Кашин между Лондоном и Москвой: пока Ми-6 воюет с ГРУ, мы отмечаем день рождения Серебренникова и снова обсуждаем Донбасс

7 сентября, 22:57 Олег Кашин
12 026

Каждый день Олег Кашин пишет колонки и думает о судьбах Родины. На этой неделе главными темами стали — заявление Терезы Мэй о двух подозреваемых в отравлении Скрипалей сотрудниках ГРУ, день рождения Кирилла Серебренникова, который он встречает под домашним арестом, убийство главы самопровозглашенной ДНР Александра Захарченко.

  • КАШИН Богомолов (Смотреть)
  • «То, что продолжается четыре года, может продолжаться и 40 лет». Что может нарушить Донбасскую мрачную стабильность (Смотреть)

Сегодня весь день все о Кирилле Серебренникове — ну и я, конечно, тоже поздравляю Кирилла с днем рождения, и с успехом фильма «Лето», и вообще с тем, что он к своим 49 годам превратился в такую главную, даже отцовскую фигуру отечественного и театра, и вообще современного искусства, и то, что к искусству своими руками прикасаются силовики — это, конечно, самое мрачное свойство нашего времени, тут к этому и добавить нечего, и спорить не о чем.

И я, совершенно искренне, скучаю по тем временам, когда Кирилл Серебренников, точно так же, в общем, символизируя все прогрессивное и передовое, что есть в отечественном театре, не имел вот этой добавочной стоимости в виде обрушившегося на него государственного кистеня, и когда Кирилла Серебренникова можно было ругать — и я с удовольствием ругал, — за заигрывание с властью и даже за подыгрывание власти.

Я об этом говорил до его ареста, я об этом — понятно, гораздо сдержаннее, — говорил и после ареста, и все контраргументы знаю наизусть. Режиссер — не писатель и не живописец, он не может создавать шедевры, окопавшись в землянке или даже заперевшись на даче, ему нужен театр, а театр — это в наших условиях всегда государство, всегда власть. Успешный режиссер в России, какими бы ни были его взгляды, обязан взаимодействовать с властью — и ругать его за это, — говорят мои оппоненты, — то же самое, что ругать врача за то, что он работает в государственной больнице или учителя за то, что он работает в государственной школе. То есть вот на этой неделе, когда вышел фильм Кати Гордеевой о Серебренникове, я опять написал о его отношениях с властью, и на меня опять театральные в основном критики набросились вот как раз с этими же аргументами — мол, а что, врач тоже не должен иметь дел с властью.

И я хочу это еще раз проговорить самым прямым текстом. Если взаимодействие с властью неизбежно, значит, да, нужно взаимодействовать. Но врач, который работает в государственной больнице, не равен врачу, который дружит семьями с губернатором и со всеми его головорезами. Режиссер, который ставит спектакль — говорят, хороший, — по книге Суркова, и потом получает от президента буквально в подарок субсидируемый государством фестиваль — это человек, который ведет игру с властью, а не просто взаимодействующий с ней в той мере, в которой вынужден. И да, дела Серебренникова не было бы, если бы он не играл с властью в ее игры. Я не имею права его осуждать за то, что он играл с этими людьми. Риск уголовного дела в этих играх все-таки не стопроцентный, но тоже стоит сказать, что одними уголовными делами риски этой игры не исчерпываются. Можно вспомнить Эдуарда Боякова, тоже очень важного для нашего прогрессивного театра человека в конце нулевых — его не посадили, у него вообще все хорошо, но цена, которую он заплатил за свои игры с властью — это его нынешний ультралоялизм, настолько безумный, что он уже не позволяет разглядеть за этим кремлевским трибуном человека, имевшего когда-то отношение к искусству. На этой неделе о своей лояльности власти заявил еще один ультрамодный режиссер — Константин Богомолов, (как именно заявил — в день тишины мы об этом не скажем) и его сразу же стало модно ругать теми же словами, какими я когда-то ругал Серебренникова.

Но тут имеет, — наверное, имеет, — значение еще один фактор. Все ругатели настолько несимпатичные люди, что выбирая между ними и талантливым лоялистом, невозможно по совести выбрать их — то есть хорошо, давайте запретим Богомолова и оставим этих кристально последовательных либералов из фейсбука. Хорошо с ними одними будет, интересно, надежно? Я наверняка сейчас упрощаю — или усложняю, потому что Богомолов мне даже ответил, но, кажется, он меня не понял и самого меня записал в ругатели, а я нет, я считаю, что сейчас — наверное, к сожалению, — в обществе нет той силы, которая могла бы легитимно предъявлять кому-то моральные претензии. То есть у лоялизма сейчас объективно больше шансов, чем даже пять лет назад, хотя лучше, конечно, все-таки без него.

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю