«Чем тускнее он кажется сейчас, тем сильнее это мотивирует как-нибудь его повторить»: Кашин о миге торжества 21 августа 1991 года

25 августа, 23:11 Олег Кашин
1 967 0
Купите подписку, чтобы посмотреть полную версию.
Вы уже подписчик? Войдите

Купить за 1 ₽

подписка на 10 дней
Варианты подписки
Что дает подписка на Дождь?

Каждую неделю Олег Кашин пишет колонки и думает о судьбах родины. На этот раз он он рассуждает о том, с чем связан арест Серебренникова, почему в тот же день Михалков хлопнул дверью Фонда кино, а также почему ждать назначения преемника Путина не приходится.

Фото: РИА Новости 

Я не то чтобы нарочно так старался, но практически на каждой неделе в подборке главных событий у меня всегда или почти всегда есть какая-то историческая годовщина. Что бы ни происходило в текущей политике, политика памяти мне кажется весомее практически всего, особенно в наших условиях, когда прошлое непредсказуемо, а любое движение почему-то оказывается бегом по кругу. И август в этом смысле главный месяц года — это уже такое всеобщее суеверие, в августе всегда должно происходить что-то нехорошее, а времена, когда август был просто августом помнят только старожилы. Дата рождения августовского проклятия — это, конечно, 1991 год, обогативший наш политический язык словом «путч» и аббревиатурой ГКЧП. У Солженицына была попытка брендировать августовские события как «Преображенскую революцию» — все случилось в дни Яблочного спаса, Преображения Господня, но это название, как мы понимаем, не прижилось, вероятно, потому что никакого преображения страны не случилось — все осталось по-прежнему. Думая о том, кого назвать главными героями августовских событий, я выделил два имени. Во-первых, это Виктор Золотов — человек, на всех фотографиях Ельцина на танке стоящий рядом с ним на броне. Мы видели его лицо много раз, но по-настоящему эти фотографии приобрели зловещую ценность в последние годы, когда этот Золотов, охранник Владимира Путина, стал руководителем специально для него созданной Росгвардии. Вот он победил в августе 1991 года. И второй победитель — уже с другой стороны баррикад, Сергей Суровикин, в те годы тоже, как и Золотов, совсем молодой офицер, капитан, это его БМП шли по тоннелю на Садовом кольце, когда там погибли Владимир Усов, Дмитрий Комарь и Илья Кричевский. Суровикина посадили в тюрьму, но быстро выпустили, он сделал блестящую карьеру — она стала блестящей буквально в ту же минуту, когда он вышел из тюрьмы, на момент ареста он был капитаном, а потом Ельцин сказал — майора Суровикина немедленно освободить. Такой сюжет фильма «Ширли-мырли». Сейчас генерал Суровикин командует всей российской группировкой в Сирии, то есть он тоже, конечно, победил.

И все-таки я бы хотел, несмотря на все понятные «но», как-то вступиться за ту минуту общенародного, общерусского восторга победы, которая случилась 21 августа 1991 года — все предательство, все разочарование, новые перевороты и войны, опять же, по Солженицыну, Россия в обвале — это все будет потом. А тот миг торжества — его все равно нельзя отменить, и, чем тускнее он кажется сейчас, тем сильнее это мотивирует как-нибудь его повторить.

Комментарии (0)
Купите подписку, чтобы посмотреть полную версию.
Вы уже подписчик? Войдите

Купить за 1 ₽

подписка на 10 дней
Варианты подписки
Что дает подписка на Дождь?

Комментирование доступно только подписчикам.
Оформить подписку
Другие выпуски

Читайте и смотрите новости Дождя там, где вам удобно
Нажав кнопку «Получать рассылку», я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера