90-ые годы все московское метро было обклеено вот этими «Мария Дэви Христос».

Лобков: Не знаю, есть ли у нас ее портрет, я думаю, показали. Она провозгласила, что на самом деле режим, пришедший в Украине, является рептилоидами.

Белковский: Ты сможешь объяснить гораздо лучше, чем я, кто такие рептилоиды.

Лобков: Я не знаю, это могут объяснить мои молодые коллеги, потому что это из каких-то фильмов идет. Это какие-то такие существа, в отличие от вас с нами телосложения довольно худощавого, у них экзоскелеты и такие очень умные головы. Что-то вроде масонской ложи из космоса. Они прилетели и правят, то есть это надстройка над Бильдербергским клубом, которая нам очень хорошо знакома.

Белковский: Да.

Лобков: А это те, кто управляют Бильдербергским клубом, то есть это вообще вселенское правительство. Но дело в том, что есть люди, которые утверждают, что и Россией правят рептилоиды.

Белковский: Нет, нет, давай слушать Марию Дэви Христос.

Лобков: Она живет в России сейчас.

Белковский: Да, и она абсолютный идеолог крымнашизма. Россия вообще становится центром всех прогрессивных сил человечества. В Питере проходит нацистский съезд, а с другой стороны основными идеологами крымнашизма вместо собственного крымского актива, который обеспечивал революцию в Крыму год назад и пролагал дорогу «зеленым человечкам», дальше остаются тоталитарные секты, это отлично, офигительно, я считаю, как принято говорить по этому поводу в интернете. Вот сейчас, мне кажется, как Ирина Бергсет, есть такая дама, лидер движения «Русские матери», изобличенная, кстати, в Норвегии как обычная аферистка.

Лобков: С Норвегией вообще все сложно.

Белковский: Норвегия становиться сакральным местом. Ирина Бергсет, настоящая фамилия —  Фролова, она разбивала телефоны Nokia, помнится, у финского посольства в знак протеста против того, что в Финляндии притесняют русских детей.

Лобков: В костюме Путина?

Белковский: В костюме Путина — это в Норвегии, одевают ребенка в костюм Путина и насилуют. Мне все хочется узнать, что это за костюм Путина такой. Нельзя ли как-то маркетинг провести, что это — Armani, Brioni, Patrick Hellmann. Что это за костюм Путина такой и как можно в него ребенка одевать? Потому что костюм Путина большой — ребенок маленький? Причем Ирина Бергсет путалась в показаниях, она об одних своих интервью говорила, что ребенок крайне унижен и просит его спасти, в других говорила говорила, что норвежские насильники объясняют им, что это престижно и почетно, и ребенок гордится тем, что его насилуют в костюме Путина.

Лобков: Но, ты не забывай, что Рогозин уже в Шпицберген наш, так что, понимаешь, важнейшую часть…

Белковский: Северный полюс наш, Арктика наша.

Лобков: Северный полюс наш, Арктика наша. Пускай Норвегия трепещет, я бы сказал, как лосось, загнанный в садок.

Белковский: Нет-нет, бесы веруют и трепещут, как сказано в Писании. Так вот и они будут веровать и трепетать. Вот весь модельный ряд, не побоюсь этого слова, Ирина Бергсет, Иоанн с нами и Мария Дэви Христос, как совокупное движение за Крым наш, абсолютно отражают имиджевый и интеллектуальный уровень поддержки этой идеи. И я боюсь, что те люди, которые, сидя в Коктебеле, думали, что в России им будет хорошо, имеют возможность почесать так называемую репу, а лучше скрепу.

Лобков: Стас, еще у нас одна осталась идея, идея этой недели, это когда к нам приезжал Алексис Ципрас, и все ждали — дадут или не дадут. Потому что, если ты помнишь, когда была кипрвская история, когда русские банки потеряли там очень много, потому что там у них в оффшорах все сгорело, то министр финансов Кипра, насколько я понимаю, оббивал здесь многие пороги, и премьер-министр, и не отбил.

Белковский: Нет, это не совсем так, я знаю эту историю очень хорошо.

Лобков: Кипр не спасли, как я помню.

Белковский: Нет, нет, Россия была готова дать денег Кипру, но было принято принципиальное решение Евросоюза денег у России не брать. То есть, опять же, Берлин это сказал, все же решается в Германии. Берлин сказал: «Деньги не брать, русские деньги реквизировать, чтобы жизнь медом им не казалась». Это, кстати, был одним из поворотных пунктов вообще в отношении Путина к Германии и в его отношениях с Меркель. Что, в конечном счете, привело к Крыму.

Лобков: Но вот смотри, сейчас эта история повторилась в Греции, но как бы не до конца, то есть, вроде бы не дали, а потом все-таки дали. Фактически предоплата несуществующего газопровода, которого, насколько я понимаю, даже еще нет в чертеже.

Белковский: Путин совершает ту же ошибку, что и при спасении Виктора Януковича — он дает деньги под заведомо провальный проект. Потому что Греция сейчас возьмет денег у России…

Лобков: Как сказал Лагард, за 30 лет существования Международного валютного фонда не было ни одного случая, чтобы день в день не объявлялась страна банкротом. То есть, во вторник это происходило, послезавтра.

Белковский: Как говорил другой классик финансового рынка Виктор Степанович Черномырдин: «Отродясь не было — и вот опять». Поэтому Греция может и взять эти 5 млрд. евро, только потом Берлин скажет, что с этими 5 млрд. делать и где надо видеть Россию.

Лобков: Потому что все равно не хватит даже…

Белковский: Она должна 200 с лишним млрд.

Лобков: 300 млрд.

Белковский: Нет, 230 где-то. Потом, как перефразирую Владимира Владимировича Путина, Ангела Меркель или другой канцлер, который придет ей на смену, объяснит Афинам, в каком деревянном макинтоше она должна видеть Россию.

Лобков: Но ведь ему ничего не дали, он уехал не очень удовлетворенным.

Белковский: Я давно предлагал купить Ионические острова.

Лобков: Чубайс предлагал когда-то не воевать с Грузией, а купить Грузию, помнишь, такое было?

Белковский: Да, просто купить Ионические острова — и не нужен был бы Крым. Потому что главная проблема России — отсутствие выхода к теплому морю. Вот через Ионические острова, если бы они перешли под юрисдикцию России несколько лет назад, мы бы получили выход к теплому морю, не было бы никакой проблемы Крыма.

Лобков: И Босфор и Дарданеллы?

Белковский: И Босфор, конечно, и Дарданеллы, потому что конвенция была бы пересмотрена, но все решения нужно принимать своевременно. А Владимир Путин — не стратег, а тактик, поэтому он решает проблемы по мере возникновения, и в большой политике это иногда приносит больше проблем, чем решение этих проблем.

Лобков: Стас, твой прогноз на следующую неделю — Грецию объявят плохим мальчиком Европы и выгонят из ЕС или все-таки заставят публично покаяться за откровенно пророссийскую позицию, за все эти целования с патриархами? Или проявят государственную мудрость, скажут: «Ты очень красивый, ты очень фотогеничный, ты замечательный левак, у тебя все отлично получается, только больше туда не езди».

Белковский: Да, хороший левак получает брак, как известно. Нет, я думаю, будет третья позиция, что госпожа Меркель снисходительно похлопает виртуально господина Ципраса по плечу и скажет: «Ты неплохой мальчик, но больше так не поступай». И господин Ципрас скажет: «Я возьму у России 5 млрд. евро, но делать с ними буду, что мне скажет тетя Меркель». И это абсолютная схема с Януковичем. Генеральное наступление на грабли, которые должен возглавить, конечно, как верховный главнокомандующий лично Рогозин, он большой специалист по наступлению, происходит.

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю