Журналист Павел Фельгенгауэр: использование ПЗРК доказывает, что боевое ядро в Славянске – это российский спецназ

Поделиться  
Слушать  
Другие выпуски
Отключить рекламу
Сообщить об ошибке

Отключение видеорекламы на месяц

В опцию входит:

  • отключение рекламы во всех архивных роликах перед проигрыванием, во время постановки на паузу и после проигрывания ролика
  • отключение дополнительных рекламных роликов в прямом эфире, за исключением эфирной рекламы

Опция позволит вам смотреть прямой эфир и архивные ролики на сайте, в мобильных приложениях, SmartTV-телевизорах, через приставки и другие устройства без рекламных вставок.

Если при просмотре видео у вас возникли проблемы, пожалуйста, укажите их

Другой вариант

О ситуации в Славянске мы поговорили с военным обозревателем «Новой газеты» Павлом Фельгенгауэром.

Лобков: Павел, это не первый конфликт подобного рода, который вы наблюдаете. Это и Приднестровье, которое объявило себя независимым, это конфликт в Грузии, я имею в виду Южную Осетию и Абхазию, внезапно восставшие, в которых сформировалось ополчение, не говоря уже о многочисленных примерах в Средней Азии. Этот конфликт, это развитие событий в Славянске чем-то кардинально отличается от всего того, что вы наблюдали до сих пор?

Фельгенгауэр: Вообще каждый конфликт в своем роде уникален. А то, что сейчас происходит в Славянске сегодня конкретно, это очень прояснило картину. Картина сегодня намного яснее, чем она была даже вчера, когда можно было предполагать, а сейчас все, в общем и в целом, совершенно ясно и понятно, что боевое ядро боевиков в Славянске – это российский спецназ. Это не то, чтобы ополченцы, это просто спецназ.

Лобков: Я поэтому и задал свой вопрос, потому что по прошествии какого-то времени выяснялось, что 1992 году в Абхазии там тоже не мирные крестьяне были ядром этих ополченцев.

Фельгенгауэр: Там тоже помогали, выдавали оружие, участвовали в боевых действиях. Сам я беседовал с нашими летчиками, которые бомбили грузин, замазав грязью звезды на своих боевых вертолетах. Здесь то, что сегодня были использованы, причем весьма эффективно, ПЗРК, неделю назад использовали ПТУР в Краматорске, еще можно было сомнения выдвигать. Но использование ПЗРК – это означает, что не только это использовали люди, которые умеют этим пользоваться, но и то, что это оружие, которым вооружено боевое ядро боевиков, было выдано в российских вооруженных частях, причем совсем недавно. Это, что называется, не со склада, а из боевых частей, и тайно введено на Украину, потому что у ПЗРК российского производства, советского есть одно слабое место – это аккумулятор, который довольно быстро садится.

Там, во-первых, надо очень быстро успеть навести, чтобы оголовка самонаведения взяла цель, пока напряжение не упало, а для этого нужен опытный человек. А второе – при хранении эти аккумуляторы быстро разряжаются, так что брать откуда-то со склада нельзя. И третье – это то, что эти ПЗРК имеют систему распознавания свой-чужой. Если даже предположить, что это были похищенные украинские ПЗРК, типа «Игла», они по украинским вертолетам бы, там бы сработала система блокировки. То есть это из российских вооруженных сил взято, и они недавно прошли ТО. Других объяснений здесь быть не может.

Еще очень важная вещь, ведь сегодня в Москве праздник, и МИД не должен работать, тем не менее, наш МИД  выдал официальное заявление о том, что в Славянске переговариваются боевики, украинские от «Правого сектора» на английском языке. Откуда они в выходной день в МИДе это узнали и выпустили сразу заявление? То есть, очевидно, что ядро тех людей, которые действуют в Славянске, напрямую координируют свою работу с российским МИДом.

Лобков: Такие новости могут приходить из российского Генштаба, передаваться в МИД для распространения.

Фельгенгауэр: Я не думаю, что это Генштаб. Я думаю, что координация в данном случае осуществляется через Кремль. Обычно в таких операциях, это было в 1994 году так называемая «Антидудаевская оппозиция», там была наша авиационная поддержка.

Лобков: Там был целый зампред ФСБ Степашин.

Фельгенгауэр: Нет, там был совершенно не зампред Степашин, там был Шахрай и еще кое-кто. Я знаю, кто этим занимался тогда, я обсуждал это тогда же с начальником Генерального штаба. Он мне говорил: «Мы не занимаемся, мы им только оказываем поддержку».

Лобков: А эта тактика: мирные жители – они же ополченцы, то есть в случае, если атакуют, достигают успехов, как мы сегодня говорили с самопровозглашенным мэром Славянска Вячеславом Пономаревым, это ополченцы, а если это жертвы, то это, конечно, мирные жители. Эта тактика живого щита – это типичная ситуация? И сможет ли она сейчас в 21 веке на Украине сработать?

Фельгенгауэр: Там есть боевое ядро боевиков, а есть те, которые, теперь это совершенно очевидно, что это спецназ, управляемый из Москвы. Кстати, если что-то нужно, то они посылают Лукина. Чтобы они отпустили взятых в заложники инспекторов ОБСЕ, достаточно позвонить из Москвы – и через пять минут отпустят, потому что это люди служивые. Там еще местных привлекли, раздали им лишнее оружие, которое взяли у местных милиционеров или еще где-то. Это расходные материалы. А в принципе спецназ делает так, как его учили, спецназ действует так, как он должен действовать в тылу врага: берут заложников, берут пленных, пытают пленных, используют заложников как живой щит. Так в принципе готовился действовать спецназ на вражеской территории в Европе, например, в случае войны.

Лобков: Одновременно вдруг новая горячая точка в Одессе, пока еще непонятно, кто  начал, то ли противники официального Киева, то ли те, кто по традиции, причисляется к евромайдановцам. Это случайно или это тоже скоординированная политика, как вы считаете?

Фельгенгауэр: Одесса – очень важная цель. Там шло достаточно давно предположение, что туда кто-то может выдвинуться из Приднестровья, где есть российские силы, в том числе вооруженные. Насколько я знаю, пока в Одессе таких серьезных дел нет. Вообще, я думаю, сейчас спецназ постарается из Славянска просочиться, боевое ядро, чтобы продолжать в другом месте до тех пор, пока не будет принято решение о вхождении регулярных сил России на территорию Украины, если оно будет сейчас принято. Это не цель спецназа – вести общевойсковой бой с украинскими вооруженными силами, их не для этого готовят. Они действуют всегда тихо, исподтишка, удар - отход. Вести позиционные боевые действия – это не их стиль. И они прекрасно понимают, что их там просто перебьют.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Полная версия
Советы для свиданий от Шекспира — Энтони Джон Питерс
Боно: Хорошие новости о бедности (действительно хорошие)
Описание кибер-войны… в надежде предотвратить её — Даниэл Гэрри
Марк Ронсон: Как семплирование преобразило музыку
Трудности закаляют характер — Стивен Клаунч
Сможете решить известную задачу про мост?
Решите ли вы знаменитую задачу о шляпе заключённого? — Алекс Гендлер
Порох: от праздника до войны
Откуда взялось золото? — Дэвид Ланни
Три совета по обретению уверенности в себе
Есть ли у животных язык? — Мишель Бишоп
Как рождаются воспоминания и как мы их теряем — Кэтрин Янг
Джошуа Фор: Трюки памяти, на которые способен каждый
Эстер Перель: Секрет поддержания страсти в длительных отношениях
Рассел Фостер: Почему мы спим?
Джейми Оливер: Обучить каждого ребенка тому, что такое еда
Стивен Хокинг: Задавая вопросы о вселенной
Келли МакГонигал: Как превратить стресс в друга?
Моника Левински: Цена позора
Памела Мейер: Как распознать лжеца
Мэйсун Зайид: У меня 99 проблем... и церебральный паралич лишь одна из них
Джулиан Ассанж. Зачем миру WikiLeaks
Если бы мы обладали сверхспособностями: Бессмертие — Джой Лин
Ген рака, который есть у всех — Михаэль Виндельшпехт
Билл Гейтс о том, как мы можем менять вещи вокруг нас
Эндрю Соломон: Депрессия — наша общая тайна
Бенджамин Цандер: Сила классической музыки
Йоханн Хари: Всё, что вы знаете о наркозависимости, неправильно
Адора Свитак: Чему взрослые могут научиться у детей
Шон Ачор: Как счастье может помочь нам работать лучше?
Что придаёт ценность долларовой банкноте? — Дуг Левинсон
Омерзительный и смертоносный комар — Роуз Эвелет
Как сахар влияет на головной мозг — Николь Авина
Как простые идеи приводят к научным открытиям
Неожиданная математика на картине Ван Гога «Звёздная ночь» — Наталья Сент-Клер
Что делает татуировки долговременными? — Клаудия Агирре
Хелен Фишер: Почему мы любим и изменяем
Почему мы плачем? Три типа слёз — Алекс Гендлер
Арианна Хаффингтон: Как стать успешным? Высыпайтесь!
Что такое «Всемирная паутина»? — Твила Камп
Дэн Паллотта: Мы в корне неправильно думаем о благотворительности!
Аманда Палмер: Искусство просить
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Самое важное
Защитит ли «омбудсмен в юбке» права шведских семей, кто спонсирует Белковского. И как прическа президента влияет на государственный режим
День Дождения. Выступление «Мумий Тролль» в Stadium Live
Легализация непадших женщин, паника в верхах и силовое спасение истории зеленкой. Белковский и Невзоров на пути от конспирологии к астрологии
Алексей Волин: «Если собственник СМИ не определяет редакционную политику, он идиот». Замминистра связи о путинофобии и законах, принятых «на эмоциях»
Почему России нужно брать пример с Саудовской Аравии. Кирилл Рогов о планах Кудрина, «Роснефти» и правительства
Все в Россию: как мы стали одной из самых посещаемых стран в мире. Первый вице-президент туроператоров России о последних трендах внутреннего и зарубежного туризма
Майдан: все виновны, все свободны? Смотрим проект «Амнистия» и обсуждаем его с авторами
Зачем Билл Клинтон просил баллотироваться Дональда Трампа. И за кого голосуют Брайтон-Бич и Силиконовая долина
Леонид Парфенов: когда навязывают одно мнение, нужно напоминать, что богатство в разнообразии. О своей трилогии «Русские евреи», давлении на РБК и закрытии семейного ресторана
Гопники и историки, как ПАРНАС разгромил сам себя и шпион на миллиард долларов. Итоги 28 апреля
Почему мы до сих пор страдаем от крепостного права? Объясняет Александр Аузан. И как так вышло, что мы платим больше налогов, чем американцы и европейцы
Помирятся ли Россия и Запад? Четыре сценария. Итоговый выпуск программы «Россия после»
«Женский взгляд» на политику и секс. Социальные проекты, от которых появляются мурашки. И что еще скоро будет на Дожде. Наталья Синдеева в гостях у Веры Кричевской в Лондоне
Лобков хоронит «зеленую женщину», Собчак собирается в тюрьму к Кумарину. Член «якудза» вспоминает Владимира Путина. И кого берут в палачи?
Их записали в ИГИЛ. Орхан Джемаль нашел россиян, которых разыскивает Интерпол
Аркадий Укупник о том, как его обижали в музыкальной школе девочки и учительница
Премьера на Дожде. Документальный фильм о Сергее Михалке и группе Brutto