Путин и Эрдоган. Битва империй и характеров

Круглый стол
27 ноября 2015
Поддержать программу
Поделиться
Вы смотрите демо-версию ролика, полная версия доступна только подписчикам
Скидка 16%
4 800 / год
5 760
Попробуй Дождь
480 / месяц
Уже подписчик? Войти Купить подписку
Ведущие:
Мария Макеева
Теги:
Турция

Комментарии

Скрыть

«Битва империй: Турция против России. Или наоборот». Была ли неизбежна драка? Возможно, Эрдоган именно так и считал, принимая решение о том, чтобы всё-таки сбить российский самолёт Су-24. Владимир Путин, выступая сегодня, 26 ноября, не успел сказать, что мы, мол, не услышали внятных извинений, как тут же получил ответ от Эрдогана: и не услышите.

А что же будет завтра? На этот вопрос Марии Макеевой попытались дать ответ Павел Шлыков, доцент Института стран Азии и Африки МГУ, Сергей Усоскин, адвокат юридической фирмы Double Bridge Law, политолог Кирилл Рогов и партнёр консалтинговой компании RusEnergy Михаил Крутихин

- Не могли бы вы сказать несколько слов о том, как вам видятся отношения между Россией и Турцией на будущее? Есть ли сейчас диалог с Турцией? В каком направлении, по-вашему, он будет развиваться?

Владимир Путин, президент России (13 октября 2015 года): Турция — один из наших приоритетных партнеров и хороших наших друзей. У нас очень добрые отношения с Турцией на протяжении многих лет, это один из крупнейших наших торгово-экономических партнеров. Достаточно обратить внимание на наш строительный рынок. Где-то за последние годы миллиардами измеряются, по-моему, 12 млрд. освоили турецкие фирмы на нашем рынке строительном только за последнее время. Мы поставляем большое количество энергоресурсов в Турцию. У нас большие крупные проекты совместные и в энергетике, и в сельском хозяйстве.

Владимир Путин, президент России (24 ноября 2015 года): Сегодняшняя потеря связана с ударом, который нам нанесли в спину пособники террористов. Мы, конечно, внимательно проанализируем все, что случилось. Сегодняшнее трагическое событие будет иметь серьезные последствия и для российско-турецких отношений. Мы всегда относились к Турции, как не просто к близкому соседу, а как к дружественному государству. Не знаю, кому было нужно то, что сделано сегодня, во всяком случае, не нам. И вместо того, чтобы немедленно наладить с нами необходимые контакты, насколько нам известно, турецкая сторона обратилась к своим партнерам по НАТО для обсуждения этого вопроса и этого инцидента. Как будто это мы сбили турецкий самолет, а не они наш. Они что, хотят поставить НАТО на службу «ИГИЛ»?

Владимир Путин, президент России (22 октября 2015 года): Еще 50 лет назад ленинградская улица меня научила одному правилу: если драка неизбежна — бить надо первым.

Макеева: Была ли неизбежна драка? Возможно, Эрдоган именно так и считал, если, действительно, он принимал решение о том, что все-таки сбивать самолет. Владимир Путин сегодня только успел сказать, что мы, мол, и не услышали внятных извинений, как тут же получил ответ от турецкой стороны: «Не услышите».

Реджеп Тайип Эрдоган, президент Турции: Думаю, что, если какой-то стороне нужно извиниться, то не нам. Извиниться нужно тем, кто нарушил наше воздушное пространство. Наши пилоты и вооруженные силы просто выполнили свои обязанности, которые состояли в том, чтобы дать ответ на нарушения.

Макеева: Можно было бы, в принципе, показать два этих выступления и заключить: вот примерно все главные новости на сегодня. Прямо сейчас мы поговорим о том, что будет завтра. «Круглый стол» на Дожде. Мы назвали его «Битва империй: Турция против России. Или наоборот».

 Удар в спину, как уже такое словосочетание, сразу скажешь удар в спину — и понятно теперь уже, о чем идет речь. Не просто о каком-то ударе и образе. Образ совершенно теперь стал конкретным, по крайней мере, на какое-то время. С самого начала, какой был план в отношении Турции? И был ли он вообще? Когда Россия и российское руководство принимало решение о том, чтобы вступить в военную кампанию в Сирии, учитывались ли интересы Турции, случайность ли, грубо говоря, все, что произошло? Кирилл, давайте начнем с вас, если не возражаете, хоть вы и нахмурились.

Рогов: Вы знаете, у меня тут, может быть, какая-то такая позиция, расходящаяся с тем, что говорят многие. Мне кажется, эта ситуация и гибель российского летчика и военнослужащего, и потеря самолета, результатом авантюры, за которую несет ответственность российское политическое руководство. Сирия, мы знаем — это ужасно такой сложный клубок. Там есть «ИГИЛ» (признана в России террористической организацией и запрещена на территории РФ), который теперь вроде и не надо даже называть «ИГИЛом». И там есть группа стран, которые с ним борются, причем каждая страна имеет помимо борьбы с «ИГИЛом» еще свои специальные интересы. Это относится и к России.

Россия там борется с «ИГИЛом» и защищает Асада, весь мир прекрасно это знает, что у нее две задачи. И у всех стран, которые там присутствуют, у них у всех такое же двойственное: у них есть центральная задача и некоторые свои специальные интересы. Турция специально предупредила, вызывала российских представителей и сказала, что эти туркменские деревни около их границы — это зона их специальных интересов и что они не позволят их бомбить. Российское политическое руководство отправило туда летчиков посмотреть. «А что турки сделают? Ничего не сделают. А что они нам сделают?». Турки выстрелили, у них здесь свои интересы. У нас есть свои интересы, у них есть свои интересы. Мы получили то, что получили.

Полный текст доступен только нашим подписчикам
Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.