Как столкнулись московские силовики, ингушские студенты и чеченские интересы

Когда силовики в камуфляже врываются в студенческое общежитие, выбивают двери, переворачивают все вверх дном и утаскивают с собой несколько десятков студентов — тут даже не может быть вопроса, на чьей стороне правда. Понятно, что это стереотип, но на стороне этого стереотипа — многолетний и бесперебойный опыт всевозможных маски-шоу, спецопераций, рейдерских захватов и прочего. Репутация силовиков в камуфляже настолько бесспорна, что сторону в конфликте их со студентами можно занять еще на той стадии, когда силовики только  крадутся к общежитию.

Полностью перевернуть наше отношение к этому сюжету может всего лишь одно слово — то, которого не хватает в истории про рейд силовиков в общежитие. Это слово — ингушские. Силовики в камуфляже ворвались в студенческое общежитие, перевернули все вверх дном, выбили двери и утащили с собой несколько десятков ингушских студентов. Не делайте вид, что это одно добавленное слово ничего не меняет — меняет. Репутация людей в камуфляже однозначна, репутация кавказских студентов — ну вот наша застенчивая политкорректность не позволяет сказать прямо, что их репутация так же однозначна, как у громил в камуфляже, но, по крайней мере, они друг друга стоят, и когда мы говорим о студентах с Кавказа, в первую очередь в голову приходит, условно говоря, лезгинка на Манежной, а вовсе не академические успехи. И когда появляется новость о силовиках, нападающих на ингушских студентов в Москве, эта новость уже не проходит по категории полицейского беспредела, это уже скорее такой трагический курьез, спор между собою двух одиозных социальных групп, к которым не принято относиться с какой-то особой нежностью и доверием.