Кашин и проект Кремля: как Навальный решил одолеть Собчак, кто использовал нападение на Фельгенгауэр, и «стучала» ли Transparency на Серебренникова

27 октября, 23:23 Олег Кашин
22 818 0
Купите подписку, чтобы посмотреть полную версию.
Вы уже подписчик? Войдите

Купить за 1 ₽

подписка на 10 дней
Варианты подписки
Что дает подписка на Дождь?

Каждую неделю Олег Кашин думает о судьбах родины. На этой неделе целых два события привлекли всеобщее внимание — нападение на заместителя главного редактора «Эха Москвы» Татьяну Фельгенгауэр и Задержание директора Российского академического молодежного театра Софьи Апфельбаум.

Между покушением на Татьяну Фельгенгауэр и появлением подробностей про человека, который пытался ее убить, прошло не больше двух часов. Это совсем немного, но мне этого хватило, чтобы выйти в прямой эфир Дождя и высказаться об атмосфере ненависти — уже потом станет известно, что этот человек писал про телепатическую связь, жил в Израиле и, в общем, принадлежал к совсем другому миру, чем тот, в котором живут люди, обливающие критиков власти зеленкой или громящие мемориал на Москворецком мосту. Ситуация перевернулась, и теперь именно те люди, которые всюду ищут врагов России и всячески их обзывают, нашли в лице этого человека с ножом настоящего союзника, они размахивают его дневником и говорят, мол, смотрите, вот ваша атмосфера ненависти — мы тут ни при чем, это ваша аудитория, это вы сами провоцируете, чтобы вас резали.

Мне не кажется это убедительным, но об этом чуть позже. Почему-то самое сильное впечатление на меня произвела первая утечка — я даже в том прямом эфире назвал ее авторов мразями, — утечка о том, что на Таню напали на почве личного конфликта, и что с нападавшим она была знакома. Сейчас о том же пишет Эдуард Лимонов — ему кажется странным, что человек с ножом так быстро и легко нашел Таню, наверное, он с ней предварительно созвонился. И это какая-то очень странная и постоянная милицейская логика, вот на днях в Волгограде один школьник зарезал другого — уже во всем сознался, говорит, что случайно, но неважно, преступление раскрыто. И там тоже в первые часы после убийства была утечка, источник в полиции сообщил, что погибший школьник сам играл с ножом и зарезал себя сам. И вот я уверен, что такие утечки сочиняются вообще без участия реальных оперативников или следователей, просто сидит какой-то пиарщик, у которого именно такая задача — в каждом потенциально громком преступлении свалить вину на жертву. Потом разберемся, но сначала пусть будет путаница, и пусть все люди, которые привыкли кричать «Караул», думают, что здесь нет повода для возмущения. Вот эта полицейская логика кажется мне отвратительной вне зависимости от того, кем оказался тот человек с ножом.

Но вообще это детали. Главное — Таня жива, ее спасли врачи в Склифе, она восстанавливается, и, Бог даст, все у нее будет хорошо. Конечно, я примеряю ее ситуацию на себя — вот я, скандальный автор, спорный, меня многие ненавидят. А она же совсем другая — такой, может быть, самый нескандальный журналист из всех, кого я знаю, человек, которого действительно любят все. Таких очень мало на самом деле, и Таня одна из них. Чем бы ни был мотивирован человек с ножом, он действительно нанес самый точный удар, рассчитанный на максимальную боль вообще у всех — кто знает Таню лично, кто просто где-то ее видел, или кто слушает ее по радио. С некоторых пор не люблю обобщений про свое поколение, но некоторые вещи именно поколенческие — для людей моего возраста главным телевизионным потрясением детства было, конечно, убийство Владислава Листьева. Сейчас это не с чем сравнить, сейчас телевидение значит для людей гораздо меньше, чем двадцать лет назад. И вот тогда убили главного телеведущего, который сначала вел «Поле чудес», а потом ежедневное ток-шоу, то есть прямо главная звезда. Ну, то есть, действительно шок для всех, а потом смотришь телевизор — час, два, три, весь день, и потом следующий день, на экранах то просто траурный портрет, то старые программы, то воспоминания друзей — Листьев, Листьев, Листьев. И каким бы лояльным зрителем ты ни был, в какой-то момент начинаешь думать — ну это же все-таки не Хиросима и не «Титаник», это просто люди оплакивают своего товарища и не знают в этом меры, все-таки слишком громко. Вот так, по крайней мере, думал я в мои 15 лет. С тех пор я сам стал журналистом, потом даже побывал в роли того журналиста, про которого говорят по всем каналам. Могу догадываться, что есть в нашей аудитории люди, которые будут ворчать — вот как пресса за своих переживает, была бы это не ведущая «Эха», а какая-нибудь учительница, о ней бы столько не говорили. Что тут можно возразить — мне тоже не нравится, что самым бесспорным поводом для разговора о роли журналистов в обществе оказываются трагические события. Но так или иначе — да, нападение на журналиста всегда будет нападением и на его аудиторию тоже, и солидарность, которую в таких случаях проявляют коллеги — она не только корпоративная, она всеобщая. Мы все беззащитны — перед человеком с ножом, перед государством, и да, перед атмосферой ненависти, которая не заслуживает того, чтобы относиться к ней как к анекдоту. Она есть, и многие слова, сказанные в эти дни по поводу нападения на Таню, могли родиться только в этой атмосфере. Защищая себя, журналисты защищают всех — я надеюсь, это нетрудно понять.

Комментарии (0)
Купите подписку, чтобы посмотреть полную версию.
Вы уже подписчик? Войдите

Купить за 1 ₽

подписка на 10 дней
Варианты подписки
Что дает подписка на Дождь?

Комментирование доступно только подписчикам.
Оформить подписку
Другие выпуски

Читайте и смотрите новости Дождя там, где вам удобно
Нажав кнопку «Получать рассылку», я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера